Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Ссылки
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Единственный сохранившийся в Восточной Европе античный театр находится в Херсонесе. Он вмещал более двух тысяч зрителей, а построен был в III веке до нашей эры.

На правах рекламы:

• Акб для лодки читать далее.

Главная страница » Библиотека » С.В. Волков. «Исход Русской Армии генерала Врангеля из Крыма»

А. Леонтьев1. «Марковская артиллерия в осенних боях»2

Предстояло перевооружение артиллерии, и от каждой батареи были командированы в город Севастополь, в Артиллерийскую школу, по одному офицеру для ознакомления с 75-мм французской пушкой. Непрерывные 45-дневные бои временно закончились. Все нуждалось в отдыхе. До 3—9 сентября батареи стояли на своих местах, имея на позиции дежурные взводы, которые изредка вели огонь. Центр тяжести боев был перенесен на Каховский плацдарм, где атаки наши 21-го и 23-го кончились неудачей, ибо не хватало у нас технических средств подавить сильные укрепления.

Обстановка на Польском фронте резко изменилась, советские армии поспешно и в беспорядке отходили. Большевики усиленно предлагали начать немедленно мирные переговоры, на чем особенно настаивали англичане. Переброска с Польского фронта на Южный нескольких советских армий предрешала исход борьбы. Уже теперь красное командование бросало на юг все свободные резервы. Пополнений у нас же не было, кроме отдельных офицеров, из числа эвакуированных, в начале 1920 года, в разные страны. Все местные средства были использованы и приходилось рассчитывать на свои силы и на какие-то отдельные возможности сформировать что-то в Польше из числа советских пленных и остатков Северо-Западной армии генерала Юденича.

29 августа 3-я батарея сменила Г.М.* батарею, которая была отведена в резерв. 1 сентября в село Михайловка приехал генерал Врангель с представителями Союзных держав. На смотру участвовали 3-й Марковский полк и Г.М. батарея.

Город Александровск. Остров Хортица. На правом берегу Днепра

1 сентября части Донского корпуса перешли в наступление. К 4-му донцы наголову разбили Верхнетокмакскую и Пологскую группах красных. Продолжая операцию, генерал Кутепов с 1-м армейским и Донским корпусами и 1-й Кубанской казачьей дивизией разбил Ореховскую и Александровскую группы противника и к 7-му вышел на линию Пологи — Кичкас. Было взято более 10 тысяч пленных, 30 орудий, 6 бронепоездов, 3 бронеавтомобиля, пулеметы и большие склады огнеприпасов.

4-го марковцы двинулись вперед на село Бурчатск, взятое после непродолжительного, но упорного боя, и на ночь расположились в районе села Васильевка. 5-го наступление продолжалось и колонны дивизии были атакованы авиацией красных, среди которой было два самолета типа «Илья Муромец». Сброшенные бомбы вреда не причинили. К ночи, после небольшого боя, заняли село Янчокрак.

6-го вечером был взят город Александровск, эшелоны красных спешно уходили на Синельниково. Железнодорожный мост у Кичкаса был взорван до подхода наших частей. Толпы красноармейцев без всякого конвоя двигались к нам в тыл. Захвачена большая добыча. Г.М., 2-я, 3-я и 7-я батареи ночевали в городе, а 4-я и 8-я батареи заняли село Вознесенка, около Кичкаса.

8-го Г.М., 2-я и 3-я батареи перешли к селу Вознесенка, где на позициях стояли 4-я и 8-я, охраняя Кичкасскую переправу. Противник с правого берега обстреливал наше расположение и позиции батарей, пулеметным и артогнем.

10-го все батареи стали на позиции в районе села Вознесенка для обороны переправ через Днепр. 1-й полк занял возвышенную часть острова Хортица. Остров, где в свое время находилась знаменитая Запорожская Сечь, имеет около 10 верст в длину и около 2 в ширину и делится на северную возвышенную и южную — низменную части. Приданная полку 3-я батарея стала на позиции у самого берега Днепра, против центра острова, а наблюдательный пункт был на острове; сообщение поддерживалось лодками и толстый телефонный провод лежал по дну реки. К середине сентября на остров переправился 2-й полк, который с 1-м полком составили отряд генерала Гравицкого. За участком 2-го полка, на западной окраине села Вознесенка, заняли позицию 2-я и 7-я батареи. Г.М. батарея находилась в селе Павлокичкас, где своими силами обороняла переправу. Одно орудие батареи было придано Марковскому конному дивизиону, который находился на правом фланге дивизии у хутора Абазина. Один взвод 8-й стоял против Кичкасской переправы, а другой на окраине города, для обстрела южной оконечности острова. До окончательного очищения острова от красных приходилось считаться с возможностью неожиданной атаки, как днем, так и ночью. Оба полка стояли на возвышенной части, а низменная, густо покрытая всевозможной растительностью, лишь только наблюдалась нашими заставами и поисками разведчиков.

Попытки красных переправиться и занять остров происходили неоднократно. Обыкновенно это было ночью и вброд, через «Старое русло», и иногда им удавалось занять нижнюю часть острова значительными силами, но с рассветом они были выбиваемы. Все броды, а их было 6, точно пристреляны, и в самое короткое время по ним открывался заградительный огонь всех батарей. Противник часто обстреливал город Александровск, где находились штабы и хозяйственные части. Были потери. С рассветом 17-го 4-я батарея на баржах и буксире переправилась на остров, а затем и резервное орудие Г.М. батареи без лошадей. 19-го открылось движение по понтонному мосту, построенному Марковской инженерной ротой, чем установилась прочная связь с тылом.

До 24-го на фронте происходила обычная артперестрелка и усиленная разведка бродов, а в городе сосредотачивались корниловцы и кубанцы генерала Бабиева. При нашей бригаде начал формироваться запасный взвод, командиром которого назначен штабс-капитан Мино3. Ввиду недостатка английских снарядов, все батареи должны были перевооружаться на французские орудия или русскими образца 1902 года.

Генералу Кутепову приказывалось в ночь на 25 сентября переправиться в районе города Александровска на правый берег Днепра и, выставив заслон на Екатеринославском направлении, ударной группой из корниловцев и 1-й Кубанской казачьей дивизии наступать на фронт Долгинцево — Апостолово. Генерал Драценко — частями 2-й армии форсировать Днепр на участке Никополь — Софиевка и направить конницу для захвата станции Апостолово; генералу Витковскому — овладеть Каховским плацдармом. Фактически части 1-й армии переправлялись лишь через правый рукав Днепра, «Старое русло» или «Речище». На южной части Хортицы переправлялась ударная группа, а полки-батареи наши шли вброд с участка 1-го и 2-го полков.

24-го на остров перешли 3-й полк, 2-й и 3-й и взвод 8-й батареи и поздно вечером Марковский конной дивизион с орудием Г.М. батареи, три орудия которой оставались у села Павлокичкас.

25 сентября, в 4 часа 30 минут, головные батальоны марковцев без выстрела бросились в холодную воду, доходившую местами выше пояса. И только когда начали выходить на берег, противник открыл ружейный и пулеметный огонь. Ударная группа начала переправляться на полчаса позже, после короткой артподготовки. На острове оставалось лишь резервное орудие, а взвод 2-й ушел в Александровск на перевооружение. Батареи переправлялись с трудом, и отдельные орудия застряли. Песчаное дно затрудняло движение: колеса орудий и ноги лошадей глубоко уходили в песок. Лошади волновались. Для вытягивания орудий пришлось использовать пленных. К 8 часам часть батарей начала догонять ушедшие вперед полки. К вечеру противник был разбит на всем участке дивизии. Нами взята деревня Лукашевка, где стали Г.М. и 2-й полки с 3-й и взводами 2-й, 4-й и 7-й батарей, и деревня Веселая, где расположились 3-й полк, Конный дивизион со взводами 4-й и 8-й батарей. Поздно вечером Конный дивизион перешел в село Лукашевка, где к нему подошло орудие Г.М. батареи, застрявшее при переправе.

Вечером 25-го Г.М. батарея спешно перешла из села Павлокичкас в село Вознесенка, ибо еще днем были обнаружены части красной конницы, для ликвидации которой ожидался 4-й Дроздовский стрелковый полк. В ночь на 26-е Г.М. батарея перешла на остров, а днем на другом берегу вместе с дроздовцами имела весь день ряд мелких столкновений с противником.

На участке марковцев с утра было спокойно, на дивизию была возложена задача активно оборонять переправы у Хортицы. Началась перегруппировка батарей, а около 13 часов красные атаковали деревню Веселая. 3-й полк при самой энергичной поддержке батарей и нашей лихой конной атаке принудил противника к беспорядочному отступлению. Батареи понесли потери.

К ночи дивизия занимала деревни Веселая и Лукашевка и колонию Канцеровка. С утра 27-го красные угрозой нашему левому флангу заставили дивизию отойти на линию бугров у могилы Раскопана, что у дороги Лукашевка — Хортица. Части наши, с 8-й батареей, взводами 2-м и 4-м и орудием Г.М. батареи, с трех сторон атаковали колонию Нейенбург (Широкая). Расстреливаемый огнем орудий с открытых позиций противник поспешно отступил к колонии Нейгорст. В колонии остался конный дивизион с Г.М. орудием, а батальоны 1-го и 3-го полков с остальной артиллерией выступили на Лукашевку с целью ее захватить ночной атакой. Двигались в полной боевой готовности. Неожиданно захватили полевой караул, потом отдельных красноармейцев и батальон 3-го полка атаковал во фланг позицию перед деревней, а Г.М. полк ворвался в деревню, где после очень упорного боя занял южную часть деревни, послав об этом донесение.

Тем временем противник подтянул резервы, и наш отряд отошел обратно в колонию Нейенбург. Не зная об отходе, части дивизии, находившиеся у могилы Раскопана, двинулись в Лукашевку и неожиданно попали под огонь красных и после тяжелого боя выбили противника к утру 28-го. Г.М. батарея вернулась на остров Хортица и заняла позицию для обороны севернее Брода. 4-й Дроздовский полк спешно ушел в Александровск. Противник перешел в наступление в районе города Мелитополя. Операция 2-й армии у города Никополя развивалась успешно.

Утром 28-го красные вновь перешли в наступление на деревню Лукашевку. Завязался упорный бой, на помощь батальону 3-го полка и взводам 4-й и 7-й батарей из колонии Нейенбург спешно шел батальон 1-го полка с 8-й батареей. Красные бросили конницу, которая, пользуясь складками местности, неожиданно бросилась на пехоту и смяла одну роту. 8-я батарея с открытой позиции открыла беглый огонь по лавам, противник обрушился на нее ураганным огнем своей батареи. Несмотря на большие потери, 8-я батарея не прекратила огня, будучи вся окутана разрывами снарядов, она разметала конницу: от лав остались лишь трупы людей и лошадей и все поле было покрыто скачущими лошадьми без всадников и бегущими кавалеристами без лошадей. В батарее убиты: бомбардиры Марков и Ершов; ранены: штабс-капитан Ильинский, подпоручик Церель4, младший фейерверкер Кубов, канониры Кутовенко, Лебедев, Воскобойников и еще один.

Другие части дивизии имели тоже успешные бои за этот день. Никопольская группа красных была разбита. Конница генерала Бабиева начала выходить в их тылы. Части 1-й армии, находившиеся на правом берегу Днепра, получили приказ начать постепенный отход в исходное положение.

Утром 29-го вся Марковская дивизия сосредоточилась в деревне Лукашевке и выступила на колонию Большая Хортица, в арьергарде 3-го полка с 4-й и 7-й батареями. Противник «следовал по пятам», и большие колонны были замечены между колониями Нейгорст и Шенгорст. Арьергарду приказано атаковать колонию Шенгорст, а конному дивизиону с орудием Г.М. батареи прикрыть атаку с севера. Завязался упорный бой. Командир полка подполковник Никитин лично повел в конную атаку свою конную сотню и разведчиков 4-й батареи на петроградских курсантов. Уже в темноте полк занял колонию, но ночью отошел в колонию Большая Хортица. Во время конной атаки в 4-й батарее ранены юнкер Иванов и младший фейерверкер Рейцер, две лошади, а у начальника команды поручика Маевского убита лошадь.

30 сентября в два часа ночи вся дивизия поднята по тревоге, т. к. разведка донесла, что красные заняли остров Хортица и продвигаются вдоль Днепра на колонию Розенгарт. Двинулись на юг 3 колоннами: левая — 4-я и 7-я батареи с 3-м полком в колонию Ново-Павловка (Кронсталь), средняя — взвод 2-й и 8-я батарея с 1-м полком и 4-м орудием Г.М. батареи с Конным дивизионом в колонию Новая Слобода (Розенгарт) и правая — 3-я батарея и 8-я Дроздовская со 2-м полком, туда же. Перед рассветом колонны прибыли на свои места, став по квартирам, но ненадолго, ибо с утра красные перешли в наступление.

Весь день у колонии Новая Слобода и Ново-Павловка шли бои, противник стремился прорваться вдоль берега, но у Ново-Павловки бой Принял очень упорный характер. На помощь пришел Конный дивизион с орудием Г.М. батареи, и к вечеру контратакой противник был отброшен и части стали располагаться по квартирам. Темнело. Вдруг Затрещали ружейные выстрелы; батареи двинулись к выходу из колонии и в пути 4-ю батарею атаковала конница, отбитая батарейными пулеметами. За колонией батарея оказалась на участке другого батальона 3-го полка, связь с другим была потеряна, ибо он отошел через огороды. По дороге в колонию Новая Слобода нашли убитого начальника обоза поручика Коробкина и тяжело раненного подпоручика Акимова. Обоз был атакован кавалерией. На ночь батарея и батальон расположились на бугре, выставив круговое охранение.

— На участке 2-й армии произошла резкая перемена. Убит генерал Бабиев, с его смертью исчез порыв и вера в свои силы. Наши конные части начали отходить к переправам. С утра 1 октября у колонии Ново-Павловка сосредоточились 3-й полк с 3-й батареей и позже подошли 2-й с 4-й и 7-й батареями. Шел упорный бой. После обеда из района Никополя к колонии Шенеберг подошла Корниловская ударная дивизия, сделавшая переход в 60 верст и немедленно атаковавшая красных во фланг. 1-й полк с конным дивизионом, 8-й, взводом 2-й и орудием Г.М. батарей сдерживали красных между Днепром и колонией Новая Слобода. Г.М. батарея продолжала стоять на острове Хортица, наблюдая северные переправы. К вечеру корниловцы были оттянуты в Александровск.

Части 2-й армии закончили переправы на левый берег и уничтожили мосты. Марковцы оставались в районе Ново-Павловка — Новая Слобода. 2 октября в 16 часов дивизия начала отход к своей мостовой переправе у колонии Нижняя Хортица. Противник сильно наседал и сдерживался арт- и пулеметным огнем. К вечеру переправа была закончена и мост уничтожен. На острове Хортица оставались 1-й и 2-й полки и взводы 2-й и 7-й батарей; 3-я и 8-я стали на свои старые позиции, 4-я заняла позицию 2-й, один взвод Г.М. в селе Павлокичкас, а другой в городе, на позиции у кладбища. Для марковцев закончился крайне тяжелый восьмидневный период боев. Малочисленная дивизия показала свою стойкость, доблесть и упорство.

Все на Врангеля

26 сентября было подписано перемирие между большевиками и поляками, а 2 октября заключен мир. Русская Армия осталась одна. После совещания с генералами Кутеповым и Шатиловым Главнокомандующий принял решение за Крымские перешейки не отходить, а принять неравный бой в Северной Таврии.

Началась необходимая перегруппировка. Утром 5 октября взвод 2-й батареи, перевооружившийся русскими орудиями 1902 года, прибыл на остров и сменил взвод 7-й, который перешел в город. Ввиду полного износа гаубиц и израсходования гаубичных снарядов, батарея оставила две самые лучшие гаубицы до окончательного расстрела имеющегося запаса бомб. Взамен двух других было получено два 18-фунтовых английских орудия. 4-я батарея также сменила свои английские орудия на русские образца 1902 года.

7 октября дивизия приступила к оставлению острова. С наступлением темноты последнее сторожевое охранение отошло на восточный берег, а мост сожгли. Следующие дни происходила ружейная и артперестрелка с красными, занявшими остров. К этому времени «союзные бандиты» начали переходить на сторону противника и нападать на отдельных чинов армии и обозы. Запасный взвод закончил свое формирование и перешел в село Мокрая, где присоединился к Марковскому конному дивизиону. К моменту оставления нами города, наша бригада имела 24 легких орудия и две гаубицы.

В ночь с 9-го на 10-е дивизия покинула город Александровск и, будучи временно приданной Донскому корпусу, несколькими колоннами направилась на юг. Погода испортилась, дул сильный холодный ветер. На привалах приходилось разжигать костры. 12-го части заняли села Маячки, Павловка и Балки. 13-го — приказано форсированным маршем перейти в село Большие Белозерки.

Утром 13-го наша дивизия выступила, но в пути получила приказание повернуть на село Днепровка, на помощь 42-й Донскому полку, на который наступали переправившиеся через Днепр красные. Колонны 1-го и 3-го полков со 2-й, 4-й, 7-й и 8-й батареями вошли в село Днепровка и стали по квартирам дно с наступлением темноты были атакованы. Атака отбита пулеметным и артогнем, а перешедшие в контратаку батальоны отбросили противника. Из захваченного приказа выяснилось, что село Водяное занято красными. Только что подошедшему к селу Днепровка арьергарду дивизии 2-му полку, Конному дивизиону, Г.М. и 3 батареям и западному взводу приказано немедленно выступить и занять Водяное. Отряд в ночь на 14-е атаковал селение, но был обойден и атакован с тыла, что заставило начать отход к Днепровке.

С утра 14-го дивизия заняла оборонительные позиции перед селением. Красные наступали густыми цепями, и батареи вели непрерывный огонь, стараясь задержать наступление, и препятствовали подходу резервов. Г.М. и 2-й полки перешли в контратаку, и некоторое время цепи перемешались, а в ход были пущены штыки и гранаты. Обе стороны несли большие потери, к противнику подходили резервы, и марковцы начали отход к селу.

Вправо шел бой на участке 42-го Донского полка. Одновременно стало известно, что начдив генерал-майор Третьяков застрелился. Как выяснилось позднее, генерал еще ночью получил приказ об отчислении от командования дивизией, с назначением комендантом крепости Керчь. Дивизия после уличного боя в селении начала отходить на село Большая Белозерка (35000 населения). Начальником дивизии назначался корниловец, генерал-майор Пешня, но в силу боевой обстановки не имевший возможности немедленно вступить в командование, а посему дивизию временно принял дроздовец, генерал-майор Манштейн 2-й, прибывший в село Большие Белозерки 15-го утром.

15-го с утра все советские армии перешли в наступление с задачей уничтожить Русскую Армию в Северной Таврии. На нашем участке день прошел спокойно. От 3-й и 8-й батарей ушло по одному взводу в тыл для перевооружения. С утра выпал первый снег, но сейчас же стаял. Образовалась непролазная грязь. С наступлением темноты были приняты усиленные меры охранения.

В ночь на 16-е температура упала до —10 градусов. К утру спустился густой туман. Этим воспользовалась 46-я советская стрелковая дивизия и, подойдя ночью к Большим Белозеркам, развернулась и перешла в наступление, охватывая оба фланга нашего расположения. Под сильным ружейным огнем противника дивизия оставила селение, сосредоточилась на буграх к югу и начала отходить на село Пескошно. Через некоторое время показались лавы красной конницы, это 16-я их дивизия, 2-й конной армии. Западнее дороги выдвинулся 2-й полк с 3-й и 8-й батареями, восточнее — 1-й полк с Г.М. и 2 батареями. Конный дивизион и запасный взвод на левом фланге 2-го полка. Батальоны сомкнули ряды, в интервалах пулеметы. Все батареи немного сзади, каждая по возможности открыть заградительный огонь на любом участке фронта дивизии. Часть конницы начала обтекать оба фланга, в центре, усиленная подошедшими главными силами, продолжала идти вперед. Расстояние сокращалось... Команды. И одновременно — ружейные залпы, стук пулеметов и беглый огонь батарей. Красная кавалерия бросилась назад, и, как всегда, всадники без лошадей, лошади без всадников и на поле раненые и убитые люди и лошади.

Дивизия продолжала отход. Снова атака конницы... И так 18 верст. Под конец красные подтянули свои батареи. У нас потери, но колонны в порядке продолжали свое движение. При приближении к селу Пескошно противник прекратил свои атаки: донцы со стороны села Михайловка с успехом атаковали красных во фланг и тыл. К вечеру дивизия прибыла в село Веселое. Шел снег. Мороз все крепчал.

17-го тремя колоннами перешли в колонии: Эйгенфельд, Марианфельд и Кайзерталь, к западу от города Мелитополя. Переход около 40 верст. Здесь были получены первые сведения, что 1-я Конная армия прорвалась к нам в тыл и захватила станцию Сальково и город Геническ.

18-го, в три часа, дивизия поднята по тревоге. Опять резкий ветер и мороз. Со стороны станции Сальково слышна артстрельба. Это донцы генерала Гусельщикова успешно атаковали прорвавшуюся конницу красных. К полудню дивизия, пройдя село Терново, подошла к железнодорожной линии и продолжала движение к станции Сокологорное. Все пути были забиты брошенными эшелонами. Большинство паровозов стояло замерзшими или совсем без воды. К ночи, после 20 часов марша, сделав около 65 верст, батареи и полки расположились в районе станции Юрицыно. Разместились исключительно тесно, и сторожевое охранение было выставлено на все четыре стороны. Хозяйственные части батарей и взводы 3-й и 8-й, отправленные для перевооружения, прошли в Крым через село Сальково.

19-го с утра марковцы перешли в село Ново-Григорьевка, где были атакованы красными. Завязался упорный бой, 2-я батарея и запасный взвод попали под сильный огонь красных батарей и понесли потери. Другие батареи своим огнем заставили замолчать красную батарею и поддержали контратаку наших полков. Противник отошел. На ночь остались в селении. Ранены штабс-капитан Афендульев5 и канонир Григоренко.

20-го продолжали отход и через село Юзкуя, после полудня, вошли в город Геническ. Противник все время пытался крупными силами атаковать на походе, но отбивался ружейным, пулеметным и артогнем. Перед городом с северной и северо-западной стороны вырыты окопы и сделаны проволочное заграждения в три кола. Сторожевые охранения полков заняли окопы, а все остальные расположились в ближайших домах. Батареи заняли позиции на участках своих полков. Ночью разведка противника подошла к проволоке, но была отбита. К вечеру 20-го все части Русской Армии отошли в Крым, понеся большие потери и оставив военную добычу противнику.

21-го дивизия должна оставить Геническ и через двое суток прибыть на станцию Владиславовка. Весь наш корпус перебрасывался к Перекопу. В Геническе находились обозы различных частей и тяжелая батарея. Через пролив, соединяющий Сиваш с Азовским морем, узкий мост с дощатым настилом и дальше — дамба. Своевременно обозы и тяжелую батарею не перевели на Арабатскую Стрелку и утром, при проходе 6" гаубица провалила настил и остановила все движение.

К полудню начали отход полки с батареями, кроме арьергарда. У моста образовалась пробка. Чинили мост. Тем временем противник перешел в наступление и проник в город. Красные батареи начали обстрел. С большим трудом удалось навести порядок у моста, и батареи начали переправу под ружейным и пулеметным огнем противника из крайних южных домов города. Батареи понесли большие потери: 3 убитых, 23 раненых, среди них командир 4-й батареи полковник Изенбек6 и 80 лошадей и мулов. Арьергардные батальоны доблестно прикрывали переправу и отошли по льду через пролив, причем смертельно был ранен командир 1-го полка подполковник Лебедев. Во всех 3 полках оставалось около 1000 штыков.

Дивизия вышла на Арабатскую Стрелку. Заболел и эвакуирован генерал Манштейн 2-й, дивизию принял генерал Гравицкий. Батареи собрались на станции Водоснабжение. Г.М. батарея временно оставалась для обороны Арабатской Стрелки вместе с одним из Донских пластунских полков, который должен был подойти из Ак-Маная. Остальные батареи перешли в село Большой Чокрак.

22-го дневка, и утром 23-го все выступили по стрелке на Ак-Манай и станции Владиславовка. Целый день и всю ночь шли походом, сделав за 75-верстный переход один 3-часовой привал и несколько малых. Почти 24 часа — под ногами узкая полоса песка, вправо и влево — вода. Мороз и сильный ветер. К рассвету 24 октября 2-я, 3-я, 4-я, 7-я и 8-я батареи и запасный взвод пришли в Ак-Манай и после короткое отдыха перешли в район станции Владиславовка, где стали по квартирам. Отошедшие в Крым части производили перегруппировку. Крым был объявлен на военном положении.

Последние дни и бои

Наша перегруппировка еще не была закончена, когда противник начал атаку Перекопского вала и Чувашского полуострова. Жестокий мороз сковал соленый Сиваш льдом, удлинив нашу оборонительную линию. Отсутствие жилья и топлива увеличивало количество обмороженных.

На Перекопском перешейке наступала 6-я советская армия. 1-я Конная в резерве. В ночь на 27-е вал был оставлен и наши части отошли на линию озер Киянское — Красное — Старое и село Карт-Казак. На Чонгарском полуострове и на Арабатской Стрелке, где находились части 4-й, 13-й и 2-й конных армий, противник особенной активности не проявлял.

Бригада оказалась разбросанной: Г.М. батарея — на Арабатской Стрелке; взводы 3-й и 8-й и 7-я батарея — на своих базах у станции Курман-Кемельчи, в ожидании перевооружения; 2-я и 4-я батареи и взводы 3-й и 8-й запасный, в районе станции Владиславовка.

В ночь на 27-е на станцию Владиславовка прибыли вагоны для погрузки первого эшелона дивизии. Погрузку начали взводы 3-й, 8-й батарей и запасный. 2-й полк (около 300 штыков), Марковская инженерная рота и штаб дивизии. Разместились очень тесно. После полудня эшелон двинулся в путь и ночью прибыл на станцию Джанкой, где провели ночь. Утром 28-го двинулись на Юшунь. На разъезде Чирик артиллерия выгрузилась и двинулась дальше походным порядком. Со стороны села Юшунь доносилась сильная артиллерийская канонада и тянулись одиночные пешие и конные кубанцы, частей генерала Фостикова и расспросы которых не оставляли никакого сомнения в неблагоприятном исходе боя на их участке.

К вечеру квартирьеры батарей прибыли к почтовой станции Юшунь, где находился комкор-1 генерал Писарев со своим начштаба и генерал Гравицкий. «Все кончено», — заявил комкор. Несмотря на доблесть войск, наши контратаки не увенчались успехом, и противник, неся большие потери, вводил в бой все новые и новые резервы. Наши части отошли на последнею линию окопов перед селом Юшунь. Ночью подошли батареи и запасный взвод и с трудом разместились в 6 халупах. Остаток ночи прошел тревожно. 2-й наш полк сменил 2-й Корниловский. Участок полка седлал железную дорогу на Армянский Базар.

С утра 29 октября батареи заняли позиции на участке полка. Противник при поддержке мощного огня своей артиллерии перешел в наступление. Наши батареи, запасный взвод и 2 бронепоезда открыли заградительный огонь. Бой начал распространяться вправо, где должна была атаковать группа генерала Барбовича, но красные предупредили и сами перешли в наступление. Прискакавший конный с правого фланга нашего участка сообщил о прорыве красной конницы. Юшуньские позиции оставлялись. С последними цепями вытягивалась в Юшунь и наша артиллерия. Противник открыл артиллерийский огонь по селению, и разорвавшейся гранатой ранены тяжело в 3-й батарее штабс-капитан Жеромский7 и солдат, в 8-й — пулей подпоручик Щербина-Крамаренко8.

Отряд генерала Гравицкого начал отход на Симферополь. Поднявшись на плато, с которого открывался вид далеко во все стороны, можно было видеть массы красной конницы, которые двигались вдоль железной дороги на Джанкой. Отряд преследовали бронеавтомобили и конная группа. Пытались атаковать, но были отбиты огнем батарей и запасного взвода. Это были последние выстрелы наших орудий.

Глубокой ночью отряд расположился в селе Токульчак. Было приказано, оторвавшись от противника, быстрыми переходами отойти в район Симферополя. 30-го в колонии Джума-Аблам 3-я и 8-я батареи сбросили по одному орудию в пруд и оставшиеся два орудия составили батарею под командой полковника Песчанникова9. Все же конные управления бригады и дивизиона полковника Михайлова10, 3-й батареи подполковника Стадницкого-Колендо11 и запасный взвод штабс-капитана Мино, 2 орудия под командой генерала Машина переменным аллюром пошли на Симферополь, куда прибыли на рассвете 31 октября.

Отряд генерала Гравицкого в составе 2-го полка, Марковской инженерной роты и батареи полковника Песчанникова двинулся по горным дорогам, минуя Симферополь и Бахчисарай, прямо на Севастополь. Лишь только 28-го к вечеру было подано 2 эшелона для погрузки и переброски к Перекопскому валу 3-го полка с 4-й батареей и Г.М. полка со 2-й. Вагонов мало. Теснота, и 1-й полк отправил конную сотню и полковую пулеметную команду походным порядком. Не было места.

29-го на рассвете эшелон 3-го полка и 4-й батареи прибыли на станцию Джанкой. После немедленной разгрузки двинулись вдоль железнодорожной линии на село Дюрмен, где находился штаб 2-го армейского корпуса. По дороге батарея получила приказание самостоятельно и быстро двигаться к штабу корпуса, а командующему батареей подполковнику Щавинскому12 выехать вперед и явиться к начштабу корпуса. По словам полковника Бредова, обстановка складывалась для нас неблагоприятно: на участке 1-го корпуса противник подошел к селу Юшунь — нашей последней линии обороны; на участке 2-го корпуса красными занят Чонгарский мост, и они двигаются на юг. Батарея должна немедленно выступить на участок 6-й пехотной дивизии, севернее села Осман-Букеш, в распоряжение командира Самурского полка. Темнело, бой закончился, и под вечер только подошедшая батарея вместе с полком отошла в село Осман-Букеш.

В ночь на 30-е начался общий отход к Джанкою. Батарея самостоятельно дошла до села Дюрмен, откуда продолжала совместно с 3-м Марковским полком свое движение. Шел мелкий дождь, очень темная ночь затрудняла движение. Эшелон 1-го полка — капитан Коломацкий и 2-я батарея капитана Боголюбского13 — дошел до станции Колай к вечеру 29-го. Приказано разгрузиться и продолжать движение на Джанкой. Навстречу попадались обозы частей генерала Барбовича, отходившие на Феодосию. Весь день слышалась артиллерийская стрельба со стороны Чонгара. Ночью батарея и 1-й полк расположились в поселке Джанкой.

К утру 30 октября в район, занимаемый 1-м полком, подошли 3-й полк и 4-я батарея. Стало ясно, что наше дело проиграно. Решено было крепко держаться друг друга и считать себя за бригаду, под командой командующего 3-м полком подполковника Сагайдачного. На марковцев, приданных 2-му корпусу, возложена задача оборонять станцию Джанкой.

На станции царил полный хаос. Бросили интендантские склады, которые растаскивали местные жители и дезертиры. Полки, батареи заняли позиции на северной и северо-западной окраинах поселка. Со стороны села Богемка слышен приближающийся бой. Появились сперва отдельные всадники, а потом батареи, пулеметные тачанки и большие отдельные конные части. Все шло на крупных аллюрах на Феодосию, смотря с удивлением на лежащую пехоту. Только к полудню марковцы оставили Джанкой и двинулись вдоль железной дороги на Симферополь. Вскоре справа, сначала далеко, была замечена большая колонна конницы, идущая от Юшуни. Полным ходом пронесся наш последний бронепоезд, и едва только колонна поднялась на последний бугор, с которого открывался вид на станцию Курман-Кемельчи, как над ней стали рваться снаряды и она была захвачена красной конницей, которая виднелась справа и шла от Юшуни.

Колонна, перейдя с правой стороны железной дороги на левую, принуждена была вступить в бой, пытаясь обойти станцию с востока. Среди массы повозок оказались, кроме марковцев, части 6-й пехотной дивизии, Гвардейский отряд, какие-то батареи и Симферопольский конный дивизион. Отход совершался откатами с бугра на бугор под прикрытием огня орудий. Наши части постепенно окружались, и все время пришлось менять направление, ибо к противнику подходили подкрепления и появилась артиллерия. Лошади еле-еле тянули пушки по пахоте, и командиры батарей приказали орудиям по очереди, расстреляв все снаряды и сняв стреляющие приспособления, с номерами на передках и на подручных, отходить в тыл. В цепях последние стойкие марковцы и гвардейцы встречали всадников в упор, погибая.

В батареях погибла часть номеров и пропал без вести подпоручик Разоренов, 4-й батареи. В одной из неизвестных деревень собрались оставшиеся, и 4-я батарея с подполковником Сагайдачным двинулась на Симферополь по дороге, которую хорошо знал командир Симферопольского конного дивизиона14, житель Крыма. К рассвету 31-го конная группа 4-й батареи в Симферополе присоединилась к колонне генерала Машина, а капитан Боголюбский двигался другой дорогой.

7-я батарея, шедшая походным порядком для перевооружения на свою базу, вечером 29-го на станции Грамматиково получила сведения об общем отходе к пароходам и повернула на Феодосию.

Отряд генерала Машина выступил из Симферополя утром и через Бахчисарай в ночь с 31 октября на 1 ноября прибыл в Севастополь, где погрузился на «Херсон». Конная группа капитана Боголюбского прибыла в Симферополь после ухода наших войск и немедленно выступила в Севастополь, куда прибыла утром 1 ноября и едва успела погрузиться на «Херсон», готовый отходить на внутренний рейд. 8-я батарея грузилась на «Херсон», который стоял уже на рейде, при помощи лодок, которые удалось достать на берегу. Погрузка в Севастополе закончилась, И пароходы выходили на внешний рейд. Последние заставы юнкеров отходили к Графской пристани.

В 14 часов 40 минут 1 ноября 1920 года генерал Врангель последним оставил родную землю, и его катер быстрым ходом пошел к крейсеру «Генерал Корнилов», где взвился флаг Главнокомандующего. Со всех пароходов неслось несмолкаемое «Ура!».

* * *

После ухода дивизии генерала Маркова батарея расположилась в урочище Геническая Балка. Командир батареи заболел и отправился в тыл. В командование вступил штабс-капитан Каменский15. До прихода 6-го Донского пластунского полка отряд состоял из полусотни Дзюнгарского полка и взвода конных разведчиков штаба нашей дивизии, который уходил на следующий день. Всего 67 шашек и Г.М. батарея. 22-го разведывательные группы красных пытались приблизиться к урочищу, но были отбиты орудийным и пулеметным огнем. К вечеру прибыли пластуны, и в командование отрядом вступил генерал-майор Курбатов16. Отряд отошел на полустанок Водоснабжение. Новая позиция была очень хорошо оборудована, и правый фланг обеспечивался 2-м отрядом мелких судов нашего флота.

25 октября противник перешел в наступление. Батарея едва успевала менять направление огня, чтобы сдержать красных. В это время открыл огонь отряд мелких судов. Красные бежали. Пластуны, первоначально предполагавшие лишь обороняться, бросились вперед и ворвались в урочище Геническая Балка. Захвачено около 1000 пленных, которых раздели и оставили в хатах. Одежда и оружие сложены в костры и сожжены.

29-го вечером получен приказ об отходе, и в ночь на 30-е двинулись к Ак-Манаю, а оттуда на оборонительные позиции для прикрытия города Керчи. Для приема парохода туда же были отправлены квартирьеры. С посадкой произошли недоразумения, и в конце концов батарея погрузилась на плавучий маяк № 5.

1 ноября ночью подошедший миноносец вытянул маяк на внешний рейд, где он был взят на буксир колесным пароходом «Веха». В ночь на 2-е пароход снялся с якоря и взял направление на Константинополь.

* * *

7-й батарее погрузиться в Феодосии в полном составе не удалось, и пришлось пробиваться на пароходы поодиночке, вплоть до подъема по канату.

Из Евпатории, Севастополя, Ялты, Феодосии и Керчи по направлению к Босфору двинулась армада из 126 судов. После недавних жестоких морозов вновь наступило тепло. Море было спокойно. Все кто мог поднялись на палубу, чтобы взглянуть на оставляемую родную землю... Постепенно скрывались берега Крыма...

Закончился еще один героический период Белой борьбы — последний на родной земле. В течение 7 месяцев небольшая, но сильная духом Русская Армия вела неравную борьбу. Выдвигались молодые, талантливые и энергичные начальники. На каждый маневр противника командование отвечало контрманевром и било «кулаком, а не растопыренными пальцами». Воля вождя чувствовалась во всем...

По берегам Днепра, на городских и сельских кладбищах, полях Северной Таврии и Крымских перешейков, у Курман-Кемельчи оставлены сотни могил — немые свидетели доблести и мужества погибших в неравных боях. Многочисленный враг восторжествовал, но духа армии не победил. Громадное большинство чинов строевых частей уходило в неизвестность с единственным багажом — чувством исполненного долга до конца и верой в возрождение России.

Главным палачом оставленного белыми Крыма советская власть назначила венгерского еврея Белу Куна. Палач со своими подручными жестоко расправился с оставшимися российскими патриотами и всеми, кто имел отношение к Русской Армии. Жертвы карательных и истребительных отрядов исчислены десятками тысяч. Спаслись немногие. Единственное удовлетворение для нас — этот палач русских людей потом сам погиб «псом» после ряда «допросов с пристрастием» в сталинских застенках.

Примечания

*. Здесь и далее Г.М. — Генерала Маркова. (Примеч. ред.)

1. Леонтьев Александр Михайлович. Подпоручик. В Добровольческой армии в 1-м легком артиллерийском дивизионе, 21 ноября 1918 г. переведен из 1-й в 3-ю батарею. Во ВСЮР и Русской Армии в Марковской артиллерийской бригаде до эвакуации Крыма (осенью 1919 г. в 3-й батарее). Капитан. Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона во Франции. В эмиграции в Бельгии. Умер 27 декабря 1985 г. в Брюсселе.

2. Впервые опубликовано: Марковцы-артиллеристы. 50 лет верности России. Париж, 1967.

3. Мино Николай Николаевич, р. в 1898 г. Александровский кадетский корпус (1917). Юнкер Константиновского артиллерийского училища. Член монархической организации в Петрограде, организатор отправки юнкеров на Дон. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. в Юнкерской батарее, с 12 февраля 1918 г. прапорщик. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в 1-й офицерской батарее, на 21 марта 1919 г. в 1-м легком артиллерийском дивизионе, затем в Марковской артиллерийской бригаде до эвакуации Крыма (в мае — сентябре 1920 г. штабс-капитан, командир взвода 1-й батареи). Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе 1-й Галлиполийской роты в Югославии. Капитан. В эмиграции в Норвегии. Умер 8 апреля 1949 г. в Осло.

4. Церель Иван Павлович. Подпоручик. Во ВСЮР и Русской Армии в Марковской артиллерийской бригаде до эвакуации Крыма (с сентября 1920 г. подпоручик 8-й батареи). Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона в Болгарии.

5. Афендульев Вячеслав Вячеславович, р. в 1898(1899) г. в Вильно. Сын офицера. Полоцкий кадетский корпус. Юнкер Константиновского артиллерийского училища. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. в Юнкерской батарее, участник боев отряда полковника Чернецова, с 12 февраля 1918 г. прапорщик. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода; в феврале — марте 1918 г. в 4-й батарее, тяжело ранен 27 марта 1918 г., затем в 1-й офицерской батарее, на 21 марта 1919 г. в 1-м легком артиллерийском дивизионе. Во ВСЮР и Русской Армии до эвакуации Крыма (с сентября 1920 г. штабс-капитан 1-й батареи). Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона во Франции. Штабс-капитан. В эмиграции во Франции. Умер 9 октября 1975 г. в Париже.

6. Изенбек Федор Артурович, р. в 1890 г. в Санкт-Петербурге (в Бухаре). Из дворян, сын морского офицера, внук бека Туркестана. Кадетский корпус, Академия художеств. Прапорщик Туркестанской артиллерийской бригады. В Добровольческой армии. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в отдельной батарее. С 29 июля 1919 г. командир 2-й запасной батареи в Марковской артиллерийской бригаде (штабс-капитан), осенью 1919 г. командир 4-й батареи той же бригады, с 6 ноября 1919 г. капитан. В Русской Армии с сентября 1920 г. командир той же батареи до эвакуации Крыма. Полковник. Орд. Св. Николая Чудотворца. В эмиграции во Франции и Бельгии. Умер 13 августа 1941 г. в Брюсселе.

7. Жеромский Владимир. Юнкер Константиновского артиллерийского училища. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. в Юнкерской батарее, с 12 февраля 1918 г. прапорщик. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в 1-й офицерской батарее, на 21 марта 1919 г. в 1-м легком артиллерийском дивизионе. Во ВСЮР и Русской Армии в Марковской артиллерийской бригаде; в начале 1920 г. поручик, с сентября 1920 г. штабс-капитан 3-й батареи. Эвакуирован с флотом в Бизерту (прибыл на пароходе «Цесаревич Георгий»), в марте 1922 г. в команде Корниловского полка в лагере Надор. Осенью 1925 г. в составе того же полка во Франции. Штабс-капитан. Умер после 1967 г.

8. Щербина-Крамаренко Геннадий Дмитриевич. Юнкер. В Добровольческой армии в 1-м отдельном легком артиллерийском дивизионе; с 7 декабря 1918 г. прапорщик. Во ВСЮР и Русской Армии подпоручик в 8-й батарее Марковской артиллерийской бригады до эвакуации Крыма. Ранен 29 октября 1920 г. Поручик. В эмиграции в Бессарабии.

9. Песчанников Сергей Аркадьевич, р. 25 сентября 1892 г. в Санкт-Петербурге. Санкт-Петербургская Выборгская гимназия (1909), Константиновское артиллерийское училище (1912). Капитан 16-го мортирного артиллерийского дивизиона. В Добровольческой армии с июня 1918 г.; с 5 ноября 1918 г. старший офицер 1-й отдельной легкой гаубичной батареи, с августа 1919 г. командир 8-й батареи в Марковской артиллерийской бригаде до эвакуации Крыма. Полковник. Орд. Св. Николая Чудотворца. В эмиграции во Франции. Умер 3 августа 1935 г. в Париже.

10. Михайлов Алексей Алексеевич. Подполковник 48-й артиллерийской бригады. В Добровольческой армии. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода: в феврале — марте 1918 г. заведующий хозяйственной частью 4-й батареи, затем в 1-й батарее, старший офицер той же батареи, с 3 (11) июля 1918 г. командир 2-й батареи, с марта (4 апреля) 1919 г. командир 2-го дивизиона 1-й (затем Марковской) артиллерийской бригады до эвакуации Крыма. Полковник (с января 1919 г.). Галлиполиец, командир 2-й батареи Марковского артиллерийского дивизиона. Осенью 1925 г. в составе Корниловского артдивизиона в Болгарии. В эмиграции. Погиб в 1929—1945 гг.

11. Стадницкий-Колендо Вячеслав Иосифович. Штабс-капитан. В Добровольческой армии. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода, в феврале — марте 1918 г. в 4-й, затем в 1-й батарее; 21 ноября — 26 декабря 1918 г. командир, затем старший офицер 3-й батареи. С 21 сентября (с августа) 1919 г. командир 5-й батареи в Марковской артиллерийской бригаде, к сентябрю 1920 г. командир 3-й батареи той же бригады до эвакуации Крыма. Подполковник. Орд. Св. Николая Чудотворца. Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона в Польше. Погиб в 1929—1945 гг.

12. Щавинский Вадим Всеволодович, р. в 1896 г. Из дворян, сын генерала. 3-й Московский кадетский корпус (1914), Михайловское артиллерийское училище (1915). Поручик 3-й гренадерской артиллерийской бригады. В Добровольческой армии с июня 1918 г. в 1-й батарее, с 21 ноября 1918 г. старший офицер 3-й батареи 1-го отдельного легкого (Марковского) артиллерийского дивизиона, с 9 декабря 1919 г. командир 3-й батареи Марковской артиллерийской бригады, с сентября 1920 г. подполковник, старший офицер 4-й батареи той же бригады до эвакуации Крыма. Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона во Франции. В эмиграции в Париже (Клиши), с 1934 г. командир Марковской артиллерийской бригады, член правления Общества Галлиполийцев. С 1964 г. начальник 1-го отдела РОВС и 2-й заместитель начальника РОВС, председатель Общества Галлиполийцев. Умер 29—30 января 1976 г. в Париже.

13. Боголюбский Николай Николаевич (1-й). Поручик. В Добровольческой армии в Юнкерской батарее. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода: командир пешего взвода 1-й отдельной батареи. Во ВСЮР и Русской Армии в Марковской артиллерийской бригаде до эвакуации Крыма: с июня 1918 г. командир орудия 1-й батареи, с марта 1919 г. старший офицер 4-й батареи, с 7 октября 1919 г. командир 2-й батареи, с сентября 1920 г. командир 2-й батареи (капитан). Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона в Болгарии. Подполковник. В эмиграции в Париже, в 1933 г. исключен из состава дивизиона. Умер 19 августа 1976 г. в Париже.

14. Отдельный Симферопольский конный дивизион. Сформирован в Русской Армии. 8 августа 1920 г. переформирован в конный дивизион 34-й пехотной дивизии под названием Симферопольского конного дивизиона. После эвакуации в Галлиполи влит в Алексеевский конный дивизион. Командир — полковник А.Н. Эммануэль.

15. Каменский Павел Николаевич. Нижегородский кадетский корпус (1917). Юнкер Михайловского артиллерийского училища. В Добровольческой армии с ноября 1917 г. в Юнкерской батарее, в январе 1918 г. участник рейда партизанского отряда полковника Чернецова, с 12 февраля 1918 г. прапорщик. Участник 1-го Кубанского («Ледяного») похода в 1-й офицерской батарее, на 21 марта 1919 г. в 1-м легком артиллерийском дивизионе. Во ВСЮР и Русской Армии в Марковской артиллерийской бригаде до эвакуации Крыма; с сентября 1920 г. старший офицер 1-й батареи, затем командир батареи. Штабс-капитан. Галлиполиец. Осенью 1925 г. в составе Марковского артдивизиона во Франции. Капитан (с 1920 г.). В эмиграции в Болгарии и Франции. Умер 29 января 1928 г. в Париже.

16. Курбатов Алексей Александрович, р. 22 июля 1868 г. 2-й кадетский корпус (1886), Константиновское военное училище (1888). Офицер л.-гв. Гренадерского полка. Генерал-майор, начальник 40-й пехотной дивизии. Георгиевский кавалер. Участник похода Яссы — Дон. В Добровольческой армии и ВСЮР; с 12 октября 1918 г. организовывал инструкторские курсы осведомительного отделения дипломатического отдела при Верховном руководителе Добровольческой армии, с 31 января 1919 г. начальник повторных офицерских курсов в Кисловодске, с 22 мая 1919 г. одновременно начальник гарнизона Кисловодска, с 31 мая 1919-го по 1921 г. начальник Ейских офицерских курсов (впоследствии — Александровского военного училища). Галлиполиец. В эмиграции с 1921 г. в Болгарии, начальник интерната русской Галлиполийской гимназии, преподаватель Сергиевского артиллерийского училища. Осенью 1925 г. в составе училища в Болгарии, в 1928—1932 гг. редактор листка «Александровец» в Варне. Умер 13 июля 1935 г. в Княжеве (Болгария).

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2021 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь