Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Исследователи считают, что Одиссей во время своего путешествия столкнулся с великанами-людоедами, в Балаклавской бухте. Древние греки называли ее гаванью предзнаменований — «сюмболон лимпе».

Главная страница » Библиотека » «Альминские чтения. Материалы научно-практической конференции. Выпуск № 4 (2012)»

А.В. Муравский. «Одесская медицина и Крымская война: некоторые особенности»

Крупнейший город и порт Российской империи на Чёрном море Одессу, боевые действия Крымской войны 1853—1856 гг. затронули реально лишь в апреле 1854 г. Героическая эпопея противостояния 6-й артиллерийской батареи прапорщика А.П. Щёголева с соединённой англо-французской эскадрой на Пасху 10 апреля, навсегда осталась в памяти потомков. Также как и гибель у Большого Фонтана 30 апреля лучшего британского пароходо-фрегата «Тигр», пушка которого с 1904 г. не только украшает Приморский бульвар Южной Пальмиры, но и служит наглядным предостережением всем явным и потенциальным агрессорам.

Однако, несмотря на некоторые разрушения, произведённые английскими и французскими ядрами в городе, и даже жертвы среди защитников города и его мирных жителей, Одесса практически всю войну реально оставалась тыловым городом. Люди жили своей привычной жизнью, а сам город, хоть и с проблемами, но развивался. Патриотический подъём одесситов, выразился в основном в сбор финансовых средств на оборону, о чём подробно и красноречиво свидетельствуют, чуть ли не ежедневные заметки в «Одесском вестнике» [1]. Казалось, что силы небесные хранят благословенную Одессу от вражеского нашествия, которое практически всю войну представлялось вполне реальным [2, с. 128]. Именно такой точки зрения — небесного покровительства Одессе в Крымскую войну и защиту её православной святыней — образом Касперской Божьей Матери — и в нашу эпоху придерживается ряд исследователей [3].

Не останавливаясь подробно на анализе данных событий, заметим, что в истории Одессы периода Крымской войны до сегодняшнего дня остаётся значительное количество «белых пятен». Причём, большинство из них имеют малое отношение к батальным действиям, однако они прямо повлияли на дальнейшее развитие города. Во многом центральное место среди них занимает медицина. И это далеко не случайно. Достаточно вспомнить имя, присвоенное 411-му окружному госпиталю, находящегося в Одессе — знаменитого и прославившегося как раз в ходе Крымской войны, а конкретно — обороны Севастополя — русского хирурга Н.И. Пирогова. Или сохранившиеся в Одессе здания, некогда бывшие монастырскими и общинными обителями, где оказывалась медицинская помощь получившим ранения как раз в этот период [4].

Впрочем, говоря об имеющейся в нашем распоряжении историографии, стоит заметить, что крупнейший и на сегодняшний день практически единственный исследователь и популяризатор истории одесской медицины дореволюционного периода Константин Васильев, в своих работах говорит о многом, однако период собственно Крымской войны им оказывается фактически пропущенный [5]. Между тем, анализ ряда аспектов состояния и развития одесской медицины в период 1853—1856 гг. позволяет выявить некоторые особенности, ранее фактически не замеченные исследователями.

К началу Крымской войны Одесса обладала достаточно развитой системой врачевания и медицинских учреждений. Её основу составляли врачи, имеющие свою (частную или государственную) практику. Начальным для них органом являлась Одесская врачебная управа со штатом врачей и иных медицинских служащих, численностью, однако, не более 10 человек. Кроме того, на каждый из имеющихся тогда районов города было по одному городовому врачу (всего 4). Можем предположить, что кто-то из них осуществлял медицинское обслуживание мирного населения Одессы после обстрела её англо-французским флотом 10 апреля 1854 г. При этом, основная часть нагрузки легла, скорее всего, не столько на них, сколько на родственников раненных мирных жителей города [6, с. 15].

Куда больший объём лекарских услуг пришлось оказывать раненным воинам и не только своим. По результатам боя 10 апреля 1854 г. получили ранения 45 солдат одесского гарнизона, а 12 человек из его состава оказались контуженными [7, с. 70]. Кроме того, 8 сентября 1854 г. в Одессу на английском пароходе было доставлено 342 солдата и офицера русской армии, раненных в ходе сражения на реке Альма.

Помимо этого, после гибели британского пароходо-фрегата «Тигр» в русский плен попало 25 офицеров и 201 матрос его экипажа, из которых 6 человек, включая командира корабля Джиффорда, были тяжело ранены. Да и русские понесли потери — 2 убитых и 8 раненых.

Для решения столь масштабных медицинских проблем, не развёртывая в мирном городе военно-временные госпитали, имелась вполне достаточная инфраструктура. В первую очередь речь идёт об одесском карантине, в комплексе сооружений которого имелись и лечебные. И хотя врачебный штат карантина накануне войны насчитывал лишь 8 человек, со своими задачами по приёму раненных англичан и «альминцев» это учреждение вполне справилось.

На сегодняшний день, нам известно, что из числа взятых в плен англичан, в одесском карантине умер лишь капитан Джиффорд. Его ранение было не совместимым с жизнью — перебиты обе ноги (одну из них ещё во время боя на корабле ампутировали) и нижняя часть тела. Однако судьба оставшихся 5 тяжело раненных матросов не прояснилась до сих пор.

В нашем распоряжении имеются опубликованные мемуары лейтенанта пароходо-фрегата «Тигр» Альфреда Ройера о содержании английских пленных в Одессе. Из них чётко можно составить представление о вполне хороших условиях, созданных одесскими властями и для раненных и для здоровых английских матросов и офицеров [8, с. 43—46]. Именно поэтому, можно смело утверждать, что одесские врачи в карантине оказали максимально возможную в тех условиях медицинскую помощь раненным, и умершие среди них могли быть исключительно те, чьи ранения в 1854 г. не могли быть излечены.

Понимая также, что и участники Альминского сражения, отправленные в Одессу на английском пароходе, были размещены в карантине, их достаточно высокий процент гибели — 77 человек из 342 (22,5%) по сравнению с пленными англичанами, может показаться удивительным. Однако, если мы вспомним, что морская медицинская эвакуационная служба союзников реально родилась лишь в период героической обороны Севастополя и переоборудование некоторых военных кораблей в госпитально-санитарные началось позже сентября 1854 г. [9], то условия доставки англичанами раненных русских воинов в Одессу приемлемыми мы назвать не можем.

Медицинскую помощь раненным русским воинам также оказывал и городской госпиталь с имеющимся в нём военным отделением. Однако, изначально рассчитанный на приём 800 больных и раненых, госпиталь, в лучшем случае, пропустил через свои палаты не более 50 человек.

Но куда более эффективной оказалась медицинская помощь Стурдзовской богадельни, где прошли лечение 8 батарейцев А.П. Щёголева и отправленные с карантина участники сражения при Альме [10, с. 6]. При этом, среди воинов, предоставленных заботам сестёр Стурдзовской богадельни, умерших не зафиксировано. Чем объяснить такой факт? На наш взгляд, речь идёт не только о наличии, приемлемой для того времени городской инфраструктуры медицинских и реабилитационных учреждений (часть из которых сохранилась и доныне, на пересечениях улиц Белинского, Успенской и Базарной, с домами под № 2) [4], но и об эффективной системе заботы о страждущих — одной из наиболее передовых в период Крымской войны.

Именно последнее обстоятельство и привело к тому, что созданная в середине 1840-х гг. по инициативе известного филантропа и теолога А.С. Стурдзы Одесская община сердобольных сестёр, наряду с Санкт-Петербургской Крестовоздвиженской общиной, оказалась на передовом фланге организации военно-санитарной службы в образе сестёр милосердия. Фактически эти общины стали реальным прообразом системы Международного Комитета Красного Креста (МККК), созданного лишь в 1863 г. При этом в Одессе городское отделение этой международной организации возникает почти сразу же после начала её деятельности [10, с. 6—7].

Однако, опыт подвижничества Стурдзовской общины сердобольных сестёр не только не был забыт, но и развит. В 1878 г. в Одессе создаётся Касперовская община сердобольных сестёр, действующая до 1920 г. в тандеме с городским отделением МККК [11]. Такая уникальная организация медицинской помощи в военный период больше нигде не повторялась, хотя свою эффективность она неоднократно продемонстрировала во время последних войн Российской империи.

Список использованной литературы

1. Одесский вестник. 1854—1855 гг.

2. Штенцель А. История войны на море в её важнейших проявлениях с точки зрения морской тактики. Специальное приложение к журналу «Морской сборник». Петроград, 1918.

3. Калугин Г.А. «Се Царица Небесная грядет спасти...». Одесса, 2006.

4. Реестр історичних і культурних пам'яток по м. Одеса. Одеса, 1994.

5. Васильєв К. Врачи, больницы, аптеки старой Одессы. Одесса, 2008.

6. Калугин Г. Одесса в истории Крымской (Восточной) войны. Одесса, 2006.

7. Ленц Н.И. Бомбардирование Одессы (10 апреля 1854 г.) // Записки императорского одесского общества древностей. Одесса, 1906. Т. 26.

8. Ройер А. О содержании пленных в Одессе /7 Родина. 1995, № 4—5.

9. Морской сборник. 1885. Т. 18, № 10.

10. Гребцова И.С., Гребцов В.В. Деятельность одесских обществ помощи пострадавшим в ходе военных конфликтов (вторая половина XIX — начало XX в.) // Альманах історичних досліджень. Одеса, 2012. Вип. 1.

11. История развития сестринского дела в России. Режим доступа: http://sestrinskoedelo.ru/istoriya_razvitiya_sestrinskogo_dela_v_Rossii.html

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь