Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Форосском парке растет хорошо нам известное красное дерево. Древесина содержит синильную кислоту, яд, поэтому ствол нельзя трогать руками. Когда красное дерево используют для производства мебели, его предварительно высушивают, чтобы синильная кислота испарилась.

Глава 7. Трагедия Южного фронта

В советское время были изданы сотни книг и сняты десятки документальных и художественных фильмов, посвященных обороне Севастополя и Одессы, но, увы, грандиозные сражения на юге Украины остались вне поля зрения наших историков, писателей и кинорежиссеров. Ни одной книги и ни одного фильма! Только по официальным и явно заниженным сведениям1 в 1941 г. потери личного состава Южного и Юго-Западного фронтов убитыми и пропавшими без вести составили один миллион человек. Наши правители, как при развитом социализме, так и при недоразвитом капитализме каждую весну запевают одну и ту же песню: «Никто не забыт и ничто не забыто». Увы, у нас напрочь забыли миллион погибших солдат, подавляющее большинство которых даже не имеет могил.

К июню 1941 г. государственную границу СССР с Румынией прикрывали соединения Одесского военного округа (командующий генерал-полковник Я.Т. Черевиченко) и пограничные войска Молдавского пограничного округа (начальник генерал-майор Н.Н. Никольский). С ними взаимодействовала Дунайская военная флотилия под командованием контр-адмирала Н.О. Абрамова. В состав округа входили 9-й особый, 35-й, 14-й, 48-й и 7-й стрелковые, 2-й кавалерийский, 2-й и 18-й механизированные корпуса, 150-я и 116-я стрелковые дивизии, два укрепленных района (80-й и 82-й), а также три авиационные дивизии.

Согласно мобилизационному плану Одесский военный округ с началом войны часть сил должен был выделить для формирования полевого управления 9-й ар-вши, в которую входили все соединения, за исключением 9-го особого корпуса, дислоцировавшегося в Крыму, и 7-го корпуса, находящегося в резерве Главного командования. Армия развертывалась по рекам Прут и Дунай в полосе 480 км от Липкан до Черного моря..

Войскам округа противостояли 11-я немецкая, 3-я и 4-я румынские армии, входившие в состав группы армий «Юг». По плану «Барбаросса» этой группировке надлежало обороняться вдоль Прута, обеспечивая южный фланг основных сил группы армий, наносивших главный удар на киевском направлении, где находились войска Юго-Западного фронта.

14 июня в связи с нарастанием угрозы нападения Одесский военный округ получил указание о выделении управления 9-й армии (командующий генерал-полковник Я.Т. Черевиченко) с выводом его в Тирасполь. Утром 20 июня управление (начальник штаба генерал-майор М.В. Захаров) было поднято по тревоге и под видом командно-штабных учений к исходу дня развернуло командный пункт в заранее оборудованном на случай войны районе, установив связь с соединениями, включенными в состав армии.

В ночь на 22 июня начальник штаба получил от командующего округом, который оставался пока в Одессе, сообщение о том, что из Москвы ожидается телеграмма особой важности. Генерал М.В. Захаров вызвал к телеграфным аппаратам командиров стрелковых и кавалерийского корпусов и с разрешения командующего приказал занять частями прикрытия свои районы обороны. Как записано в журнале боевых действий 9-й армии, «в 24.00 21.06.1941 г. части армии, прикрывающие границу, телеграфным распоряжением приведены в боевую готовность по тревоге. Дан приказ занять районы по плану прикрытия».

Директиву наркома обороны о приведении войск в готовность к отражению агрессии Одесский военный округ получил уже после объявления боевой тревоги; Командующий армией и член Военного Совета корпусной комиссар А.Ф. Колобяков прибыли на командный пункт в девять часов 22 июня.

К четырем часам 22 июня части 176-й, 95-й, 25-й и 51-й стрелковых дивизий, а также 9-й кавалерийской первого эшелона 35-го, 14-го стрелковых и 2-го кавалерийского корпусов заняли подготовленную в инженерном отношении оборону вдоль Прута. В среднем на каждую дивизию приходилось около 100 км участка границы. Так как соединения заняли оборону в полосе 50—60 км, между ними остались промежутки. Особенно большим был разрыв между 176-й и 95-й стрелковыми дивизиями — более 70 км. Промежутки прикрывались только силами пограничников.

Вдоль Днестра на старой (1940 г.) государственной границе находились 80-й и 82-й укрепленные районы (УРы). Они имели оборонительные сооружения почти по всей полосе округа на глубину 4—6 км. Так, 82-й УР, обороняя фронт 150 км, имел 262 пулеметных и 22 артиллерийских долговременных сооружения", насчитывал более 10 тысяч человек личного состава, около 100 орудий, 632 станковых и 285 ручных пулеметов, а также другое вооружение.

22 июня противник «ударно-поисковыми группами», состоящими из румынских соединений, попытался захватить мосты и плацдармы и создать видимость общего наступления. Используя промежутки в обороне советских войск, его подразделения сумели захватить небольшие плацдармы у Бранешт, Скулян, Унген, Вален. Однако уже к исходу дня контратакой выделенных подразделений плацдармы были ликвидированы. Только в районе Скулян отбросить врага за Прут не удалось. Для его ликвидации командующий силами 30-й горно-стрелковой дивизии (командир генерал-майор С.Г. Галактионов) предпринял контратаку, но успеха не добился. На других направлениях неоднократные попытки румынских войск захватить в июне переправы и плацдармы были отражены.

21 июня Политбюро ЦК ВКЦ(б) решило образовать Южный фронт. Формирование управления поручалось штабу Московского военного округа. Командующему войсками округа генералу армии И.В. Тюленеву, на которого возлагалось командование фронтом, об этом решении стало известно ранним утром 22 июня. 24 июня управление фронта прибыло в Винницу, где по указанию Ставки развернуло командный пункт. Его размещение в этом районе (в полосе Юго-Западного фронта) затрудняло связь с войсками и было вызвано тем, что здесь еще в 1939—1940 годах был оборудован фронтовой пункт управления. Как вспоминал И.В. Тюленев, о существовании пункта его «не поставили в известность ни в Генеральном штабе, ни в штабе Киевского военного округа». Узнал о нем Иван Владимирович от начальника инженерных войск фронта. Средств связи здесь не оказалось, и штабу пришлось использовать местные.

В состав фронта с 25 июня вошли 9-я и 18-я армии, 9-й особый, 55-й, 7-й стрелковые корпуса и части фронтового подчинения. ВВС фронта состояли из пяти авиационных дивизий, которые входили в состав армий. В распоряжении фронта оставалось лишь два истребительных и один разведывательный авиаполки.

Фронт имел 15 стрелковых, три кавалерийские, шесть танковых, три моторизованные дивизии, оборонял полосу шириной около 700 км от Карпат до устья Дуная.

Из-за бездействия вражеских войск войска Южного фронта получили десятидневную паузу, однако командование фронта не использовало ее должным образом.

Активные боевые действия шли лишь на Дунае. 22 июня 1941 г. в 4 ч 45 мин румынская артиллерия открыла огонь по советскому городу Измаил. Одновременно румынская и германская авиация бомбила наш город. Советская береговая артиллерия и артиллерия кораблей Дунайской военной флотилии открыла ответный огонь. При этом замечу, что если у Измаила ответный огонь был открыт немедленно, то в других местах наши орудия молчали от двух до трех часов. Видимо, командиры боялись стрелять — «как бы чего не вышло».

С 24 июня Румыния начала высаживать десант на наш берег. Но он был не только отражен силами Дунайской флотилии и 14-го стрелкового корпуса (25-я и 51-я стрелковые дивизии), но советские десантники сами начали высаживаться на румынской территории.-

На рассвете 25 июня с наших бронекатеров и катеров-тральщиков высадилась рота пограничников на полуостров Сату-Ноу. Десант был поддержан огнем мониторов «Ударный» и «Мартынов». Румынский гарнизон сдался без боя. В плен было взято 70 солдат, а остальные разбежались по плавням. По показаниям пленных, гарнизон составляли две армейские роты, один взвод пограничников, один взвод жандармов с пулеметами и двумя замаскированными орудиями. Наши трофеи составили два орудия и десять пулеметов.

На следующее утро бронекатера и катера-тральщики переправили через Килийское гирло Дуная 23-й стрелковый полк 25-й стрелковой дивизии. С нашего берега десант поддерживал огнем 99-й артиллерийский полк 25-й стрелковой дивизии.

Десантники стремительно атаковали румын и уже в 8 ч 28 мин городок Старая Килия был взят. Румыны потерпели полный разгром. 700 человек сдалось в плен, до 200 человек было убито, остальные в панике разбежались, и их с бреющего полета обстреливали самолеты 96-й эскадрильи. Десантники захватили восемь орудий, до тридцати пулеметов, около тысячи винтовок, много боеприпасов и снаряжения.

— Наши потери составили пять человек убитыми, семь ранеными. Три бронекатера имели незначительные повреждения.

Для охраны Старой Килии был оставлен батальон 23-го стрелкового полка. К исходу дня 26 июня частями Красной Армии и пограничниками без боя были заняты село Пардина и остров Татару.

С захватом полуострова Сату-Ноу, населенных пунктов Старая Килия и Пардина и острова Татару Дунайская флотилия овладела обоими берегами Дуная от села Периправа до устья реки Репида, получив, таким образом, маневренный плацдарм на протяжении 76 км и необходимую глубину, в которых она так нуждалась.

У румын в районе от Измаила до устья Дуная остался один сильно укрепленный пункт — село Периправа, в котором были хорошо укрепленные позиции и гарнизон до тысячи человек пехоты и до трех батарей артиллерии. Но на захват этого села командир 14-го стрелкового корпуса не давал сухопутных частей, а своих сил для успешного проведения этой операции у флотилии было недостаточно.

Странная сложилась ситуация. Где-то на севере немцы взяли Минск, а на Дунае война шла под старыми лозунгами: «На чужой территории малой кровью». Румыны, обладая мониторами с мощным вооружением и толстой броней, действовали очень осторожно. Их мониторы были тщательно замаскированы. Впервые они проявили себя 25 июня. В 21 час было получено донесение от командира батареи № 724 о выходе трех мониторов противника из Галаца по направлению к Измаилу. Мониторы Ренийской группы «Ростовцев», «Жемчужин» и «Железняков» построились в строй уступа и изготовились к бою. Командующий Дунайской флотилией выслал самолеты 96-й эскадрильи для поддержки отряда кораблей.

После нескольких залпов нашей батареи № 724 румынские мониторы, не приняв боя, повернули на обратный курс и ушли в Галац. Это была первая и последняя попытка румынских мониторов за все время боевых действий Дунайской флотилии прорваться из Галаца вниз по Дунаю.

Утром 27 июня румынские войска начали форсирование реки Прут в районе села Джуржулешт. Однако в 10 ч 52 мин из-за излучины реки появился Ренийский отряд кораблей в составе мониторов «Ростовцев», «Железняков» и «Жемчужин» и четырех бронекатеров. Румыны в панике разбежались по обоим берегам. На месте было убито свыше ста человек. Корабли флотилии потерь не имели.

Командующий Дунайской флотилией Н.О. Абрамов решил совершить рейд в тыл противника и торпедами уничтожить замаскированные румынские мониторы. По его просьбе командующий Черноморским флотом приказал отправить из Очакова на Дунай четыре торпедных катера типа Г-5. Катера прибыли в Кислицу только в шесть часов утра 28 июня. Но, увы, этому смелому рейду не суждено было сбыться.

Однако к 30 июня румынам удалось в двух местах прорвать фронт. На участке 35-го стрелкового корпуса противник занял город Бельцы и двинулся на Кишинев, а на участке 14-го стрелкового корпуса румыны форсировали реку Прут в районе Фельчиул — Цыганка и развивали наступление на город Болград.

В связи с этим командир 14-го стрелкового корпуса снял часть сухопутных сил е участка Рени — устье Дуная и перебросил их на угрожаемый участок фронта Фельчиул — Цыганка. В обороне города Вилков остался 30-й отдельный разведывательный батальон; в обороне Старой Килии — один батальон 23-го стрелкового полка; в обороне Измаила, Сату-Ноу, Парина, Большого и Малого Даллер и острова Татару — один батальон 287-го стрелкового полка и по одному дивизиону от 218-го стрелкового полка и 99-го артиллерийского полка. На один батальон приходилось 50 км фронта.

С этого момента вся тяжесть обороны легла на Дунайскую флотилию.

Генеральное наступление германо-румынских войск началось лишь 2 июля. В ночь на 3 июля противник форсировал реку Прут в направлении Стефанешти силой до одной пехотной дивизии и развил наступление на Патрушени. В результате ожесточенных боев противник вклинился на бельцском и могилев-подольском направлениях.

Генерал-полковник Евгений Риттер фон Шоберт2 ко 2 июля сосредоточил семь дивизий против 9-й армии. А 18-й армии, находившейся на правом фланге советских войск, противостояли четыре венгерские бригады.

3 июля противник прорвал оборону 9-й армии на реке Прут и продвинулся на 8—10 км. Командующий фронтом Тюленев решил перебросить часть своих резервов на правое крыло фронта, по которому наносился главный удар. Пока войска сосредоточивались, противник передвинулся еще на 30 км.

9-я армия контрударами мехкорпуса и стрелковой дивизии пыталась уничтожить противника, наступавшего на Яссы, Бельцы, но безуспешно.

В последующие дни 18-я армия фронта, не имея достаточных сил для сдерживания противника, стала с боями отходить от границы.

3 июля генерал Тюленев решил отвести свои правофланговые силы на рубеж Хотин — Липканы.

Основываясь на ошибочных данных разведки, Тюленев сделал вывод: против фронта действует до 53 дивизий, в том числе 13 танковых и моторизованных. В действительности дивизий было в два раза меньше, а танковые и моторизованные соединения и вовсе отсутствовали. Оценив обстановку, командующий решил отвести войска за Днестр, доказывая Ставке, что против столь сильного противника фронт может вести боевые действия только «методом подвижной обороны, опираясь на УР на Днестре». Оставшиеся в нижнем течении Прута и Дуная левофланговые соединения 9-й армии (костяк составили дивизии 14-го стрелкового корпуса) решением Военного Совета Южного фронта 6 июля были объединены в Приморскую группу войск под управлением генерал-лейтенанта Н.Е. Чибисова. В состав группы вошли 14-й стрелковый корпус (25-я, 51-я, 150-я стрелковые дивизии), Тираспольский укрепрайон и 26-й погранотряд НКВД. Оперативно группе войск подчинялись Одесская ВМБ и Дунайская флотилия. 19 июля группа была реорганизована в Отдельную Приморскую армию под командованием генерал-лейтенанта Г.П. Сафронова. Эта армия получила задачу прикрыть одесское направление.

17 июля командование Южного фронта было вынуждено принять решение об отходе 14-го стрелкового корпуса и Дунайской флотилии, до этого прочно удерживавших рубежи на Дунае и Пруте. Такая необходимость была вызвана тем, что к этому времени войска противника форсировали Прут севернее Кагула и обходили правый фланг 14-го корпуса.

Дунайской флотилии ставилась задача: эвакуировать свои тылы, снять части Красной Армии с обороны, прикрыть отход 14-го корпуса, а потом прорваться самой в море для перехода в Одессу.

Дунайская флотилия выполнила приказ — части 14-го стрелкового корпуса были переброшены на левый берег Дуная. 19—20 июля корабли и катера флотилии перешли в Одессу. Всего пришли с Дуная свыше 100 вымпелов, в том числе пять мониторов, 17 бронекатеров, пять тральщиков, четыре сторожевых катера МО-4, десяток сторожевых катеров КМ.

Любопытно, что моряки эвакуировали с Дуная не только основной корабельный состав флотилии, но и обе принадлежавшие ей подвижные береговые батареи. Но по прибытии в Одессу 152-мм батареи № 724 и № 725 были переданы Одесской ВМБ.

Вечером 16 июля германско-румынские части овладели Кишиневом. К 25 июля Приморская армия с боями отошла за Днестр и заняла оборону на участке Дубоссары — Тирасполь.

Судьбу Южного фронта решил прорыв германских войск на соседнем Юго-Западном фронте. Германские 1-я танковая группа и 17-я армия в конце июля фактически расчленили Юго-Западный фронт. В результате находившиеся на левом фланге фронта 6-я и 12-я армии потеряли связь с командованием Юго-Западного фронта и были переподчинены Ставкой Южному фронту. В июле 1941 г. в состав 6-й армии входили 6-й и 37-й стрелковые корпуса, 4-й и 15-й моторизованные корпуса, 5-й кавалерийский корпус, а также личный состав 4-го и 6-го укрепрайонов. В состав 12-й армии входили 13-й и 17-й стрелковые корпуса, 16-й моторизованный корпус, 10-й и 11-й укрепрайоны.

Любопытно, что 26-я армия, которой командовал генерал-лейтенант Ф.Я. Костенко, находившаяся в начале июля 1941 г. между 6-й и 12-й армиями, каким-то образом оказалась севернее прорыва 1-й германской танковой группы и вела ожесточенные бои в районе Фастов — Канев. В сентябре 1941 г. она была уничтожена, а сам Костенко пошел на повышение. В декабре 1941 г. он уже командовал Юго-Западным фронтом.

А 6-я и 12-я армии к 30 июля оказались «в мешке» между Уманью, захваченной 1-й танковой группой, и Первомайском, взятым 17-й армией. По версии Гальдера3 к 5 августа советские войска «в мешке» были в основном ликвидированы, хотя советские самолеты по-прежнему сбрасывали окруженцам боеприпасы и продовольствие. По советской версии, в ночь на 6 августа остатки 6-й и 12-й армий пошли на прорыв и пытались форсировать реку Синюху, но пробиться удалось лишь отдельным бойцам и командирам. Остальные сдались противнику вместе с обоими командующими армиями — генерал-лейтенантом И.Н. Музы-ченко и генерал-майором П.Г. Понеделиным. Увы, эта история до сих пор окутана тайной.

В октябре 1941 г. Понеделин был заочно приговорен к расстрелу. В 1945 г. его освободили союзники и репатриировали в СССР. Пять лет бывший генерал-майор провел в лагере. Оттуда он обратился с ходатайством лично к Сталину. Результатом стал второй суд, приговоривший 25 августа 1950 г. бедолагу к высшей мере.

Любопытно официальное освещение трагедии 6-й и 12-й армий. В вышедшей в 1985 г. помпезной энциклопедии «Великая Отечественная война 1941—1945» на странице 232 о 12-й армии сказано: «После выхода из окружения управление армии 10 августа расформировано, а ее войска переданы на укомплектование соединений и частей фронта». А о 6-й армии на странице 791 сказано: «10 августа расформирована, ее войска переданы в другие армии». Как говорится, «все хорошо, прекрасная маркиза...».

Забегая вперед, скажу, что в конце августа 1941 г. на Южном фронте были заново созданы 6-я и 12-я армии. 6-я армия — на базе 48-го стрелкового корпуса (первоначальный состав: 169-я, 226-я, 230-я, 255-я и 275-я стрелковые дивизии; 26-я и 28-я кавалерийские дивизии и 8-я танковая дивизия), а 12-я армия — на базе 17-го стрелкового корпуса (первоначальный состав: 270-я, 274-я стрелковые и 11-я танковая дивизии).

Новая 6-я армия тоже попала в окружение и была пленена в июне 1942 г. И в том же месяце была создана третья по счету 6-я армия.

Одновременно с прорывом на севере 17 июля германская 11-я армия и румынские части форсировали Днестр, и уже к вечеру 18 июля на левом берегу реки было пять дивизий противника. Возникла угроза окружения Южного фронта. С севера из зоны ответственности Юго-Западного фронта наступала немецкая 17-я армия, а с юга — 11-я армия. Отход Южного фронта превратился в бегство.

2 августа 1941 г. Гальдер записал в дневнике: «...отчетливого представления о противнике на этом участке фронта мы не имели», то есть части Южного фронта оторвались от противника и в полнейшем беспорядке (чем сильно дезориентировали германских генералов) двинулись на восток. Согласно схеме в Издании «Вторая мировая война»4 остатки войск Южного фронта к 7 августа находились к югу от Вознесенска, какие-то части находились на реке Ингул в районе села Привольное, а остальные имели хоть какой-то фронт от Кременчуга до Кривого Рога. Части же Приморской армии отошли к Одессе.

6 августа 1941 г. за успехи в разгроме Южного фронта Гитлер наградил Антонеску рыцарским крестом, хотя особой роли румынские войска в операции не сыграли. Но Антонеску в письме от 14 августа попросил более существенную награду — земли за Днестром, и пообещал там поддерживать «порядок и безопасность». Гитлер дал согласие, и 19 августа 1941 г. генерал Антонеску издал декрет о присоединении Транснистрии к Румынии. Там говорилось: «Мы, генерал Йон Антонеску, верховный главнокомандующий армией, постановляем:

Территория, оккупированная между Днестром и Бугом, за исключением района Одессы, граничащая на севере по линии Могилев — Жмеринка, обозначенной на прилагаемой карте, входит в состав румынской администрации.

Назначаем нашим представителем в Транснистрии с предоставлением ему всех полномочий господина профессора Георге Алексяну.

Чиновники, назначенные на работу в Транснистрию, будут получать двойное жалование в леях и жалование в марках, не превышающее жалованья в двойном размере в леях.

РККС (марка) является единственной монетой, имеющей хождение на территории Транснистрии.

Назначаем резиденцию управления Транснистрией в г. Тирасполе.

Наш представитель непосредственно подчиняется нам и Президиуму Совета министров».

Понятно, что Антонеску сделал Тирасполь «столицей» Транснистрии не от хорошей жизни. Ею должна была стать только Одесса, и румыны буквально лезли из кожи вон, чтобы захватить город.

Но вернемся к ходу боевых действий. Еще в конце июля командование Южного фронта, находившееся в Воскресенске, вызвало к себе большую часть кораблей Дунайской флотилии. Корабли флотилии перешли из Одессы в Николаев и далее поднялись вверх по Южному Бугу до Воскресенска. Командование Южного фронта подчинило флотилию непосредственно себе. Вверх по реке Ингул был отправлен отряд бронекатеров флотилии.

3 августа немцы подошли к Воскресенску, а штаб фронта в ночь на 4 августа отправился в Николаев. В ту же ночь немцы заняли город Кировоград на реке Ингул.

В ночь на 10 августа можно было отбить Воскресенск. Для этого монитор «Ударный» в полночь выпустил по городу за 15 минут 85 130-мм снарядов. Но командир находившейся рядом 9-й кавалерийской дивизии не сдвинулся с места «за отсутствием директив сверху».

11 августа частям германской 11-й армии удалось прорваться к Николаеву, наступая с севера в междуречье Южного Буга и Ингула. Поэтому кораблям Дунайской флотилии было приказано уходить, с рек Южный Буг и Ингул к Николаеву. Части 9-й армии не обороняли Николаев, а стали отходить на восток, в городе остались только моряки.

12 и 13 августа корабли Дунайской флотилии обстреливали германские части, подходившие к Николаеву, а в ночь на 14 августа ушли в Херсон. Большая часть личного состава Николаевской военно-морской базы была погружена на суда Черноморского флота и убыла в Севастополь. 15 августа немцы овладели Николаевым.

Согласно сводке Совинформбюро 12 августа 1941 г. все судостроительные заводы Николаева были взорваны. Но, увы, это была дезинформация, причем не для немцев, а для собственного населения и «британского союзника». Так, на заводе № 198 взорвали крытый эллинг со стапелями № 2 и № 3 и перемычку, отделявшую подводную часть стапеля «о» от лимана, затопили на рейде плавучий док. На заводе № 200 взорвали электростанцию и кислородную станцию. Корпуса ряда заложенных в 1938—1941 годах крупных и средних кораблей и судов остались на стапелях и были захвачены противником.

В годы оккупации Николаева недостроенные корпуса легких крейсеров «Орджоникидзе» и «Свердлов», четырех эсминцев проекта 30, четырех сторожевых кораблей проекта 29 и шести подводных лодок после их обследования немецкими специалистами разобрали на металл, который вывезли в Германию либо использовали для строительства десантных барж на частично восстановленных николаевских заводах.

К 15 августа части 9-й армии отходили за Днепр, переправляясь через него в районе Берислав и села Антоновка (близ Херсона). Немцы подошли к Очакову и стремились штурмом взять его.

Советские войска отступали в беспорядке. Даже в официальном издании Министерства обороны говорится: «В г. Херсон царили анархия, произвол. Протоки Днепра напротив Херсона были забиты судами и баржами речного флота, прибывшими сюда из района Киева и Днепропетровска. Там собрались: 18 пассажирских пароходов, 15 буксирных пароходов, 12 землечерпальных судов, до 40 несамоходных барж, среди которых было много нефтеналивных, заполненных нефтью»5.

Сухопутное командование как утопающий за соломинку схватилось за корабли Дунайской флотилии.

15 августа монитор «Мартынов» и бронекатера БКА-211, 221, 222 и 223 были отправлены вверх по Днепру в район Запорожья в распоряжение командующего 18-й армией. Забегая вперед, скажу, что после отхода наших войск от Днепра утром 18 сентября «Мартынов» и четыре бронекатера были взорваны экипажами в протоке Конка.

С 18 августа остававшиеся у Херсона корабли Дунайской флотилии (монитор «Ударный» и десять бронекатеров) вели огонь по наступавшим германским войскам. Только «Ударный» с 7 ч 00 мин до 18 ч 40 мин сделал 260 выстрелов. Когда одно орудие вышло из строя, монитор продолжал вести огонь из оставшегося орудия.

С 10 часов немцы начали обстреливать город и порт Херсон из тяжелых орудий. К 19 часам немецкие танки прорвались к берегу в район элеватора, а к 20 часам — в район порта и пристани.

Далее началось отступление (бегство) на левый берег Днепра. Прикрывали посадку и переправу сухопутных частей пять бронекатеров Дунайской флотилии, которые также находились под обстрелом противника. От попадания крупнокалиберного снаряда БКА-201 взорвался, почти вся команда погибла. От нескольких прямых попаданий снарядов загорелся штабной корабль «Буг», он лишился хода, выбросился на берег, где и догорел.

В тот же день монитор «Железняков» обстреливал дорогу Ивановка — Дмитриевка (район Очакова).

К 21 ч 00 мин 19 августа последнее сопротивление советских войск в Херсоне прекратилось, и весь город перешел под контроль эсэсовцев из дивизии «Лейбштандарт Адольф Гитлер».

После падения Херсона части Южного фронта, переправившись через Днепр, заняли оборону на его восточном берегу. 9-я армия заняла оборону по Днепру на участке Горностаевка — Каховка — Алешки — Старая Збруевка и далее на запад, до Еголыцкого залива. Штаб армии находился в селе Колончак.

Части 9-й армии располагались в обороне следующим образом: 150-я стрелковая дивизия на участке Казачьи Лагери — Алешки; 15-я стрелковая дивизия — на участке Алешки — Бузовой; штаб 51-й стрелковой дивизии — в селе Костогрызово. 263-й полк 51-й стрелковой дивизии с приданными ему двумя дивизионами 218-го стрелкового полка (с неполным составом материальной части) был расположен на участке Старая Збруевка — Голая Пристань.

Дунайская флотилия получила от командования Южного фронта задачу прочно оборонять участок фронта Цюрюпинск (включительно) — Новая Збруевка (исключительно) протяженностью 30 км и кораблями прикрывать участок Новая Збруевка — Прогной — остров Первомайский.

13 августа начались бои за Очаков, когда части немецкой 50-й пехотной дивизии, захватив Аннекрок, пытались с ходу взять город, но были отбиты советскими войсками. В течение последующих четырех суток на подступах к Очакову шли ожесточенные бои. Наши войска поддерживали огнем канонерская лодка «Красная Армения», а также мониторы «Ударный» и «Железняков».

Тем не менее 21 августа немецкие войска овладели Очаковом. Остатки очаковского гарнизона переправились на острова Первомайский и Березань, а также на Кинбурнскую косу, в Прогной и Покровский.

19 августа командование Черноморского флота по согласованию с командованием Южного фронта «для централизации обороны участка от побережья между Днепровско-Бугским лиманом и Каркинитским заливом создало Тендровский боевой участок в границах: на севере — Кинбурнская коса, южный берег Днепровского лимана; на востоке — Алешки, Б. Копани, Каланчак и Хорлы; на юге — Джарылгачская коса и Тендровская коса. В состав Тендровского боевого участка были включены два стрелковых батальона, 108-й подвижный артиллерийский дивизион, Тендровская маневренная база, учебное судно "Комендор"»6.

Вход в Днепро-Бугский лиман прикрывали две мощные 203/50-мм четырехорудийные батареи. Батарея № 15 находилась на правом берегу лимана у Очакова. Она участвовала в обороне города, но действовала крайне безграмотно. Вот, к примеру, донесение от 14 августа: «...батарея обстреляла шесть танков противника в районе села Новоселки». Как уже говорилось, стрельба из тяжелых орудий по танкам на дальность свыше 2 км была крайне неэффективной. Вместо этого можно было разместить замаскированных корректировщиков, которые бы обеспечивали стрельбу по ближним тылам противника на дальности до 20 км фугасными снарядами и до 18 км шрапнелью. Естественно, стрельба должна была вестись по площадным целям — скоплениям живой силы и техники, штабам, обозам, полевым госпиталям, а не по отдельным танкам.

По официальным данным, батарея № 15 была взорвана при подходе немцев, но фактически повреждения ее были невелики.

Другая же батарея, № 22, представляла собой твердый орешек для немцев. Она была расположена на искусственном островке, возведенном еще при «проклятом царизме». Тогда его называли Николаевским островком, и на нем был возведен мощнейший форт из камня и бетона. В 1920 г. форт, переименованный большевиками в Первомайский, несколько раз вступал в артиллерийскую дуэль с кораблями белых, в числе которых были линкор «Генерал Алексеев» (бывший «Александр III») и крейсер «Генерал Корнилов» (бывший «Очаков»).

К 22 августа на батарее № 22 оставалось всего 24 снаряда. По острову немцы ежедневно выпускали десятки снарядов калибра до 15 см включительно, но они не наносили особых повреждений мощным стенам и перекрытиям форта.

30 августа к острову прорвалась парусно-моторная шхуна «Штепенко» (водоизмещением 120 т) и под огнем противника выгрузила 203-мм выстрелы для батареи № 22.

И после этого шхуна «Штепенко» совершила несколько рейсов на Первомайский, но 18 сентября, выходя из Днепро-Бугского лимана, она была потоплена дальнобойной артиллерией противника.

Забегая вперед, скажу, что батарея № 22 до 23 сентября обстреливала Очаков. И лишь 23 сентября наши моряки покинули этот геройский остров. Любопытно, что если об обороне островов Осмуссар, Сухо и др., защитники которых нанесли куда меньший ущерб врагу, после 1945 г. десятки историков и писателей выпустили сотни статей и книг, то гарнизон Первомайского был напрочь забыт. Может, они чем-нибудь провинились? Увы, нет. Просто с 1961 г. на острове началась подготовка советских диверсантов, а с 1992 г. — украинских. И остров стал совершенно секретным. Правда, сейчас в украинской прессе появилась информация, что остров Первомайский будет вскоре продан какой-то частной фирме.

Существование Тендровского боевого участка помогло советскому командованию решить несколько за дач, главной из которых было недопущение прохода судов противника к портам Херсон и Николаев, а также обеспечение безопасности коммуникаций Севастополь — Одесса. На Тендре базировались истребители, прикрывавшие наши корабли на переходе морем.

Не имея кораблей, немцы не могли захватить Тендровский боевой участок. А румынский «гранд флит» тихо сидел в Констанце, «как мышь за веником». Германская авиация интенсивно бомбардировала Тендровский боевой участок и наши корабли в этом районе. Также было выставлено несколько десятков магнитных мин.

19 сентября самолетам противника удалось у Тендровской косы потопить монитор «Ударный», а монитор «Железняков» был поврежден близкими разрывами бомб.

С 22 по 24 сентября пикирующие бомбардировщики Ю-87 в районе Тендры потопили эсминец «Фрунзе», канонерскую лодку «Красная Армения», морские буксиры «Тайфун» и «ОП-8», баржи Дунайской флотилии с боезапасами, топливом и с вещевым имуществом, а также большое количество мелких судов.

25 сентября по приказу командования Черноморского флота остатки кораблей Дунайской флотилии были отведены от Тендры и отправлены в Севастополь. По пути случился любопытный казус. «Не дошел до Севастополя буксирный пароход «Аккерман», вышедший 25 сентября. На буксире вышла из строя машина, и его сильным норд-остовым ветром придрейфовало к турецкому берегу вблизи г. Синоп. Корабль был интернирован турками»7.

По сему поводу у меня большие сомнения. Что, на судне не было рации? Нельзя было поставить импровизированный парус? и т. д.

В конце сентября наши войска были эвакуированы с Тендры. Оборона Тендровского боевого участка закончилась. Интересно, что энциклопедия Великой Отечественной войны оборону Тендровского боевого участка даже не упоминает. Там вообще нет статьи «Тендра». Зато на страницах 710—712 помещена большая статья о деятельности отечественных театров в годы Великой Отечественной войны с тремя иллюстрациями, включая сцену из спектакля «Царь Федор Иоаннович».

Примечания

1. Гриф секретности снят: Потери Вооруженных сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах. / Под ред. Г.Ф. Кривошеева. — М.: Воениздат, 1993. С. 240—242.

2. Командующий 11-й германской армией и фактически командующий румынскими войсками, которые формально подчинялись диктатору Антонеску.

3. Гальдер Ф. Военный дневник:. Ежедневные записи начальника Генерального штаба сухопутных войск 1939—1942 гг. — М.: Воениздат, 1971. — Т. 3: От начала восточной кампании до наступления на Сталинград (22.06.1941—24.09.1942).

4. Вторая мировая война 1939—1945. / Под ред. СЛ. Платонова. — М.: Воениздат, 1958.

5. Хроника боевых действий Дунайской военной флотилии в Великой Отечественной войне Советского Союза в 1941 г. (22 июня — 1 декабря 1941 г.). — M.; Л.: Управление Военно-морского издательства НКВМФ СССР, 1945. С. 31.

6. Хроника Великой Отечественной войны Советского Союза на Черноморском театре. — Вып. 1. С. 78.

7. Хроника боевых действий Дунайской флотилии... С. 41.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2018 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь