Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Форосском парке растет хорошо нам известное красное дерево. Древесина содержит синильную кислоту, яд, поэтому ствол нельзя трогать руками. Когда красное дерево используют для производства мебели, его предварительно высушивают, чтобы синильная кислота испарилась.

Главная страница » Библиотека » «Известия Таврической ученой архивной комиссии. (Год девятнадцатый). № 37»

VII. Эвакуация больных и раненых из Симферополя. Подвижной транспорт для перевозки больных и раненых. Устройство этапов и кухонь

В сентябре 1854 г. началась уже эвакуация больных и раненых из Симферополя. 24 числа князь Меншиков распорядился отправить из Симферополя в Перекоп и Херсон больных и раненых нижних чинов. На первый раз потребовалось по крайней мере 120 подвод. Но так как от поселян нельзя было уделять в это время подвод, потому что обыватели были заняты перевозкой войск и их тяжестей, то употреблены были подводы, привозившие в Симферополь из Геническа провиант. Везли больных и раненых до Ярошика у Чонгарского моста, а оттуда они перевозились далее на особо заготовленных палатой государственных имуществ подводах. Затем 2 октября отправлено снова около 500 человек раненых и больных нижних чинов. Для этой операции задерживались, между прочим, и чумацкие фуры, привозившие из Геническа провиант. Военные власти (симферопольский комендант и контора госпиталя) сваливали медленность отправки этих больных на гражданские власти, и губернатор Пестель должен был оправдываться перед главнокомандующим, и основательно. 8 октября отправлено 250 человек в Перекоп, 13 — 700 человек в Карасубазар и далее в феодосийский госпиталь, 17 — 800 человек в Херсон. В то же время 500 подвод было нужно для перевозки войск, следовавших форсированным маршем из Николаева. Затруднения в приискании подвод дошли до крайности, так как князь Меншиков приказал безостановочно отправлять больных из Симферополя и его отделений. В это время, в начале ноября, 1520 человек отправлены в молочанские колонии. В Гальбштадте и Молочной учреждены были особые больницы для раненых и больных эпидемическими болезнями. Устроена была медицинская помощь и исполнение треб православными священниками из ближайших приходов Мелитопольского и Бердянского уездов. 22 ноября отправлено было в Херсон 475 человек, а 24 — 425 на подводах 11 конно-артиллерийской бригады.

Конечно, были приняты меры к оказанию перевозимым больным удобств и покоя во время пути. Но бывали случаи, что сопровождавшие их офицеры бросали умерших, не сказав имени, фамилии и вероисповедания, и даже тяжело раненых, не довезя их до госпиталя.

В первых числах декабря 1854 г. было выставлено для перевозки раненых по 200 подвод от Сарабузской (Симферопольского уезда), Айбарской (Перекопского уезда) и Айкишской волости (Феодосийского уезда). Рабочий скот, вследствие непрерывных требований на многие надобности и при дурной погоде, был совершенно изнурен. Приходилось побуждать извозчиков доставлять вещи и медикаменты далее, в Бахчисарай и Севастополь, а не оставлять их в Симферополе, куда они большей частью бывали адресованы. Доставленные из Херсона разные аптечные вещи и медикаменты более трех недель оставались в Симферополе за неимением подвод. В декабре требовалось 30 подвод для скорейшего заготовления припасов для больных в Симферопольском и Дуванкойском госпиталях. В середине декабря отправлено в д. Саблы 120 человек выздоравливавших раненых нижних чинов.

Карасубазар выслал в Симферополь для госпитальных надобностей 5 подвод. Управление государственных имуществ доставило для той же надобности 30 пар волов.

Подводчики, перевезшие на 17 подводах капусту, пожертвованную крестьянами Мелитопольского уезда, были назначены для перевозки больничных вещей по отделениям госпиталя. 16 декабря они заявили, что 10 числа им отпущено сено всего один раз от военного госпиталя, и то в ограниченном количестве, а с 11 они вовсе не получают продовольствия ни для себя ни для лошадей. У города же нечем было кормить их, скот страшно отощал, и его нужно было заменить другим, а подводчиков удовлетворить и отпустить.

Большие затруднения представляло то обстоятельство, что подводы приходили то рано, когда больные еще не были готовы к отправлению, и разъезжались, или, чаще, опаздывали, когда приготовленные к отправлению больные снова раскладывались по палатам, и вторично тревожить их было невозможно. По словам губернатора графа Адлерберга, здесь были «невыносимые противоречия и несоответственные распоряжения». Палата государственных имуществ писала, что делается все возможное при крайнем недостатке подвод и изнурении скота.

В конце декабря отправление транспортов было приостановлено по случаю холодов, до наступления теплого времени. В это время в отделениях симферопольского госпиталя было до 1000 выздоравливавших.

В начале января 1855 г. снова были отправлены 17 больных и 366 раненых из Симферополя на ногайских подводах в Бердянск и Мелитополь, а 18 — 548 человек в Карасубазар. 21 января из Севастополя было отправлено 600 человек в молоканские колонии Бердянского уезда. 20 февраля отправлено туда снова 600 человек. Стали отправлять больных под наблюдением гражданских чиновников. В конце февраля нанимались подводы у колонистов немцев и болгар Феодосийского уезда. В начале марта молочанские колонисты согласились снова принять 1000 человек взамен выздоровевших и отправили в Севастополь значительную партию сухарей. Жители Бердянского уезда согласились взять на свое попечение до 400 раненых, а ногайцы вызвались перевезти их туда. Для перевозки раненых употреблялись большей частью колонистские подводы, привозившие в Симферополь провиант и фуражные запасы: они были просторны, удобны и запряжены лошадьми.

Между тем в конце января задумали сформировать наймом особый подвижной постоянный транспорт для перевозки раненых. Прибывший в Крым с благотворительной целью действительный статский советник В.Н. Карамзин выразил готовность отнести на находившуюся в его распоряжении сумму в 10000 р. издержку, нужную для содержания наймом в продолжение одного месяца ста или сколько нужно будет конных подвод, смотря по поместительности фур, исключительно предназначенных на постоянную перевозку пятисот человек больных из симферопольского в херсонский госпиталь. Стоимость этой издержки была определена приблизительно, по расчету управления государственных имуществ, в 7000 р. в месяц на нижеследующих условиях:

1) Повозки должны быть непременно крытые.

2) Они должны поступать в ведение директора госпиталей, подчиняясь во время движения транспорта сопровождающему офицеру.

3) Подвода, не поднимающая почему бы то ни было больных, заменяется другою, подставною, так что 500 человек всегда безостановочно перевозятся. Все количество подвод разделяется на три отделения, из которых 1-е (100 подвод) в Симферополе, 2-е (около 50) в Айбарах и 3-е (50) в Перекопе. Третье везет больных до Каховки, где они сдаются на подводы Херсонской губернии, и все возвращаются на свои места (из Симферополя 50 подвод доходят до Севастополя).

4) Подводы эти ни на что более не наряжаются. По пути устанавливаются промежуточные пункты для ночлега, отдыха, обогревания и накормления больных.

5) С каждым транспортом предположено посылать двух сердобольных вдов в особых тарантасах, снабженных чаем и сахаром.

Каждая подвода, предполагалось, могла сделать 5—6 оборотов в месяц, то есть перевезти можно было 2600 человек в месяц. Этим способом устанавливалось «самое правильное, безостановочное и в полной мере попечительное отправление больных, в чем по сие время встречалось так много затруднений и неудобств».

Срок начала этой операции назначен на 20 февраля. Расход на каждую подводу исчислен был в 70 р.

До начала этой операции часто не хватало подвод, отчего по несколько десятков раненых оставлялось в Симферополе, или больные очень стеснялись. Подводы под своз больных большей частью оставлялись открытые, неудобные, ветхие и без всякой подстилки — и это в начале февраля, время холодное и мокрое. С другой стороны, приходившие подводы не находили часто в госпиталях списков больных, готовых к отправлению, даже никого из должностных лиц, и ожидали более полусуток. Управляющий государственными имуществами Брадке писал, что отправлялись трудно больные, которые умирали в пути, что сопровождавшие их офицеры и комиссары не довольствовали их горячею пищею, надеясь на жителей, «у которых, как например, у татар, нет ничего», а медики не перевязывали в пути ран и вообще не оказывали должного попечения. Бывали случаи, что при транспортах вовсе не было начальствующих лиц. Бывали случаи побегов в пути возчиков с мажарами и волами.

Кроме особого транспорта, предположено было нанимать по-прежнему обратные подводы, кроме того нанять 2000 верблюжьих и 150 конных (от обществ).

Граф Адлерберг находил расход на постоянный транспорт очень дорогим (до 14000) при ограниченности числа перевозимых, но принимал эту меру в виду жертвы Карамзина. И высшее начальство не увлеклось этой мерой. Князь Горчаков отказал в учреждении постоянного транспорта вследствие назначенных больших переходов, невозможности делать с больными в день 70 верст и отсутствия по пути устройства для больных. Ввиду этого он предлагал уменьшить переезды наполовину, по 35 верст, с выставкой подвод на промежуточных станциях, отправлять транспорты через каждые три дня в четвертый, чтобы отправлялось каждый раз не более 120—140 человек, и чтобы таким образом больные перевозились до Херсона. Сформирование постоянного госпиталя приостановилось. Предложено было нанять подводы колонистов — немцев и болгар. Колонисты соглашались поставить в Симферополь 350 подвод за 5000 р. с доставкой больных до Берислава.

В начале марта однако главнокомандующий распорядился немедленно устроить постоянный транспорт больных. Велено нанять 105 подвод и расставить в Симферополе, Айбаре и Перекопе (по 35). Подводы теперь нанять было гораздо труднее, чем в феврале, потому что наступило время пашни и посева. Однако нашлась возможность осуществить это предприятие, и первый транспорт вышел 22 марта, когда отправлено было 120 человек на Берислав; 27-го вышел второй транспорт с 150—160 больными и т. д. транспорты шли через каждые пять дней.

Жители мест, где были ночлеги больных и остановки для обеда, кормили, насколько могли, больных от себя. Транспортировка больных оказалась удачной и была продолжена еще на один месяц.

В это время, в апреле 1855 г., вследствие накопления больных в севастопольских военных госпиталях, была усилена перевозка их из Севастополя в Симферополь. 30 марта было отправлено 408 человек, 31 марта — 6 офицеров и 120 нижних чинов, 1 апреля предназначено к отправке до 600 человек.

Чтобы очистить места для них в Симферополе, главнокомандующий приказал немедленно отправить отсюда сколько можно больший транспорт в Баяут, где устроено было помещение на 450 человек, на обывательских подводах за установленную плату; если же не представится возможности иметь обывательские подводы, то в крайности хотя на телегах подвижного № 4 госпиталя, отвозивших больных из Севастополя в Карасубазар. Этот транспорт был отправлен 3 апреля в Баяут1.

Тогда же для увеличения мест в симферопольском госпитале положено было увеличить слабосильную команду до 1000 человек, ибо выздоравливающим легче было найти помещение в окрестностях города.

В начале апреля были высланы из Одессы в Симферополь два военновременных госпиталя (14-й и 21-й) на 750 человек. Открылась возможность отправить 1200 человек в молочанские колонии, 200 в хортицкие и 200 в бердянские на обратных колонистских подводах.

Во второй половине апреля, вследствие накопления больных в николаевском и херсонском госпиталях, перевоз туда больных из Перекопа был ограничен.

Главнокомандующему было донесено, что больных в срочных транспортах везут очень быстро, рысью, чтобы сделать 70 верст в день, что больных не успевают накормить и дать им лекарств. По маршруту транспорт шел 40 верст в день. Виновны были, конечно, сопровождавшие офицеры и врачи.

В начале мая в Симферополе было до 9000 раненых и больных. Губернатор, для облегчения городов Крыма, настаивал на перевозке больных в Херсон, с отводом там для них казенных и частных домов.

В мае государственные крестьяне Мелитопольского уезда изъявили желание принять на свое попечение еще 1000 человек раненых нижних чинов, приняв на себя и перевозку их в разные селения своего уезда, с уплатой прогонов всего по 6 р. за подводу (т.е. по 3 к. вместо 7½ за версту).

Беспорядки при перевозке больных продолжались; пищи не хватало, и она была плохая, не было досок на гроба для умирающих в пути. Погонщики производили буйства, кражу сена на пути и не слушались офицеров. В транспорте, следовавшем в Перекоп ночью с 16 на 17 июля, в д. Айбар во время ночлега произошел пожар, от которого загорелась будка и солома на телеге, стоявшей неподалеку от транспортной аптеки. Становой пристав вовремя заметил огонь, разбудил крепко спавших погонцев и офицера и потушил огонь. Несчастий не было.

В июне 1855 г. чиновник Кузьменко, командированный для сопровождения транспортов, доносил губернатору, что обыватели деревень Экибаш, Кудьяр, Биюк-Бораш и Кышкара, в которых ежедневно останавливались транспорты, обязаны были несколько раз в день наполнять бочки водою для питья солдатам, обеда, ужина и всех надобностей, обязаны были давать бесплатно топливо для приготовления пищи и солому для подстилки, давать больным помещение и кроме того услуживать некоторым больным, которые не могли сами ходить. Все это они исполняли беспрекословно, но при исполнении всего этого редко кто из хозяев мог заняться полевыми работами, как по неимению свободного времени, так и потому еще более, что не всегда оставалось целым домашнее имущество хозяина при отлучке его. Вследствие этого татары этих деревень почти не занимались полевыми работами, хлеб редко у кого был, сена и соломы почти ни у кого не было, а урожай был весьма плох, и в довершение всего в этих деревнях стали свирепствовать холера и тиф. Положение было самое тяжелое. Все это происходило оттого, что заведовавшие транспортами не останавливали их в назначенных в помощь этим деревням в самом близком расстоянии, в одной версте: Киябаке, Малом Кудьяре, Онку и Бойгазане, где имелись и устроенные котлы для варки пищи. Кузьменко предлагал несколько изменить маршрут и идти не на Сарабуз, а на Шунук и Бостоныш. Он кроме того указывал. что продовольствия больному отпускалось мало, «соблюдались выгоды не на сторону солдат». Транспорты выступали поздно, иногда в 12 часов дня, в самую жару и не накормленные горячим. Умирающие оставлялись без денег на погребение у татар (поручик Яголковский не соглашался на просьбы Кузьменка о погребении по христианскому обряду умершего в пути больного). Транспортные офицеры и доктора выезжали не вместе с транспортом; бывали случаи, что доктор прибывал к транспорту на 4 день по выступлении из Симферополя. Но военное и госпитальное начальства находили сообщение Кузьменка «невероятным».

14 июля 1855 г. губернатор писал князю Горчакову: «Усматривая, что ныне из Симферополя отправляются в другие госпитали больные гораздо реже и в меньшей численности, я считаю обязанностью представить на благоусмотрение Вашего Сиятельства покорнейшую просьбу мою о приказании, ежели изволите счесть справедливым, воспользоваться благоприятным временем, хорошим состоянием дорог и возможностью приобретения по найму перевозочных средств для усиления вывоза больных, как для того, чтобы иметь готовое без особого стеснения помещение для тех транспортов, которые могли бы в значительной численности неожиданно прибыть из Севастополя, так и во внимание к затруднительному до последней крайности положению жителей Симферополя, между коими от стеснения уже появляются болезни. Жители Симферополя доказали истинно русские человеколюбивые патриотические чувства, предоставив с радостью свои дома под госпитальные отделения, когда правительство, не будучи приготовлено к неожиданным обстоятельствам, не имело возможности приготовить госпитали, ни устроить достаточно перевозочных средств. Не подлежит сомнению, что если бы, Боже сохрани, кровопролитное дело под Севастополем потребовало новых усилий, то все и каждый будут в готовности стеснить себя для помещения в своих домах такого числа раненых, какое потребуют обстоятельства; но ныне, когда есть средства к освобождению жителей от столь тягостной повинности, сопряженной с ущербом делопроизводства, ибо все здания присутственных мест, публичные училища заняты, когда по десяти и более семейств стеснены в одном небольшом доме, и обнаруживаются пагубные от этого неудобства последствия, то я считаю своею обязанностью почтительнейше доложить об этом Вашему Сиятельству и убедительнейше просить не отказать в усиленном продолжении вывоза больных, с тем, что когда надобность потребует, опять все средства с моей стороны будут употреблены к отводу потребных помещений для наличного числа страждущих воинов».

13 июля больных в Симферополе было 4614; «порожних мест» военное начальство считало 4344, имея в виду крайнее число мест, не обращая внимание на положение жителей, которым не были возвращены занятые у них помещения с убылью больных, несмотря на помещение 4000 больных в лагерях и на доставление 10 больших госпитальных палаток на 600 человек губернатором с просьбой считать городские помещения на такое же число свободными. Мера крайняя в начале войны сделалась постоянной.

В октябре—декабре 1855 г. шла усиленная перевозка раненых, между прочим, в села Баясут, Уйшун и Перекоп, для чего выставлялось по 60 подвод в неделю от государственных крестьян за прогоны. В общем в течение зимы 1855—1856 гг. вывозилось больных мало вследствие ненастного времени и распутицы. Число же больных в Симферополе было весьма значительно. В первой половине марта ожидалось в Симферополь до 20000 подвод с продовольственными припасами, заготовленными для армии, частью заподряженных у купца Цукермана, частью выставленных от земства по наряду. Решено воспользоваться этими подводами для усиленной вывозки раненых и больных в Берислав и Перекоп за плату — до 1 мая по 6 к., с 1 мая по 3 к. с версты за подводу. Пользовались и теперь всеми вообще подводами, прибывавшими в Симферополь, даже при помощи принудительных полицейских мер. Извозчики, уклоняясь от перевозки больных, не заезжали иногда в Симферополь, а останавливались в ближайших селениях.

В июне 1856 г. последовало распоряжение об упразднении в Крыму временных госпиталей и переводе больных из Каховки в Берислав, из Алешек в Херсон. Дома, занятые больными, должны были очищаться карантинным порядком2.

Следующие данные представят картину движения транспортов с больными из Симферополя.

Первый транспорт с больными отправлен, как сказано выше, в Берислав 22 марта 1855 г.

27 марта отправлено 141 больной и 8 раненых.

29 марта отправлено 162 больных до Перекопа.

1 апреля отправлено 121 больной и 29 раненых на Берислав.

1 апреля отправлено 100 больных до Перекопа.

6 апреля прибыло из Севастополя два транспорта:

а) 349 человек;

б) 96 человек, из них 300 раненых.

Отправлено:

а) в Каховку 150 человек, из них 48 раненых;

б) в Баяут 250 человек, из них 67 раненых.

8 апреля в Перекоп отправлено 104 больных, из них в Херсон 400.

В тот же день в Перекоп отправлено 497 человек и в Херсон 131, в том числе 138 раненых.

9 апреля в Херсон 316, из них 97 раненых.

Прибыло из Севастополя 278, из Бахчисарая 303, из них 200 раненых.

10 апреля прибыло 103 больных.

Отправлено в Херсон 554, из них 134 раненых.

11 апреля отправлено на Каховку через Берислав 150 человек, из них 14 раненых.

12 прибыло из Севастополя 26.

12 отправлено 50 (30 больных и 20 раненых) с теми 216, которые в этот день проходили из Севастополя в Баяут.

13 апреля отправлено в Перекоп 331, из них 27 раненых.

14 апреля отправлено в Карасубазар 300 человек и в Молочанские колонии Мелитопольского уезда 510 человек, из них 125 раненых.

15 апреля отправлено в Перекоп 531 больной, прибыло из бахчисарайского госпиталя 144.

16 апреля отправлено на Каховку 153, в мелитопольские колонии 563, из них 333 раненых.

18 апреля отправлено в Павлоград 150 больных в колонии Мелитопольского уезда 526, из них 37 раненых.

20 апреля отправлено в Перекоп 495, из них 3 раненых.

21 апреля отправлено на Каховку 152 больных, в молочанские колонии 315, из них 109 раненых.

26 апреля отправлено в Баяут 200, из них 4 раненых.

27 апреля отправлено в Каховку 153, из них 26 раненых.

1 мая отправлено в Николаев 299, из них 68 раненых.

1 мая прибыло из Бахчисарая 223, из Севастополя 399.

3 мая прибыло из Севастополя 396 раненых и больных.

3 мая отправлено в Каховку 159, из них 27 раненых.

4 мая отправлено в Перекоп 320, из них 85 раненых.

5 мая отправлено в Николаев 348, из них 58 раненых.

5 мая прибыло из Севастополя 299 раненых.

7 мая отправлено в Николаев 349 больных.

7 мая прибыло из Бахчисарая 224 раненых и больных, из Севастополя 296 раненых и больных.

9 мая отправлено (куда?) 300, из них 122 раненых.

9 мая прибыло из Севастополя 369 раненых и больных.

11 мая прибыло оттуда же 259 раненых и больных.

13 мая отправлено в Каховку 143 больных, в Николаев 296, из них 143 раненых.

13 мая прибыло из Севастополя два транспорта: 903 больных и раненых.

15 мая отправлено в Николаев 304, из них 230 раненых.

15 мая прибыло из Севастополя 512 раненых и больных.

16 мая отправлено в Херсон 309 человек.

17 мая прибыло из Севастополя 461 больных и раненых.

17 мая отправлено в Баяут 450, из них 371 раненый.

18 мая отправлено в каховский госпиталь 150, из них 28 раненых, в Херсон 355, из них 64 раненых.

19 мая отправлено в Херсон 390 больных.

20 мая прибыло из Севастополя 495 человек.

20 мая отправлено в Мелитопольский округ 435 раненых.

21 мая прибыло из Бахчисарая 264, из них 10 раненых.

25 мая отправлено в Херсон: 555 больных, из них 210 раненых.

25 мая прибыло из Севастополя 582 больных и раненых.

26 мая прибыло из Севастополя 359 больных и раненых.

29 мая прибыло из Севастополя два транспорта с 693 больными.

29 мая отправлено в Павлоград 136 человек.

30 мая прибыло из Севастополя 185, из них 3 раненых, и 622.

31 мая отправлено в Херсон 322 человека.

1 июня отправлено в Каховку 150 раненых, в Екатеринослав 409 раненых и больных.

3 июня отправлено в Перекоп 420 больных.

3 июня прибыло из Севастополя 449 раненых и больных.

4 июня отправлено в Перекоп 444 больных и раненых.

6 июня прибыло из Севастополя три транспорта: 678, 126, 109 больных и раненых.

6 июня отправлено в Перекоп 429 раненых и больных.

8 июня отправлено в Перекоп 1008 больных.

9 июня прибыло из Севастополя 374 раненых и больных.

12 июня отправлено в Перекоп 445 больных.

13 июня отправлено в Баяут 335 больных и 406, из них 96 раненых.

14 июня отправлено в Херсон 248 больных.

15 июня отправлено в Николаев 300, из них 100 раненых.

17 июня отправлено в Каховку 143, из них 18 раненых, в Екатеринослав 298, из них 110 раненых.

19 июня отправлено в Херсон 324, из них 82 раненых.

20 июня отправлено в Екатеринослав 272 больных.

21 июня отправлено в Николаев 282, из них 82 раненых.

23 июня отправлено туда же 311, из них 79 раненых.

24 июня отправлено в Херсон 297 больных.

25 июня отправлено в Нижние Серогозы 150, из них 90 раненых, и в Екатеринослав 301, из них 109 раненых.

26 июня отправлено в Баяут 200 человек.

27 июня отправлено в Михайловку Мелитопольского уезда 518, из них 328 раненых.

28 июня отправлено в Александровск 315 больных.

29 июня отправлено в Николаев 202 больных.

1 июля отправлено в Херсон 265 больных.

2 июля отправлено в Екатеринослав 297 больных.

3 июля отправлено в Николаев 298 больных.

6 июля отправлено в Херсон 290 больных.

8 июля отправлено в Белозерку 280 больных.

9 июля отправлено в Екатеринослав 365, из них 275 раненых.

11 июля отправлено в Херсон 356, из них 56 раненых.

17 июля отправлено туда же 352 больных.

18 июля отправлено в Екатеринослав 295, из них 235 раненых.

25 июля отправлено в Баяут 372 раненых и больных.

25 июля прибыло из Севастополя 167 раненых и больных.

27 июля отправлено в Херсон 349 больных.

28 июля прибыло 244 раненых и больных.

28 июля отправлено (куда?) 428, из них 250 раненых 31 июля отправлено в Екатеринослав 450, из них 214 раненых, и в Мелитополь 74 больных.

1 августа отправлено в Екатеринослав 445 больных.

9 августа отправлено в Херсон 421 больной, в колонию Альтонау 440 больных, из них 124 раненых.

11 августа отправлено в Карасубазар 300 больных.

18 августа отправлен в Екатеринослав 491 больной.

20 августа отправлено в Херсон 350 больных.

24 августа отправлено в Николаев 350 больных.

29 августа отправлено в Екатеринослав 666 больных.

31 августа отправлено туда же 547 больных.

1 сентября отправлено туда же 497 больных и раненых.

3 сентября отправлено в Херсон 44 офицера и 598 нижних чинов раненых и больных.

6 сентября отправлено в Екатеринослав 409 больных и в с. Андреевку Бердянского уезда 416 раненых.

7 сентября отправлено в Николаев 454 раненых и больных.

11 сентября отправлено туда же 300 больных.

16 сентября отправлено в Херсон 372 больных.

19 сентября отправлено в Екатеринослав 424 больных.

24 сентября отправлено туда же 581 человек.

25 сентября отправлено в Херсон 435 раненых.

26 сентября отправлено в Павлоград 653 больных.

27 сентября отправлено в Херсон 470 ампутированных и больных.

29 сентября отправлено в Екатеринослав 647 больных.

2 октября отправлено туда же 415 раненых и больных.

4 октября отправлен в Николаев 601 больной.

6 октября отправлено (куда?) 37 офицеров и 190 нижних чинов.

9 октября отправлено в Херсон 385 ампутированных, раненых и больных.

10 октября отправлены туда же 361 больной.

11 октября отправлено (куда?) 12 офицеров и 308 нижних чинов.

21 октября отправлено в Екатеринослав 500 больных.

25 октября отправлено туда же 395.

28 октября отправлено туда же 380.

2 ноября отправлено в Екатеринослав 28 офицеров и 324 нижних чина раненых и больных.

3 ноября отправлен туда же 391 человек.

6 ноября отправлено в Карасубазар 386 раненых и больных.

9 ноября отправлено (куда?) 550 раненых и больных.

10 ноября отправлено в Екатеринослав 456 больных.

12 ноября отправлено туда же 555 раненых и больных.

16 ноября отправлено туда же 363 больных.

17 ноября отправлено туда же 450.

18 ноября отправлено в Херсон 50 офицеров и 288 нижних чинов.

20 ноября отправлено (куда?) 337 раненых и больных.

28 ноября отправлено в молочанские колонии 296 раненых и больных.

4 декабря отправлено в колонию Ней-Гофнунг Бердянского уезда 160 больных.

10 декабря отправлены в Перекоп 301 раненый и больной.

13 декабря отправлено в Гальбштадт 425 больных.

27 декабря отправлено в Перекоп 25 офицеров и 259 нижних чинов.

11 февраля 1856 г. в Карасубазар 112 больных.

17 февраля 1856 г. в Перекоп 205 человек.

Было отправлено больных из Симферополя:

в мае 1855 г. — 7155 человек

в июне 1855 г. — 11580 человек

в июле 1855 г. — 7969 человек

в августе 1855 г. — 17055 человек

Всего за 4 месяца. — 43759 человек

А вот картина общего движения больных в Симферополе за один месяц:

К 1 апреля 1855 г. в госпиталях состояло 142 офицера 6845 нижних чинов
С 1 апреля по 1 мая прибыло 146 офицеров 8245 нижних чинов
Переведено из других госпиталей 5255 нижних чинов
Выздоровевших отправлено 111 офицеров 4419 нижних чинов
Отправлено в другие госпитали 4 офицера 11784 нижних чинов
Умерло 8 офицеров 1253 нижних чинов
К 1 мая состояло 160 офицера 28893 нижних чинов

Больных стали транспортировать в большом количестве из Симферополя в Херсон во второй половине ноября 1854 г., но на этапах не были устроены кухни, потому что гражданское ведомство не было заранее предупреждено относительно этого и не имело средств. Теперь стали их устраивать. Прежде всего устроен был этап в Бахчисарае на 1000 человек. Предложено приобрести котлы в Симферополе и других местах для всех этапов до Перекопа и на этапных пунктах устроить кухни на 1000 человек; но приобрести их не было возможности ни в городах крымских, ни в селах. Куплено было пять больших чугунных котлов (по 15 ведер) в имении генерала Мальцева Симеиз; приобретены котлы и в складочных магазинах Мальцева в имении Софиевка Днепровского уезда, в 12 верстах от Каховки. Устройство промежуточных этапов было поручено чиновнику особых поручений при губернаторе Завадовскому, а устройство кухонь прапорщику Позену, находившемуся в распоряжении губернской строительной и дорожной комиссии.

Губернатор Пестель просил средств на устройство котлов на этапных пунктах у военного начальства, потому что на татар, в деревнях которых были назначены этапные помещения, в этом отношении рассчитывать совершенно было невозможно, так как они не умели обращаться с подобными котлами, которых у них не бывает никогда. Пестель предлагал поручить устройство этих кухонь таврическому гарнизонному батальону.

Устроены были затем этапы с кухнями на 600 человек и между Симферополем и Феодосией. Подробные указания относительно кухонь на этапах, а также главных и промежуточных маршрутов этапов даны военным ведомством только в начале января 1855 г.

Печи на всех пунктах были устроены на счет помещиков и поселян; за постройку никто вознаграждения не требовал; на первый раз жертвовали топливо и солому на подстилку. На всех пунктах Завадовский назначил особых смотрителей для надзора за порядком, чистотой и пр., из благонадежных людей выбранных помещиками (Скаловский, Мира, Спендиаров, управляющий Мордвиновской экономией Оливер) из помещиков, мурз, лиц духовного звания и сельских старшин и сельскими управлениями ведомства государственных имуществ Днепровского округа — Новомаячинского, Старомаячинского и Чаплинского. При очагах оставлено по 5 человек на продовольствие местных жителей.

Завадовский устраивал кухни сначала (в январе 1855 г.) от Перекопа до Каховки, потом (в феврале) от Симферополя до Перекопа. Этапы от Симферополя до Перекопа были следующие: Сарабуз (и Батаныш), Экибаш, Киябак, Карача-Иляк, Кудьяр, Сырт-Каратара, Биюк-Бораш, Кият-Орка, Орман-Аджи, Шыгым, Кышкара, Байгозак, Карт-Казак, Перекоп. Окончательно очаги устроены были по этому пути в конце марта 1855 г.

От Симферополя до Геническа этапы были следующие: Шибань, Ташлы-Даир, Джаркую, Мечетлы-Китай, Тюп-Джанкой, Ярошик, Геническ.

В начале декабря 1855 г. учрежден госпитальный этапный пункт на Алме.

Другие транспортные пункты из Симферополя были: Бадана, Ботке, Карач, Мулла-Эли, Базарчик, Чистенькая, Кобазы Мангушской волости; Дуванкой, Заланкой Дуванской волости; Зуя — Зуйской; Сарабуз, Атман, Шонук, Кульчук, Тобе-Чокрак, Хорото-Кият, Демерджи, Юхары, Айтуган, Джага-Шеих-Эли, Бораган — Сарабузской волости.

Котлы для этапных кухонь делались в Симферополе на заказ по 10 и 4 ведер, также бочки, ведра, уполовники, ушаты, миски, ложки. Посуда заготовлена только в мае 1855 г. В первых числах июня при ревизии этапов оказалось, что кухни устроены дурно, в некоторых местах просто во дворе или в землянках, котлов мало, в людях недостаток (по 2 человека на этапе), соломы или сена для подстилок не заготовлено, а вместо дров употреблялась солома или кизяк. Солдаты выдирали котлы, вмазанные в печи наглухо, увозили посуду; они раздавали их по избам, заставляя население вместо себя готовить пищу. Солому доставляло население бесплатно, пока ее имело. Присмотра со стороны офицеров и врачей не было. Кухни занимались полковыми лазаретами (например, в с. Экибаш), а транспортируемые больные проводили ночи на повозках, под открытым небом.

В некоторых колодцах вода была соленая, в иных не хватало воды. Из шестнадцати железных котлов, сделанных евреем Полищуком в Симферополе, 8 скоро оказались негодными, так как были сделаны из тонких листов железа. На устройство котлов было отпущено 7500 р. В августе отпущены были средства (10000 р.) на заготовление топлива для проходящих войск и транспортов с больными.

Только в конце августа 1855 г. дело с перевозкой раненых было упорядочено. Этапы вверены особым смотрителям от госпитального ведомства и особым дистанционным офицерам.

Дрова на этапные пункты доставлялись на счет земской повинности, а также назначались рабочие для устройства кухонь и пекарен, и доставлялись нужные для этого материалы. Некоторые этапные пункты были вновь устроены, например, в Перекопе, другие закрыты. Наконец, по Высочайшему повелению, устройство этапов от Симферополя до Одессы и Екатеринослава, для продовольствия нижних чинов при следовании их из госпиталей по выздоровлении было отменено.

В начале октября 1855 г. государственные крестьяне д. Ляки-Адий, Кудьяр, Бораш и др. подали прошение, жалуясь, что уже 4 месяца транспорты с больными и ранеными людьми постоянно имеют ночлеги в этих деревнях в их домах, и вследствие этого они приведены в самое бедственное положение; некоторые не успели даже скосить сена и убрать хлеб, всю солому и топливо употребили для больных; многие из крестьян умерли от холеры. Они просили об освобождении от ночлегов у них раненых и больных и направлении транспортов на другие деревни. Просьбы были удовлетворены назначением других этапов поблизости к этим деревням.

Прибывавшие войска и команды и возвращавшиеся из Крыма довольствовались топливом для варения пищи также от населения, и палата государственных имуществ просила в октябре 1855 г. отпустить сумму в удовлетворение поселян за отпускаемое войскам топливо, а также и на будущее время, отказываясь в удовлетворении за отпущенное прежде, как пожертвованное 31 октября. Палата писала, что крестьяне Симферопольского, Евпаторийского, Феодосийского, Перекопского и Днепровского уездов были отвлечены постоянно почти весь 1855 г. от домов своих разными казенными повинностями, не успели сделать больших запасов топлива, но приготовленное почти все забрано проходившими войсками и транспортами больных для варения пищи воинским чинам, отчего государственные крестьяне означенных округов не только не в состоянии поставлять далее на пункты следования войск и транспортов топлива, но весьма немногие из них имеют скудные запасы для собственного обихода зимой, а потому палата просила заготовить от казны на все пункты следования войск, транспортов больных и других команд топливо и солому. В Мелитопольском и Бердянском округах крестьяне могли доставлять топливо и солому, но только под квитанции, т. е. за плату.

В конце декабря на заготовление топлива и соломы для этапов было отпущено еще 5000 р., в конце января 1856 г. снова 3000 р.

В середине мая 1856 г. перевозка больных из Симферополя в Екатеринослав была прекращена. Оставшиеся неизрасходованными кизяк и солома для топлива и подстилки приняты в гражданское ведомство и проданы4.

Транспортировка больных до Перекопа производилась на обратных подводах подвижных магазинов; доставка довольствия войскам, артиллерийских снарядов и перевоз больных в Карасубазар оставались на распорядительности временного комитета. Комитет этот был закрыт в июне 1856 г.

Полных и точных сведений о деятельности симферопольского госпиталя, к сожалению, в наших делах не имеется. В 1855 г. была похищена книга на записку прихода и расхода всех пожертвований в симферопольском госпитале в пользу больных и раненых; похищены были статейные списки, вынесены разные дела и найдены за госпиталем в солдатской слободке. Затем оказалась утерянной конторою симферопольского военного госпиталя шнуровая тетрадь с документами на сумму 192592 р. 36½ к., отпущенную на наем подвод для перевозки больных, причем виновными в беспечности оказались смотритель госпиталя поручик Рогоза и бухгалтер коллежский регистратор Павлов, а в похищении подозревался комиссар надворный советник Татлин. Об этом производилось следствие до 1859 г., а также о беспорядках, допущенных по отправлению транспортов больных из симферопольского военного госпиталя5.

Примечания

1. К этому времени относится письмо Пирогова к Адлербергу и ответ его (см. выше).

2. Дело о перевозке из симферопольских госпиталей раненых и больных воинских чинов. Св. 295, № 11. На 651 л.

3. Дело о числе отправленных из Симферополя в другие места с 22 марта и прибывших раненых и больных нижних чинов. Св. 295, № 16.

4. Дело об устройстве этапов с кухнями для проходящих транспортов с больными и заготовлении для них топлива. Св. 266, № 16, ч. 1; № 32, ч. 2.

5. Св. 270, № 27. На 432 л.

 
 
Яндекс.Метрика © 2020 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь