Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Слово «диван» раньше означало не предмет мебели, а собрание восточных правителей. На диванах принимали важные законодательные и судебные решения. В Ханском дворце есть экспозиция «Зал дивана».

На правах рекламы:

http://www.re-mart.ru/catalog/keramicheskaja_plitka/atlas_concorde_russia

Главная страница » Библиотека » И.С. Пиоро. «Крымская Готия» (Очерки этнической истории населения Крыма в позднеримский период и раннее средневековье)

Готы-тетракситы, или готы-трапезиты

Готы-тетракситы (отдельная группа крымских готов) упоминаются только Прокопием Кесарийским. До возвращения гуннов-утигуров они жили где-то в Восточном Крыму. «По ту сторону Меотийского Болота и его впадения в Эвксинский Понт, как раз на этом берегу, — пишет Прокопий, — и живут с древнейших времен так называемые готы-тетракситы... Значительно в стороне от них осели готы-везиготы, вандалы и все остальные племена готов» [48, с. 385—386]. Указывая, что готы-тетракситы жили «по ту сторону Меотийского Болота и его впадения в Эвксинский Понт», Прокопий Кесарийский имеет в виду западный берег Керченского пролива, т. е. восточное побережье Крыма. Это ясно из предыдущего параграфа «Войны с готами»: до перехода через Меотиду утигуры и кутригуры не имели «общения с людьми, которые обитали по ту сторону Болота и его устья» [48, с. 385].

Более точная локализация готов-тетракситов дана Прокопием при описании возвращения гуннов-утигуров через Крымский полуостров и Керченский пролив после общего движения гуннских племен на запад: «Недалеко от Меотийского Болота они [гунны-утигуры] встретили так называемых готов-тетракситов. И сначала готы, устроив преграду из своих щитов против наступающих на них готов [следует понимать гуннов], решились отражать их нападение, полагаясь на свою силу и на крепость своих позиций; они ведь были самыми сильными из всех тамошних варваров. Кроме того, начало устья Меотийского Болота, где в то время обосновались готы-тетракситы, образует залив в виде полумесяца, окружая их почти со всех сторон, и поэтому дает для наступающих против них один, и при этом не очень широкий путь. Но потом (так как ни гунны не хотели тратить здесь на них время, ни готы никак не могли надеяться с достаточным успехом сопротивляться такой массе врагов) они вступили друг с другом в переговоры, с тем, чтобы, соединив свои силы вместе, совершить переход; они решили, что готы поселятся на противоположном материке у самого берега пролива, там, где они живут и теперь, и, став на дальнейшее время друзьями и союзниками утигуров, будут жить там все время, пользуясь с ними равными и одинаковыми правами. Вот таким образом основались здесь готы...» [48, с. 387].

Мнения исследователей по вопросу о месте встречи гуннов-утигуров и готов-тетракситов разделились. С.П. Кондратьев при переводе «Войны с готами» неизвестно на каком основании указывает Перекопский перешеек. Его ошибку, исходя из сообщения Прокопия, вполне обоснованно исправляет Е.В. Веймарн, локализируя готов-тетракситов на выступающей в море северо-восточной части Керченского полуострова [163, с. 64]. Именно в этом месте «начало устья Меотийского Болота образует залив в виде полумесяца». Кстати, Керченский пролив здесь наиболее узкий и удобный для перехода. Таким образом, Прокопий относительно точно указывает место обитания готов-тетракситов в Восточном Крыму, где они жили «с древнейших времен» (вероятно, с III в.), до возвращения гуннов-утигуров (скорее всего, до V в.). В дальнейшем готы-тетракситы известны Прокопию на левом берегу Керченского пролива (на Тамани): «Рядом с теми местами, откуда начинается устье Болота, живут так называемые готы-тетракситы; они немногочисленны и тем не менее не хуже многих других с благоговением соблюдают христианский закон» [48, с. 384]. Готы-тетракситы были союзниками гуннов-утигуров, которые, выступая против кутригуров на стороне Византии, пригласили «себе на помощь из живших рядом с ними готов... две тысячи воинов...» [48, с. 435].

В. Саханев [398, с. 168—174], А.А. Васильев [150, с. 333], М.А. Тиханова [463, с. 323] и другие исследователи в качестве подкрепления свидетельства Прокопия приводят сообщение Псевдо-Арриана о том, что «от Синдской гавани до гавани Пагры прежде жили народы, называвшиеся керкеты или ториты, а ныне живут так называемые эвдусианы, говорящие на готском или таврском языке» [49, с. 279]. Возможно, речь идет о готах из Таврики, поэтому упоминается язык «готский или таврский». Под эвдусианами, вероятно, следует понимать жителей отмеченной Прокопием Эвлисии, которую, по его словам, «занимают варвары вплоть до так называемого "Меотийского Болота" и до реки Танаиса... Народы, которые тут живут... зовутся утигурами» [48, с. 384]. Однако новое место обитания готов-тетракситов Прокопий локализует у начала устья Меотиды, а Псевдо-Арриан («Объезд Эвксинского Понта») помещает эвдусиан «от Синдской гавани до гавани Пагры», т. е. от современной Анапы до Геленджика. Отмеченное несоответствие ставит под сомнение правильность отождествления готов-тетракситов с эвдусианами. Скорее всего, в источниках упомянуты две разные группы готских племен.

Вопрос об этимологии названия «тетракситы» неоднократно разбирался в работах отечественных и зарубежных исследователей [150, с. 335—338]. Наиболее распространенным является мнение, что в основе слова тетракситы (τετραξιται) лежит числительное «четыре» (по-гречески — τετρακισ). Такое название они получили вроде бы из-за деления на какие-то четыре группы, племени или общины. Это мнение подкрепляется свидетельством Прокопия Кесарийского о том, что на двадцать первом году правления императора Юстиниана I готы-тетракситы «прислали в Византию четырех послов, прося дать им кого-либо в епископы...» [48, с. 385]. Возможно, от каждой из четырех групп был выделен посол. Деление готов-тетракситов на группы или общины могло соответствовать их этнической неоднородности. В таком случае понятно уточнение «тетракситы» к общему названию «готы» (т. е. племена разноэтничного готского союза). Однако серьезные возражения против рукописной традиции употребления названия «тетракситы» высказал А.А. Васильев, сопоставивший различные издания Прокопия [150, с. 338—344]. Особый интерес представляет то, что в целом ряде рукописей вместо «тетракситы» употреблено название «трапезиты» (τραπεξιται). Причем «трапезиты» встречаются в гораздо большем количестве рукописей, так что, по мнению А.А. Васильева, это название вполне могло бы попасть в текст вместо разночтения «тетракситы».

Происхождение названия «трапезиты» обычно связывают с упомянутой Страбоном горой Трапезунт, которую отождествляют с Чатырдагом [59, с. 283]. По сообщению Иордана, в Северном Причерноморье существовал город Трапезунт: «С той своей стороны, которой Скифия достигает Понтийского побережья, она охвачена небезызвестными городами: это — Борисфениде, Ольвия, Каллиполида, Херсона, Феодосия, Карсон, Мирмекий и Трапезунта, основать которые позволили грекам некоторые скифские племена, с тем, чтобы греки поддерживали с ними торговлю» [22, с. 71]. Этот же перечень городов (без Мирмекия) дважды повторен Равеннским Анонимом [150, с. 240—241]. Данные сведения позволили А.А. Васильеву предположить, что город Трапезунт существовал в Крыму на горе Чатырдаг. Здесь же, по его мнению, было первоначальное расселение готов-трапезитов.

Но это предположение противоречит сообщению Прокопия Кесарийского. Город Трапезунт у Иордана и Равеннского Географа стоит на последнем месте в списке. Комментируя цитированный выше отрывок из «Гетики», Е.Ч. Скржинская полагает, что Трапезунт не случайно поставлен восточнее Мирмекия, так как речь идет о каком-то прибрежном пункте готов-трапезитов. Однако Иордан указывает, что перечисленные им города основаны греками, причем многие из них погибают именно в период грабительских походов племен готского союза. Вместе с тем совершенно неизвестно, какой именно Трапезунт он упоминает. Не исключено, что этот список городов заимствован у какого-нибудь более раннего автора и вряд ли может играть решающую роль при локализации готов-трапезитов. Это название группы готов, по нашему мнению, следует сопоставить с известным походом варваров на малоазийский Трапезунт, совершенным в 257 г. на боспорских судах [357, с. 66—74]. По сообщению Зосима, это были бораны или вораны [19, с. 790—791], а по свидетельству епископа Неокесарии Понтийской Григория — готы и ворады [12, 60—61]1. Большое значение для успеха варваров имела поддержка народных масс, переходивших на сторону готов и боранов. Этот факт отражен в послании епископа Неокесарии Понтийской Григория епископу Трапезунта: «А тем, которые в плену присоединились к варварам и вместе с ними нападали, забыв, что были понтийцами и христианами, и ожесточились до того, что убивали своих единоплеменников или палками, или через повешение, а также указывали дороги и дома незнакомым с местностью варварам — таковым должно преградить вступление в число верующих» [372, с. 95].

Взяв Трапезунт, сообщает Зосим, «варвары овладели бесчисленным множеством сокровищ и пленных; ибо почти все окрестные жители собрались в этот город, как в безопасное убежище. Истребив храмы и жилища и вообще все, что служило к украшению или увеличению города, а затем опустошив и всю его область, варвары возвратились на родину с огромным количеством кораблей» [19, с. 791]. Вполне возможно, что, как и после первого похода (256 г.), они вернулись к Боспору, где и поселились, получив прозвище «трапезиты» за столь успешное нападение на Трапезунд — крупный и широко известный малоазийский центр. Это название могло закрепиться за ними и по той причине, что к готам и боранам, по свидетельству епископа Неокесарийского, присоединились местные жители, помогавшие варварам. Кроме того, в Трапезунте было захвачено много пленных. А слово «τραπεζιται», собственно, и означает «жители Трапезунта» или «выходцы из Трапезунта». В пользу нашего предположения может свидетельствовать и сообщение Прокопия Кесарийского о том, что готы-тетракситы (трапезиты) «не хуже многих других с благоговением соблюдают христианский закон». А ведь присоединившиеся к готам и боранам малоазийцы, участвовавшие вместе с ними в грабежах, «были понтийцами и христианами». Христианами были и пленники, захваченные варварами в Трапезунте.

Вопрос о начале распространения христианства среди готов рассматривается именно в связи с готскими нашествиями III в. и захватом христианских пленников, о чем сообщают источники [153, с. 365—370; 150, с, 266—287]. На первом Вселенском соборе в Никее в 325 г. присутствовали и оставили свои подписи несколько епископов из Крыма: Филипп Херсонский, митрополит Готии Феофил и Кадм Боспорский [150, с. 275—287]. Среди 318 подписей имя готского митрополита Феофила занимает предпоследнее место перед именем боспорского епископа Кадма, следовательно, указанная Готия должна находиться где-то около Боспора, в Восточном Крыму. Не исключено, что Готию можно связать с готами-трапезитами.

О том, что у готов-тетракситов (трапезитов) был епископ, а следовательно — епископия, хорошо известно из ранее приведенного сообщения Прокопия [48, с. 385]. Вероятно, именно здесь, в Восточном Крыму, или на Тамани мог существовать какой-то населенный пункт, известный Иордану и Равеннскому Анониму под названием Трапезунд.

Таким образом, письменные источники дают некоторое представление о готах восточной части Крыма и Тамани. Об этом свидетельствуют и археологические находки. В первую очередь следует назвать Черняховскую керамику, хранящуюся в Керченском историко-археологическом музее (гончарные лощеные и нелощеные миски открытого и закрытого типов, из которых особенно типичны большая миска-ваза, украшенная в верхней части пролощенным орнаментом в виде сетки; характерный чернолощеный кувшин с биконическим туловом, верхняя часть которого граненая и орнаментирована штрихами в местах соединения плоскостей; сероглиняные горшки и т. и. [444, с. 81, рис. 1, 59, 1115; 273, с. 109], а также Черняховские фибулы (двучленные прогнутые подвязные с узкой ножкой и вертикальной пластинкой для удерживания пружины и небольшие двупластинчатые, в основном — из погребений Боспора [98, с. 64, 66, 71; 259, с. 40, рис. 12, 1415]), умбоны т. и. пшеворского типа и рукоятки от деревянных щитов, отнесенные Н.И. Сокольским к группе защитного вооружения боспорского войска [425, с. 22, рис. 1, 12, 4, 23]. Эти вещи появляются в Крыму только со времени известных грабительских походов племен готского союза и дают основание предполагать, что какая-то часть Черняховских племен в III—IV вв. проникает в Таврику [273, с. 109; 98, с. 61—62, 82]. К раннесредневековым готским древностям Боспора можно отнести большие ромбические и орлиноголовые пряжки — характерные детали женского германского костюма [100, с. 10—23]. Не исключена возможность, что со временем отыщутся более явные следы обитания готов в Восточном Крыму и на Тамани.

Примечания

1. Причем Зосим в других разделах своего сочинения, как и епископ Григорий, упоминает боранов (воранов) вместе с готами, добавляя к ним карпов и уругундов [19, с. 789—790].

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь