Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Самый солнечный город полуострова — не жемчужина Ялта, не Евпатория и не Севастополь. Больше всего солнечных часов в году приходится на Симферополь. Каждый год солнце сияет здесь по 2458 часов.

На правах рекламы:

Подключение телефона городского номера в Ярославле yaroslavl.sipout.net.

Главная страница » Библиотека » Г. Гржибовская. «Археологические исследования в Крыму»

С.М. Жук. «Археологические разведки и охранные раскопки в окрестностях Ялты»

В отчетном году автором проводились разведки и охранные раскопки на Южном берегу Крыма в окрестностях Ялты. В результате выявлен ряд новых памятников, относящихся к различным эпохам: от раннего палеолита до позднего средневековья включительно.

Местонахождение раннепалеолитической галечной индустрии обнаружено северо-восточнее Ялты близ г. Аю-Даг, между пионерлагерем «Артек" и пос. Краснокаменка, на территории виноградника. Высота расположения памятника над уровнем Черного моря — 120 м, площадь распространения подъемного материала — не менее 2 тыс. м². В рельефе этого участка местности как будто прослеживаются остатки древней морской террасы. Археологический материал, судя по его распространению на современной дневной поверхности, переотложен. Однако его совместное нахождение со значительным количеством морской гальки может свидетельствовать о его первоначальном залегании в галечниках или в самых низах континентальных отложений высокой террасы. Судя по высоте над современным уровнем моря, эта терраса предположительно может быть связана с чаудинской (гюнц-миндель?) трансгрессией Черного моря. Очевидно, возраст памятника несколько моложе времени образования террасы.

Археологический материал представлен исключительно каменными предметами: орудиями и отходами их производства. Сырьем служила крупная морская галька, преимущественно округло-уплощенной формы, из аю-дагских магматических пород. Техника первичного раскалывания характеризуется архаичностью. Преобладают бесформенные обломки, массивные первичные естественноплощадочные отщепы, в меньшем количестве представлены долечные сколы — отходы производства чопперов. Нуклеусы не выделены. Орудия представлены односторонними чопперами и массивными первичными отщепами, один край которых подправлен со стороны брюшка несколькими дополнительными сколами. Некоторые предметы местами покрыты коркой кальцитов. Отдельные изделия повреждены ударами плуга, однако при этом участки современных повреждений легко определяются по отсутствию на них патины.

С технико-типологической точки зрения находки предварительно могут быть отнесены к позднему олдуваю.

В непосредственной близости от описанного памятника, на правом, западном берегу ручья (высота над руслом до 8—10 м) на пашне собраны кремневые обломки, отщепы, пластины и орудия мурзак-кобинского этапа горнокрымской мезолитической культуры. Среди орудий — низкая симметричная круторетушированная трапеция, срединный резец и др. Кремни патинированы. Размеры местонахождения не менее 40×40 м. Фаунистические остатки не обнаружены. На этой же территории и выше по склону выявлены следы поселения эпохи раннего железа общей площадью более 1 га. На вспаханном винограднике найдены каменные терочники, отбойники, фрагмент лезвийной части и ромбовидная несверленая заготовка топоров, поверхность которых тщательно оббита, но не отшлифована. Собрано большое количество обломков лепной посуды и куски обожженной глиняной обмазки с примесью рубленой соломы. Реконструируемые формы посуды — миски и плоскодонные горшки со слегка отогнутым венчиком и часто с горизонтально расположенным на плечиках налепным валиком. На одном фрагменте стенки — кольцевой налеп. В трех случаях отмечен орнамент из врезных линий. Глина в большинстве случаев хорошо обожжена, красновато-коричневого цвета, поверхность обычно хорошо заглажена. В тесто добавлен песок и толченая ракушка. Находки позволяют относить поселение к раннему этапу кизил-кобинской культуры.

Ниже по склону от поселения по подъемному материалу фиксируются следы грунтового могильника VI — начала VII в.н.э. На участке виноградника размерами около 50×100 м «пятнами»

встречаются многочисленные обломки костей погребенных из распаханных могил, фрагменты раннесредневековых амфор и краснолаковых чаш. Найдены также граненая бусина из синего прозрачного стекла, фрагментированные двупластинчатая фибула и пряжка с большим прямоугольным щитком, на котором оттиснуто стилизованное изображение хищного зверя, а также обломок щитка орлиноголовой пряжки боспорского круга. С целью выяснения степени разрушенности могильника в его северо-западной части между рядами виноградника были заложены четыре разведочных траншеи длиной от 4 до 6 м. При прохождении пахотного слоя в них, помимо обломков костей и раннесредневековой керамики, найдены фрагментированные наконечник ремня геральдической формы и браслет из круглого в сечении прута с утолщенным четырехгранным концом, оформленным в виде змеиной (?) головки. Несмотря на то что траншеи были заложены как через «пятна» находок, так и между ними, следов могильных ям в материке не зафиксировано. По-видимому, в этой части могильника все погребения уничтожены при вспашке.

Археологический поиск велся также юго-западнее Ялты, на территории пос. Гаспра. На табачных полях, расположенных на восточной окраине поселка (150—170 м н.у.м.), собран разновременный материал. К эпохе раннего энеолита относятся кремневые изделия. Среди них — плоский косоплощадочный нуклеус, отщепы и пластины, в том числе с ретушью и выемками. Орудия представлены вкладышами на сечениях пластин, низкой симметричной трапецией с заходящей на спинку ретушью, скребками концевыми и на отщепах различных форм, двусторонними симметричными наконечниками стрел в форме вытянутого треугольника со слабовогнутым основанием и др. Многие кремни обожжены.

На пашне найдены также многочисленные фрагменты лепной керамики кизил-кобинского типа, нередко с остаткам лощения и врезным орнаментом. По-видимому, им синхронны собранные здесь же каменные терки и отбойники, фрагменты сверленых топоров, мотыги с перехватом. Эти находки свидетельствуют о расположении здесь таврского поселения примерно середины 1-го тысячелетия до н.э.

Кроме описанных материалов, на полях встречаются окатанные обломки позднеантичных и раннесредневековых амфор и черепицы IX—X вв.н.э., фрагменты гончарной кухонной и поливной посуды XIII—XV вв.н.э.

На поросшем смешанным лесом юго-восточном скате возвышенности 211,1 м к северо-востоку от табачных полей участок склона вблизи зафиксированного в 80-е гг. обнажения культурного слоя с находками кизил-кобинской керамики был разбит на квадраты 2×2 м, которым дана буквенно-цифровая нумерация. При этом квадраты, раскопанные Южнобережной экспедицией в 1983 г. получили обозначения 3—В, 3—Г, 4—В и 4—Г В отчетном году работы велись на квадратах 5—В и 5—Г

Под слоем дерна толщиной 0,10—0,18 м вскрыт красновато-коричневый суглинок, в котором на глубине 0,25—0,45 м залегал падением к востоку культурный слой мощностью 0,05—0,14 м сильно насыщенный обломками лепной посуды, при практически полном отсутствии фаунистических остатков, с редкими древесными угольками. Непосредственно под культурным слоем в суглинке наблюдалась высокая концентрация известнякового щебня и камней.

Большинство фрагментов керамики окатаны. Она делится на две группы: кухонная и столовая. В первой реконструируются плоскодонные горшки из грубой неразномерно обожженной глины с плохо заглаженной поверхностью и отогнутым наружу венчиком изредка с врезным орнаментом, и миски с вертикально поставленным или отогнутым наружу краем. У столовой посуды черепок на изломе обычно серо-коричневатого или почти черного цвета. Наружная поверхность черного цвета, хорошо залощена. Реконструируются формы со сравнительно узким плоским дном, раздутым туловом, высоким горлом и отогнутым венчиком, а также кубки с ручками. Эти формы орнаментированы врезными линиями, образующим геометрические фигуры, и сочетающимися с одиночными рядами ямок, реже налепами. К числу неординарных форм принадлежит цедилка в виде перевернутого усеченного конуса, вылепленная без дна, с многочисленными сквозными отверстиями в стенках. Большинство ее фрагментов концентрировалось на квадрате 5—В, вблизи выхода материковой скалы. На этом же квадрате найдена тонкая бронзовая пластинка-заготовка неправильной формы. Кроме фрагментов посуды, встречены куски обожженной глиняной обмазки. Описанные находки предварительно датируются VI—V вв. до н.э.

На раскопанных квадратах никаких строительных остатков не обнаружено. Следует ожидать открытия остатков жилища в нескольких метрах выше, по склону от изученного участка.

На одном уровне с находками эпохи раннего железа, на поверхности горизонта насыщения красновато-коричневого суглинка известняковым обломочным материалом, найдено значительное количество мелкой, изредка крупной расколотой морской гальки. Возможно это переотложенный галечник высокой (более 200 м) морской террасы и почти синхронная ей раннепалеолитическая индустрия.

Следы еще одного таврского поселения обнаружены на левом восточном берегу небольшой горной реки, разделяющей выше по течению поселки Гаспра и Кореиз, к юго-западу от санатория «Ясная Поляна». В отвале грунта из строительного котлована найдены несколько десятков мелких фрагментов лепных сосудов, изредка с врезным орнаментом кизил-кобинского типа, разбитый терочник и девять невыразительных окатанных обломков позднеантичных амфор.

При осмотре бортов котлована культурный слой не обнаружен.

Окатанные обломки красно- и светлоглиняных амфор позднеримского времени собраны непосредственно на территории пос. Гаспра. Они извлечены из борта строительной подрезки склона над Севастопольским шоссе, напротив въезда в санаторий им. Р. Люксембург. Находки залегали достаточно компактно на глубине 1,20 м в пролювиальных накоплениях. Судя по их окатанности и характеру вмещающих их отложений, они сползли сюда с расположенной севернее ныне полностью застроенной вершины возвышенности, где, вероятно, в первые века н.э. находилось небольшое поселение.

В центральной части пос. Гаспра, на ул. Субхи, в борту строительной траншеи на глубине более 1 м зачищен обнажившийся 13-метровый отрезок стены постройки, сложенной насухо из крупного (до 0,95 м в поперечнике) рваного камня. Кладка сохранилась на высоту 1—2 камней и, вероятно, еще в древности была разобрана почти до основания. У ее западно-юго-западного конца к траншее была сделана прирезка 1 м шириной и 3 м в длину В этом шурфе открыт угол постройки, полностью уходящей в борт, и отрезок еще одной кладки, примыкающей к углу с запада. Судя по отсутствию следов перекопов, все строительные остатки единовременны.

В шурфе прослежена следующая стратиграфия: 1. Слой асфальта, бетона и щебня — 0,30—0,40 м. 2. Рыхлый светло-коричневый суглинок дюлевиального происхождения с редкими окатанными фрагментами средневековой керамики. Граница с нижележащим слоем нечеткая, проходит на глубине около 0,65 м.

3. Серо-коричневый комковатый суглинок, перекрывающий строительные остатки. По мере углубления увеличивается его насыщенность щебнем, бутовым камнем, кусками известкового раствора, углями и черепичным боем. Похоже, это слой разрушения постройки. Содержит раковины устриц, мидий, кости животных. Керамика преимущественно IX—X и, возможно, XI в.н.э.: фрагменты толстостенных пифосов, гладкостенных и реберчатых амфор причерноморского типа, высокогорлых черносмоленых кувшинов и пр. В небольшом количестве обнаружены материалы XII—XIII вв. — фрагменты венчика поливной чаши и стенки ангобированной амфоры с рифленым туловом. В нижних горизонтах слоя разрушения найдены также керамическое пряслице биконической формы, ножка стеклянного рюмкообразного сосуда, кусок кричного железа, медный наконечник ремня и обрезки бронзовых пластин, идентичные обрезкам из нижележащего слоя жизни постройки. Вероятно, эти находки попали сюда из нижележащего слоя во время разборки постройки на камень в XII или XIII в.

4. Слой, сильно насыщенный золой, древесным углем и известковой крошкой. Он примыкает к кладкам и, вероятно, связан с жизнью постройки. Слой залегает на глубине между отметками 1,48 и 1,56 м от современной поверхности. В нем обнаружены в большом количестве обломки иногда орнаментированной волной кухонной и столовой лепной и гончарной посуды, амфор причерноморского типа, кувшина с вертикальными вмятинами на тулове, высокогорлых черносмоленых кувшинов, ойнохой и кувшина с ушком для подвешивания, расположенного ниже основной ручки; фрагменты калиптеров и керамид с массивным бортиком и водосливными валиками, иногда с рельефными буквенными метками. В целом этот комплекс можно отнести к концу IX—X вв. Из слоя происходят также раковины устриц, мидий, пател, кости животных, осколок клешни краба, накожная пластина камбалы (?), кусок речного туфа. К числу неординарных находок принадлежит обломок сильно пережженного маленького керамического тигля для плавки металла. Обнаружены также железные и бронзовые стержневидные заготовки и обрезки, сломанный в древности бронзовый пластинчатый браслет с шарнирным соединением и чеканным орнаментом. Все эти предметы свидетельствуют о расположении на этом месте в древности мастерской по производству и починке металлических изделий.

5. Мешаный желто-коричневый суглинок с редкими углями. Залегает под камнями кладки и под слоем 4 на поверхности материка и имеет мощность от нескольких сантиметров до 0,2 м. В слое содержатся редкие мелко окатанные фрагменты амфор причерноморского типа с зональным рифлением на плечиках и кухонной посуды.

Слой предшествовал возведению постройки и относится, вероятно, к IX в.

Таким образом, установлено нахождение на территории пос. Гаспра средневекового поселения с каменными постройками, в том числе сложенными на известковом растворе и крытыми черепицей, провинциальновизантийской культуры.

По свидетельству местного жителя, несколько десятилетий назад, вблизи от места обнаружения описанной кладки по ул. Школьной, при прокладке водовода строителями было разрушено несколько древних могил, в которых ими были найдены стеклянные разноцветные бусы.

В 1993 г. от краеведа В.В. Рыбки поступило сообщение об ограблении неизвестными лицами таврского могильника, расположенного между пос. Ореанда и автомагистралью Ялта—Севастополь. При осмотре было установлено, что в разных частях могильника разграблены 4 каменных ящика. Заполнение почти полностью было удалено из камер. Охранные работы на могильнике ограничились зачисткой, переборкой грабительских отвалов и последующей засыпкой этих ящиков.

Каждый из них составлен из четырех поставленных на ребро слегка оббитых плит из местных песчаника и известняка. Покровные плиты были сняты еще в древности. Размеры по дну камер исследованных погребальных сооружений — от 0,75×0,85 до 1,07×2,05 м при глубине от 0,63 до 0,80 м. Длинной осью они ориентированы по линии восток-запад с незначительными отклонениями. В ящиках было погребено от 2—3 до 6—7 человек различной половозрастной принадлежности. Положения костяков не устанавливаются по причине ограбленности. Погребальный инвентарь обычен для таврских могильников Горного Крыма VI—V bb. до н.э.: разнообразные пронизи, перстни, браслеты, весловидные заколки и восьмерковидные бляшки из бронзы, раковины каури со сточенной спинкой, стеклянная бусина из грязно-зеленоватого полупрозрачного стекла с имитацией глазков, отдельные фрагменты лепной керамики. Изделия из железа не обнаружены.

С одним из ящиков связано погребение по обряду трупосожжения женщины в возрасте до 30 лет. Степень кремации невысокая — кости обуглились, но не деформировались. Найдена также обожженная раковина каури. Благодаря наблюдению за кремированными останками, восстанавливаются некоторые черты обряда: сожжение производилось на стороне, после чего кости и предметы погребального инвентаря собирались, очищались от углей и помещались в каменный ящик. Но тело умершего не возлагалось на погребальный костер, а огонь разводился вокруг и сверху тела, положенного, вероятно, прямо на землю. Изучение слабо сохранившихся остатков заполнения камеры позволило установить, что погребение по обряду кремации было одним из последних в ящике, если не самым последним. Возможно, погребения по такому обряду могут служить хронологическим репером для выявления наиболее поздних таврских погребальных памятников. В связи с этим по-новому встает вопрос об этнической принадлежности населения, оставившего могильники типа Ай-тодорского и Чатырдагского.

В будущем был бы перспективен поиск на территории могильника над Ореандой места осуществления сожжения при помощи магниторазведки.

Коллекционные находки переданы на хранение в фонды Ялтинского историко-литературного музея.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь