Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Единственный сохранившийся в Восточной Европе античный театр находится в Херсонесе. Он вмещал более двух тысяч зрителей, а построен был в III веке до нашей эры.

Главная страница » Библиотека » А.В. Басов. «Крым в Великой Отечественной войне 1941—1945»

Героическая трагедия Аджимушкая

Поселок Аджимушкай, расположенный на северной окраине города Керчь, издавна известен добычей строительного камня-ракушечника. Под землей образовались лабиринты многочисленных выработок — каменоломен, которые жители Керчи называли «скалой». После первого оставления советскими войсками Керчи, в ноябре 1941 г., там базировался керченский партизанский отряд имени В.И. Ленина. Затем после Керченско-Феодосийской операции и образования на Керченском полуострове Крымского фронта аджимушкайские каменоломни использовались тыловыми органами под склады, а в ходе Керченской оборонительной операции в мае 1942 г. — под полевой госпиталь и запасной командный пункт.

После вторичного оставления советскими войсками Керчи во второй половине мая 1942 г. в аджимушкайских каменоломнях остались свыше 10 тыс. воинов из различных соединений, частей и тыловых органов Крымского фронта, которые, не сумев эвакуироваться на Таманский полуостров, искали способа продолжения борьбы и выживания. В катакомбах оказались группы и одиночные бойцы запасного полка фронта, 83-й отдельной морской стрелковой бригады, 95-го погранотряда, Ярославского авиационного училища, 63-й горнострелковой, 156-й и 302-й стрелковых дивизий, тыловых частей фронта и многих других. В катакомбах оказались и многие жители Керчи, которые прятались там от бомбардировок и обстрелов города.

Начальник отдела боевой подготовки штаба 51-й армии полковник П.М. Ягунов 16 мая получил приказание командующего Крымским фронтом со своим отрядом оборонять район Аджимушкая, обеспечивая отход и эвакуацию войск фронта. Бывший командующий фронтом генерал Д.Т. Козлов свидетельствует, что связь с Ягуновым была потеряна и, очевидно, он не получил приказа об отходе и эвакуации. Его отряд не мог прорваться из окружения, так как не имел ни пушек, ни танков, ни средств переправиться через Керченский пролив1. Другие группы и подразделения оказались в Аджимушкае после отхода и арьергардных боев. Так, вместе с командиром 291-го стрелкового полка подполковником С.А. Ермаковым в Малые каменоломни отошли около 100 бойцов и соединились с другими подразделениями.

В той критической обстановке выделились командиры и комиссары с наиболее сильным самообладанием, которые и организовали людей на борьбу. В необычайно короткие сроки организовали массу людей по ротам и батальонам, подразделениям обслуживания и обеспечения. Образовался воинский гарнизон, в котором сложилась всем привычная воинская структура и администрация. Душой гарнизона, его мобилизующей на борьбу силой стали коммунисты. Они составляли костяк подразделений.

В центральных катакомбах 21 мая 1942 г. был объявлен приказ, по которому все бойцы и командиры независимо от их прежней принадлежности сводились в Отдельный полк обороны Аджимушкайских каменоломен. Командиром полка и начальником гарнизона объявлялся полковник П.М. Ягунов, комиссаром полка — старший батальонный комиссар И.П. Парахин, начальником штаба полка — старший лейтенант П.Е. Сидоров, начальником тыла — майор С.Т. Колесников. Командирами батальонов были назначены подполковник Г.М. Бурмин, майор А.П. Панов, капитан В.М. Левицкий. Ротой автоматчиков командовал лейтенант А.В. Белов.

Приказ заканчивался обращением ко всему личному составу: «День и ночь блюсти строжайший революционный порядок, как зеницу ока беречь воинское товарищество. Ни при каких условиях, даже перед лицом смерти не помышлять о сдаче в плен»2. Гарнизон имел 1700 винтовок, 50 полуавтоматических винтовок, 6 автоматов, 5 пулеметов, 8 минометов3.

Независимо и вне связи с Центральными катакомбами в Малых аджимушкайских катакомбах образовался самостоятельный гарнизон, которым командовал командир 291-го полка 63-й горнострелковой дивизии подполковник С.А. Ермаков. Гарнизон насчитывал свыше 2 тыс. бойцов и командиров, был организован в четыре батальона и имел винтовки (количество не установлено), 25 полуавтоматических винтовок, 8 автоматов, 4 пулемета, 6 минометов4.

В полках больших и малых каменоломен, кроме батальонов, имелись отдельные подразделения разведки, саперов, связи и др., а также службы обеспечения боевых действий и быта. В зависимости от обстановки командование определяло ближайшие цели и ставило задание батальонам и подразделениям.

Основная цель борьбы подземных гарнизонов была определена как помощь гарнизону Севастополя отвлечением на себя наибольшего количества вражеских сил; помощь ожидавшемуся десанту на Керченский полуостров. Это была вера в севастопольцев, вера в возможность Черноморского флота и армии снова высадить десант в Крым.

После падения Севастополя, прорыва немцев из района Ростова на Северный Кавказ и оставления Таманского полуострова положение гарнизонов каменоломен ухудшилось. Оставалась борьба за возможное выживание в каменоломнях или выход из каменоломен и гибель в открытом бою.

Подвиг защитников подземной крепости широко известен в пашей стране и за ее пределами, особенно после выхода в свет в 1966 г. книги «В катакомбах Аджимушкая. Документы, воспоминания, статьи». Это народный подвиг, являющийся повторением подвига защитников Брестской крепости и Ленинграда. Он был связан в военном и моральном отношении с защитниками Севастополя. Новые находки исторических источников этой героической трагедии продолжаются.

Встает вопрос об осмыслении некоторых сторон того, что произошло в Аджимушкае. Как могло случиться, что бойцы и командиры 44-й армии 8—10 мая не проявили стойкости, оставили позиции и некоторые бежали в панике, которая охватила и соединения других армий. Что должно было произойти, чтобы те же бойцы и командиры через неделю проявили величайшую стойкость в борьбе с врагом, думали только о борьбе и победе и потому умирали с достоинством, гордо.

Ее организаторами стали рядовые старшие и средние командиры, комиссары и коммунисты. Они вдохновили бойцов и командиров, оказавшихся в районах каменоломен, на самоотверженную борьбу во имя Родины, во имя помощи Севастополю почти без надежды остаться живыми. Эти обстоятельства заставляют пересмотреть оценку боеспособности войск Крымского фронта, убедиться в их готовности драться с врагом насмерть, победить или погибнуть. Все зависело от способности организовать людей на борьбу в кризисной ситуации.

Газета «Правда» сборник «В катакомбах Аджимушкая» назвала книгой-долгожителем. К ней будут обращаться многие поколения, чтобы понять высокую боевую организацию группы войск потерпевшего поражение фронта и высочайшую вершину морального духа подземного гарнизона. Попытаемся рассмотреть некоторые аспекты этой эпопеи. При этом опустим действия партизанского отряда имени В.И. Ленина в ноябре—декабре 1941 г. и действия в тех же катакомбах партизанских отрядов П.И. Шерстюка и К.И. Моисеева осенью 1943 и весной 1944 г., которые были подготовлены заблаговременно. Мы используем как источник и документальную повесть Н. Камбулова «Аджимушкай», которая объективно и полно освещает эту героическую трагедию, и другие публикации5.

Главное в этих книгах и других источниках состоит в том, что они показывают, как коммунисты, командиры, политработники в невероятно трудных условиях из бойцов, переживших катастрофическое поражение, сумели создать боеспособные подземные воинские гарнизоны, каждый из которых жил по воинским уставам и провел боевые действия с целью сковать как можно больше противника у выходов из подземелья. Боевые действия полков носили организованный систематический характер и соответствовали складывавшейся обстановке. В целом оборона Аджимушкайских каменоломен являла собой организованную борьбу регулярных подразделений Красной Армии, находившихся в исключительно трудных условиях: под землей, большую часть без воды и пищи, имея ограниченные и иссякающие средства борьбы. Каждый день и час она демонстрировала высокую самоотверженность и героизм.

На войне случается, когда обстоятельства складываются так, что лучше умереть, чем попасть в плен, испытать муки пыток. И в ходе боев случалось, слышали последний радиосигнал, сообщение, выкрик: «Умираем, но не сдаемся!!!». Перед такими героями люди всегда склоняли головы. В каменоломнях Аджимушкая не было дня, а только ночь, люди потеряли счет дням и часам. Чтобы гарнизон продолжал бороться, надо было каждый час кому-то очередному жертвовать своей жизнью, чтобы другие имели чистый воздух, воду, пищу.

Подземный гарнизон отверг все предложения врага сложить оружие. Обреченные на смерть бойцы и командиры в невообразимо трудных условиях продолжали выполнять свой долг перед Армией и Родиной. Ни голод, ни жажда, ни удушливые газы не сломили стойкости подземных гарнизонов.

Их подвиг стал легендой.

Командование Северо-Кавказского фронта с конца мая получало сведения от всех видов разведки, что в районе Аджимушкай осталась группа войск (считалось, в количестве 5 тыс. человек), которая продолжает вооруженную борьбу. Самолеты и катера в ночное время наблюдали в том районе взрывы и огневой бой. Были предприняты безуспешные попытки высадить разведывательные группы на полуостров Еникале (от 47-й армии разведгруппы высаживались 31 мая, 1, 3, 13, 16 и 19 июня)6. Прибрежная полоса и весь Керченский полуостров усиленно охранялись. Те группы, которым удалось высадиться на берег, не смогли добраться до каменоломен. Связь с гарнизоном не была установлена.

Командование гарнизонов каменоломен со своей стороны предпринимало попытки установить связь с командованием фронта, но ни одной из посланных групп не удалось добраться до Таманского берега.

И. Кондронов, заведующий партийным архивом Крымского обкома КПСС, установил, что в Керчи действовала подпольная группа, в составе которой была радистка Е. Дудник. Подпольщики имели изредка связь с катакомбами и о состоянии гарнизонов радировали на «Большую землю». Радистка Женя Дудник, имевшая кличку «Тоня», передала 87 радиограмм. 6 августа во время сеанса связи она была схвачена и расстреляна. Вместе с ней погибли ее родные и помогавшие ей жители — всего семь человек7.

Гарнизоны Центральных и Малых катакомб первое время связи между собой не имели. Затем связь поддерживалась нарочными от случая к случаю и носила информационный характер.

Первые два-три месяца обороны ударные группы гарнизонов каменоломен предпринимали короткие ночные (как правило) вылазки и вели активные боевые действия против войск противника, блокировавших выходы из каменоломен. Успешной была разведка боем в ночь на 17 июня и последующий отход обратно в подземелье. Аджимушкайцы вспоминают смелую вылазку и ночной бой в начале июля, когда противник применил против них не одиночные тапки и орудия, а значительные их группы.

Активность защитников каменоломен в мае—июне определялась стремлением помочь героическим защитникам Севастополя. И подземным гарнизонам Аджимушкай удалось приковать к себе пять вражеских полков.

В дневнике защитника Малых каменоломен А. Клабукова имеется примечательная запись за 30 июня 1942 года: «...бойцы и командиры повесили носы, а часть пала духом. Немцы нажимают на Севастополь и на одном участке фронта продвинулись вперед»8. Севастополь для подземного гарнизона был не только примером, но и реальной надеждой на перемены. Все понимали, что, пока держится Севастополь, должен быть и десант для освобождения всего Крыма. Падение Севастополя, о котором они узнали по радио из сообщений Совинформбюро, больно переживали все защитники каменоломен.

В августе радио стало приносить сообщения о продвижении немецко-фашистских войск к Сталинграду и на Северный Кавказ. Надежды на скорый десант в Крым отпали. Кончились питание и боеприпасы. Командование гарнизонов каменоломен приняло решение: кто пожелает, может выходить мелкими группами и пытаться переправиться через пролив либо пробираться к своим через глубокий тыл. Еще раньше стали выходить из катакомб мелкие группы укрывавшихся там граждан города Керчь и близлежащих поселков. Попытку прорыва к Красной Армии 9 августа предпринял подполковник С.А. Ермаков и батальонный комиссар Б.М. Семенов с группой в семь человек, и, очевидно, все погибли9. Командиром гарнизона Малых каменоломен стал старший лейтенант М.Г. Поважный.

Произошли изменения и в командовании гарнизона Центральных каменоломен. От подрыва на мине получил смертельное ранение Павел Максимович Лгунов. Командиром подземного гарнизона стал подполковник Г.М. Бурмин.

С июля—августа 1942 г. блокированные гарнизоны каменоломен держали оборону, по активных действий (вылазок) проводить уже не могли вследствие понесенных потерь и крайнего истощения личного состава. Тем не менее наличие советских войск, хотя и в подземелье и сильно ослабленных, беспокоило немецкое командование. Для уничтожения гарнизона советских войск противник применял различные средства и приемы. Прежде всего они заблокировали все выходы из подземелья; многие из них засыпали с помощью взрывов; у оставшихся выходов установили заставы с танками, орудиями, пулеметами. Район катакомб был огражден колючей проволокой. Гитлеровцы полагали, что голод и жажда заставят советских воинов покинуть подземелье и прекратить сопротивление.

24 мая против подземного гарнизона противник применил отравляющие газы, которые пускал в течение трех дней. В воспоминаниях начальника рации Центральных каменоломен Ф.Ф. Казначеева сказано, что он передал в эфир: «Всем! Всем! Всем! Всем народам Советского Союза! Мы, защитники обороны Керчи, задыхаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся! Лгунов»10. После первой газовой атаки решили оставаться на месте, строить специальные газовые убежища, продолжать борьбу.

Противник применял газы неоднократно на протяжении всей обороны Аджимушкай. Ф. Гальдер свидетельствует о применении отравляющих веществ следующей записью в дневнике за 13 июня 1942 г.: «Генерал Окснер: Доклад об участии химических войск в боях за Керчь»11.

Не помогли фашистам сломить боевой дух защитников катакомб ни агитация через громкоговорители, ни засылка провокаторов. Стойкость бойцов подземного гарнизона потрясла даже потерявших в злодеяниях человеческий облик нацистов. Обращаясь к советским войскам через громкоговорители, они повторяли: «Кончайте свое безумие!»

Были и слабодушные среди более чем десятитысячного подземного гарнизона. Были и предатели, которые не выдерживали лишений и страданий, уходили и сдавались в плен, сообщали противнику о положении в катакомбах. Но эти единицы у гитлеровцев не вызывали ни удивления, ни сочувствия. Их судьба — расстрел.

Подземный гарнизон постоянно совершенствовал свою оборону. Кроме наблюдения и дозоров у выходов, вылазок разведчиков в темное время на поверхность, пришлось организовать команды «слухачей» для определения действий противника на поверхности. Улучшали заграждения-завалы, взрывные устройства. В катакомбах находились остатки имущества тыла фронта, в том числе небольшое количество продовольствия (крупа, сахар, галеты и др.), средства связи (кабель, аппараты и др.), санитарное и некоторое другое имущество. Недоставало оружия. В подземелье совсем не было воды. Добывать ее было невероятно трудно.

Санитарная дружинница Анна Юрченко (теперь Теренько) пишет: «Нам снилась вода, спился хлеб, снилось небо, снилось все, что является обычной жизнью, мирной жизнью». Достать воду для раненых, детей, женщин можно было, только поднявшись на поверхность и пробивались к колодцам, которые были пристреляны различным оружием. Каждое ведро воды бралось с бою, оплачивалось кровью.

Михаил Радченко пишет: «Я пью воду. Сладкую воду. Это определение вошло в мой язык в дни обороны Аджимушкай... Только за один котелок из "сладкого" колодца, что находился всего в нескольких метрах от входа в штольню, защитники Аджимушкай платили жизнью нескольких человек. Выход к колодцу за водой был равен бою»12.

Попытки вырыть колодцы в самой «скале» требовали неимоверных усилий и заканчивались в большинстве случаев неудачей. Были организованы команды «сосунов», которые отсасывали влагу с влажных участков ракушечника в котелки, чтобы напоить раненых и ослабевших.


...И эхо разносили камни,
Когда с сырого потолка,
Набухнув,
Отрывались капли
И разбивались в котелках.
Дымились черные завалы,
Смыкались воинов ряды...
Им вместо ордена давали
Еще один глоток воды13.

Пища — лебеда, копыта, крысы, супочай. В дневнике А. Клабукова читаем: «Супочай — навар из костей, вермишель и затируха — получилось объедение».

Характеризуя комиссара госпиталя Малых катакомб В.Ф. Труборова, А. Клабуков пишет: «Всего раненых было с 13.5 361 человек, выписано 242 человека. Воду до Трубарева (фамилия искажена) давали раненым в сутки 1 ложку. Вареная пища до 29.5 отсутствовала. С 29.5 получают раз в сутки горячую пищу, вода дается по 1,5 ст. ложки в сутки, а на 12 человек — по 3 стакана. Вместо хлеба из муки, что дается на человека 25 граммов, делаются оладьи. Обслуживающего персонала было 34, теперь 11 человек. Перевязочных материалов и медикаментов совершенно нет, рвем рубахи и кальсоны. Применяем грелки песочные. Ревматизм и понос нас всех (не только раненых) начал беспокоить, а кое-кого донимать основательно. Трубарев все же командованием и правительством должен быть отмечен, молодец он, истинный большевик, вот где люди проверяются»14.

Откуда люди брали силы, чтобы в таких условиях держаться и бороться 170 дней и ночей? Этому способствовала, по нашему мнению, воинская организация: полки, батальоны, роты, взводы, госпитали, службы; приказы, распоряжения, инструкции; боевое расписание по тревоге; дежурства, наблюдатели, боевые посты. Все это создавало организованность, дисциплину, целеустремленную боевую жизнь.

Подземные гарнизоны имели радиостанции и принимали сводки Совинформбюро. Это рождало чувство единства с Родиной. Комиссары организовывали партийно-политическую и пропагандистскую работу. В подземелье обнаружен журнал учета политзанятий, который вел политрук П.Л. Овчаров. В дневнике А. Клабукова за 2 августа 1942 г. запись: «Провели партсобрание. Командира полка Поважного перевели в члены партии, начальника штаба Шкоду также. Наша организация растет и крепнет»15. Большой интерес представляет «Журнал учета коммунистов и комсомольцев» госпиталя Центральных каменоломен. Во всех подразделениях активную работу проводили партийные организации. Политинформации и беседы, чтение книг и хоровое пение помогали настраивать людей на борьбу с врагом и преодоление трудностей.

Однако в невероятно трудных условиях у людей не всегда хватало физических и моральных сил, некоторые проявляли слабость, а отдельные слабодушные совершали проступки и преступления. Для разбора и осуждения таких лиц учреждались трибуналы16. Но превыше всего была любовь к Родине, приверженность к социализму, неприемлемость фашистского нового порядка.

Истощенная голодом и жаждой, измученная болезнями группа советских людей в катакомбах Аджимушкай в течение мая — октября держала оборону. К концу октября не хватало бойцов, чтобы охранять входы в каменоломни. Некоторые из них пришлось заложить камнями и замаскировать. Все чаще немцы врывались в катакомбы, но, встреченные огнем и взрывами, продвинуться вглубь не могли.

В конце октября 1942 г. немецко-фашистские войска получили приказ уничтожить остатки войск, удерживавшие катакомбы Аджимушкай. С прожекторами и фонарями продвигались они по лабиринтам выработок, поливая сплошным автоматным огнем все переходы, помещения, закоулки. Для надежности, чтобы не пропустить кого-нибудь, были использованы собаки-овчарки. В последнем бою в Малых каменоломнях старшему лейтенанту М.Г. Поважному, лейтенанту В.П. Шкоде и сержанту Б.А. Дрикеру удалось оторваться от преследователей, но на следующей день с помощью собак их выследили и пленили.

С 28 по 31 октября погибли в неравном бою последние защитники Аджимушкайских каменоломен. Некоторые израненные, обессиленные попали в плен и погибли. Выжили лишь единицы.

Интересные сведения приводят составители Хроники боевых действий подземного гарнизона В.В. Абрамов, Б.Е. Серман и С.М. Щербак из документов партархиве Крымского обкома КПСС. В документе немецкой администрации сказано: «14.XI.42 из пещеры Аджимушкай под Керчью был обстрелян пост... 20 участников сопротивления, среди них начальник штаба — советский старший лейтенант, были арестованы»17. Можно полагать, что это были последние бойцы подземного гарнизона.

Таким образом, усилиями многих энтузиастов общая картина героической трагедии Аджимушкая к настоящему времени воссоздана даже во многих деталях. Однако подвиг подземного гарнизона необычен даже для Великой Отечественной войны. Поэтому память о нем останется навсегда.

Примечания

1. В катакомбах Аджимушкая: Документы, воспоминания, статьи. 4-е изд. Симферополь, 1982. С. 30, 31.

2. Пирогов А. Крепость солдатских сердец. М., 1974. С. 39, 40.

3. В катакомбах Аджимушкая. С. 121.

4. Там же. С. 121.

5. Камбулов Н. Аджимушкай: Документальная повесть. М., 1978.

6. ЦАМО. Ф. 402. Оп. 9575. Д. 67. Л. 3, 4; ЦВМА. Ф. 1081. Оп. 021998. Д. 2. Л. 10, 14.

7. В катакомбах Аджимушкая. С. 122, 123.

8. Там же. С. 90.

9. Там же. С. 95, 110.

10. Там же. С. 166.

11. Гальдер Ф. Указ. соч. С. 263.

12. В катакомбах Аджимушкая. 4-е изд. С. 180, 181.

13. Куковякин В. Ночи без звезд // Там же. С. 206.

14. В катакомбах Аджимушкай. С. 86.

15. Там же. С. 107.

16. Камбулов Н. Аджимушкай. С. 105.

17. В катакомбах Аджимушкай. С. 40.

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь