Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Ссылки Статьи
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Форосском парке растет хорошо нам известное красное дерево. Древесина содержит синильную кислоту, яд, поэтому ствол нельзя трогать руками. Когда красное дерево используют для производства мебели, его предварительно высушивают, чтобы синильная кислота испарилась.

На правах рекламы:

dezinfo.net

Главная страница » Библиотека » И.Н. Храпунов, А.Г. Герцен. «От киммерийцев до крымчаков (народы Крыма с древнейших времен до конца XVIII в.)»

М.Б. Кизилов. Крымчаки

В современной этнографии крымчаками называют этнос, сформировавшийся из нескольких групп еврейского происхождения, осевших на крымской земле начиная с первых веков нашей эры, в средневековый период и в раннее новое время. Крымчаки — термин поздний и достаточно условный, возникший лишь после присоединения Крыма к России, в первой половине XIX в. для обозначения местных тюркоязычных евреев-талмудистов, резко отличавшихся от всей прочей массы еврейского населения, начавшего селиться в Крыму после 1783 г. Один из крымчакских просветителей И.С. Кая вкратце определял историческое содержание этого понятия следующим образом: «Крымчаки — это особая группа евреев, которая издавна живет на Крымском полуострове и в значительной мере приняла татарскую культуру».

Впервые термин «крымчаки-евреи» появляется 18 августа 1859 года в «обращении евреев-землевладельцев колонии Рогатликой в мещанство города Карасубазара». В документах XVIII—XIX вв. крымчаки называют сами себя по-татарски «срель балалары» или по-древнееврейски «бени Исраэль», то есть «сыны Израиля». Кроме того, в различных источниках более раннего периода на древнееврейском или татарском крымчаки называются «егудим», «ягудилер» или «чуфутлар» (все эти термины следует переводить как «евреи», с тем лишь уточнением, что последний термин имел несколько презрительный характер). Несомненно, что понятие «крымчаки-евреи» (позднее редуцировавшееся до сокращенного «крымчаки» по-русски, или «крымчахлар» по-татарски) является калькой с крымскотатарского «яхудилер кырымча» (то есть, «евреи крымского толка»). Так, по всей видимости, могли представить российской администрации тюркоязычных крымских евреев-талмудистов татарские чиновники. Позднее, во второй половине XIX в., термин «крымчаки» становится основным термином для обозначения этой этнической общности. Тем не менее, история предков современных крымчаков уходит корнями в значительно более далекое прошлое.

Итак, начнем по порядку. Наиболее ранние археологические и эпиграфические памятники свидетельствуют о пребывании евреев на территории крымского полуострова еще в I в. н.э. Вероятно, что переселение евреев на территорию Крыма началось еще ранее, в I в. до н. э., когда после войн Митридата Евпатора усилились контакты между Боспором и еврейским населением Малой Азии. Различные письменные, эпиграфические и археологические источники свидетельствуют о проживании еврейского населения в Юго-Западном (Херсонес) и Восточном (Боспор) Крыму во II—IV вв. По мнению крупнейшего еврейского историка С. Дубнова, в V—VI веках н.э. вследствие антиеврейской политики византийской церкви во время правления императоров Феодосия II, Зенона и Юстиниана I иудейская диаспора в Северном Причерноморье увеличилась в связи с эмиграцией в этот регион покидавших империю византийских евреев. С некоторой осторожностью можно также предположить, что направленная в Крым и на Таманский полуостров эмиграция византийских евреев продолжалась и в более поздний период, во время периодически повторявшихся в Византии антисемитских преследований (843, 873-874 и 943 гг.).

Особенно значительным, по всей видимости, было еврейское население на прилегающих к Крыму территориях. Так, персидский географ Ибн аль-Факих называл Самкерц (Тмутаракань) «еврейским городом», в то время как византийский историк Феофан Исповедник писал о многочисленных евреях, проживавших в VII в. в Фанагории. стратий был продан в рабство одному из херсонских евреев, а позднее умерщвлен. Этот факт привел в гнев византийского императора, изгнавшего в том же году из Херсона всех евреев, торговцев рабами-христианами.

Во второй половине I тысячелетия н.э. община крымских евреев поддерживала постоянный контакт с византийской еврейской общиной и находилась под сильным культурным влиянием последней (впрочем, по мнению С. Дубнова, хазарское завоевание принесло в Крым и восточных евреев из мусульманских стран, прежде всего, из Персии). Доступные на настоящий момент источники не упоминают о столь часто муссирующихся в современной популярной литературе контактах между крымскими евреями и иудаизированными хазарами. Незначительная прослойка принявших иудаизм тюркоязычных хазар едва ли могла состоять в смешанных браках с грекоговорящими крымскими евреями-талмудистами. Далее если случаи смешанных еврейско-хазарских браков и имели место, то они должны были быть весьма немногочисленны, о чем свидетельствует полное отсутствие упоминаний о подобного рода прецедентах в средневековых документах хазарского времени.

На наш взгляд, ключевым временем в развитии крымской еврейской общины является период генуэзской колонизации и установления в Крыму татаро-турецкого господства в XIII—XV вв. Именно с татарским вторжением в Крым связано появление нескольких, по всей видимости, уже тюркоязычных иудейских общин в тех регионах, где ранее еврейское население не было отмечено. С XIII в., а именно, со времени приезда караимов, исповедовавших иудаизм неталмудического толка, исследователь истории еврейской общины Крыма начинает сталкиваться с довольно сложной терминологической проблемой: дело в том, что подавляющее большинство нееврейских источников XIII—XVIII вв. не отличало караимов от евреев-раввинистов (иначе: евреев-талмудистов, то есть евреев, признающих, в отличие от караимов, авторитет Талмуда, позднейшего добавления к Ветхому Завету), называя и тех и других на различных языках термином «евреи». Зачастую лишь опосредованные данные помогают нам отличить, о каких же «евреях», упоминающихся в источниках, шла речь — о караимах или раввинистах-крымчаках.

1278 г. датируется сообщение караимского автора Аарон бен Иосифа о календарном диспуте между общиной караимов и раббанитов, проживавших тогда в городе Солхате (иначе: Къырым, позднее Эски Къырым, современный Старый Крым, первая столица татарского наместничества в средневековом Крыму). В Солхате-Къырыме проживал в XIV в. Авраам Къырыми (то есть «из [города] Крыма»), автор блестящего теологического трактата «Сефат а-эмет» («Язык истины»), написанного по просьбе его ученика, караима Езекии (Хизкиягу) бен Эльханана. Авторитет этого ученого быль столь велик, что даже спустя столетие после смерти его имя упоминалось в поминальных молитвах после имен знаменитых еврейских экзегетов Моисея Маймонида и Авраама ибн Эзры. В Солхат в 1506 г. судьба привела также и знаменитого европейского каббалиста Моше (Моисея) бен Яакова (1448—1520 гг.), известного также как Моше Изгнанник («а-Голе») или Моше Киевский. В Солхат он попал в качестве раба-пленника, захваченного в результате набега татар на город Лида. Несмотря на то, что Моше прославился своей язвительной полемикой с караимскими учеными, из плена он был выкуплен совместными усилиями раббанитской и караимской общин (более того, обнаруженные нами архивные документы свидетельствуют о том, что его сочинения читались и переписывались крымскими караимами даже в XIX в.). Оставшись в Крыму, Моше Изгнанник посвятил остаток своей жизни объединению разрозненных талмудических общин Крымского полуострова.

В том же XIII в., по всей видимости, раббанитская община появляется и в городе Каффе (Феодосии) — в 1309 г. там строится крупная синагога, одна из древнейших на территории бывшего СССР, уникальная также применением элементов сельджукской орнаментики в синагогальном зодчестве (уничтожена в результате немецкой бомбежки города в 40-е годы XX в.). Незадолго до османского завоевания Крыма, каффинскими евреями был установлен контакт с крымскими ханами, чья резиденция находилась тогда в Солхате. Один из представителей каффинской иудейской общины торговец Хозя Кокоз (так было записано его имя в русских дипломатических документах) участвовал в 1472—1486 гг. в переговорах между Иваном III и крымским ханом Менгли Гиреем; известно, что часть их переписки велась на древнееврейском языке. Помимо Каффы и Солхата-Къырыма, крупнейшим раббанитским центром в Крыму становится город Карасубазар, где в 1516 г. также строится синагога.

Еврейские торговцы и ремесленники неоднократно упоминаются и в уставе крымских генуэзских колоний 1449 г. Один из каффинских еврейских купцов с восточным именем Калеб в 1442 г. неоднократно упоминается в делопроизводственных документах о денежных трансакциях далеко за пределами Крыма, в польской столице Кракове. Ряд источников указывает нам также на переселение в Крым караимского и раббанитского населения после разгрома Константинополя крестоносцами в ходе IV Крестового похода (1204 г.) и завоевания империи турками-османами в XV в.

Несмотря на то, что у нас нет прямых упоминаний об этом, с большой степенью уверенности можно утверждать, что небольшие раббанитские общины появляются не позже XV—XVI вв. на Мангупе и в Кырке-Ере (Чуфут-Кале). О пребывании евреев-раввинистов на Мангупе достаточно четко указывает крымчакская фамилия «Мангупли» («из Мангупа»), в то время как среди надгробных эпитафий с кладбища в Иосафатовой долине, опубликованных Авраамом Фирковичем в его знаменитой «Авнэ Зиккарон», есть несколько надписей, на которые сам автор прямо указывает как на раббанитские. Более того, архивные документы, обнаруженные автором этих строк, свидетельствуют о том, что несколько семейств с крымчакскими фамилиями проживало в Чуфут-Кале вплоть до начала XIX в.

Переломным в судьбе крымских раббанитов стал конец XV — начало XVI в. С одной стороны, в конце XV в. раббанитская община Крыма начинает значительно увеличиваться за счет евреев-изгнанников из Испании, Руси и Европы. С другой, в связи с переносом экономического центра Крымского ханства в юго-западную часть Крыма—в Кырк-Ер и, позднее, Бахчисарай, — главенствующая роль в иудейской общине Крыма переходит от раббанитов к караимам — именно караимы с этого момента начинают занимать ряд ответственных постов в ханстве, распоряжаться ханскими финансами, чеканить монеты, ездить в качестве послов в Россию. Раббанитская община, которая остается проживать преимущественно в восточной части Крыма, в Каффе и Карасубазаре (современные Феодосия и Белогорск), несомненно, начинает отходить на вторые роли. Помимо экономического превосходства, караимы превышали раббанитов-крымчаков и по численности. По некоторым статистическим оценкам, к концу XVIII в. раббаниты составляли лишь 25 процентов от общего числа иудейских подданных ханства (около 800 человек), а караимы — 75 процентов (около 2600 человек).

Как уже упоминалось, именно в этот момент, вскоре после завоевания Крыма Османской Турцией в 1475 г., в Каффу прибывает большое количество евреев из других стран мира. Среди них были говорившие на идиш ашкеназские (европейские) евреи, греко-, ладино-, джудезмо-, тато- и арабоязычные евреи из Византии, Испании, Италии, Востока, Кавказа и Руси. О разнородности раббанитской общины нам неопровержимо свидетельствуют фамилии современных крымчаков. Так, фамилии Берман, Гутман и Ашкенази (Ачкинази) будут указывать на говорящих на идиш эмигрантов из Европы и России, Абрабен, Пиастро, Ломброзо и Тревгода — на переселенцев-сефардов из Италии и Испании, Бакши, Стамболи, Измирли, Токатлы и Мизрахи — на Турцию и мусульманский Восток, Лехно и Варшавский — на Польшу, Гота и Вайн-берг — на Германию, Гурджи — на Кавказ. Ряд фамилий указывал также на крымское происхождение их обладателей (Мангупли — «из Мангупа») или профессию (Демерджи — «кузнец», Таукчи — «птицевод»). Около 40 процентов крымчакских фамилий являются производными из древнееврейского (Пейсах, Пурим, Рабену, Леви, Бентовим, Рафаилов и другие).

Вскоре представители всех этих разнородных общин начинают сливаться в единое целое, постепенно составляя целостную этноконфессиональную общность на основе принадлежности к иудаизму талмудического (то есть, некараимского) образца. Важным фактором в процессе этого объединения становится усиливающаяся ориентализация общины, заимствование разговорного языка, одежды и повседневных обычаев у соседей-татар. Тем не менее, в начале XVI в. раббанитская община Каффы была поделена на несколько соперничающих землячеств, каждое из которых молилось по отдельному ритуалу — ашкеназскому, романиотскому или вавилонскому. Для примирения этих различных течений потребовался авторитет Моше а-Голе, выработавшего универсальный для крымских еврейских общин молитвенник, получивший название «молитвенник ритуала Каффы» (Махзор минхаг Кафа).

Окончательно все вышеупомянутые течения и землячества сливаются в единое целое в XVII—XVIII вв. Как и их собратья по иудаизму караимы крымские евреи-раввинисты оказываются под сильным культурным влиянием татар, никогда не выходившим, впрочем, за рамки культурных, лингвистических и бытовых заимствований. Особенно важной частью этого влияния стал переход всех вышеуказанных еврейских общин из разных стран от их родных языков к разговорному крымчакскому диалекту (или, точнее, этнолекту) крымскотатарского языка. Крымчакский автор Нисим Леви Чахчир называл этот язык «татарским языком, на котором мы говорим между собой». В XVIII—XX вв. на нем был написан ряд светских и религиозных произведений, сказок, песен и стихов, а также был осуществлен перевод ряда священных текстов с древнееврейского. Несмотря на развитие этого тюркского этнолекта, основным языком литургии, богослужения, деловой переписки, надгробных эпитафий, научных и теософских трудов до начала XX в. продолжал оставаться иврит (древнееврейский).

В XVIII в. общину Карасубазара возглавлял Давид бен Элиэзер Лехно (умер в 1735 г.), автор введения к «молитвеннику ритуала Каффы» и сочинения «Мишкан Давид» («Обитель Давида»), посвященного грамматике древнееврейского языка. Высокообразованный ученый, Давид Лехно сочинил также и историческое произведение — монументальную историческую хронику на древнееврейском «Девар сефатаим» («Речение уст»), посвященную истории Крымского ханства. К сожалению, это сочинение по сей день так и не было полностью переведено ни на один из европейских языков. Еще при жизни Лехно в 1734 г. в караимской типографии в Чуфут-Кале был опубликован раббанитский молитвенник по каффинскому ритуалу. Следует отметить, что, на протяжении веков взаимоотношения между крымскими раббанитами и караимами, несмотря на ряд решительных религиозных противоречий, были весьма дружественными и добрососедскими — общины часто помогали друг другу, осознавая свое сходство по религиозной принадлежности. Лишь в XIX в., в основном вследствие выделения караимов из общей массы иудейского населения Российской империи, а также деятельности А.С. Фирковича, эти отношения стали резко ухудшаться.

По статистическим оценкам М. Куповецкого, ко времени присоединения Крыма к России тюркоязычная раввинистическая община Крыма составляла около 800 человек. Начиная приблизительно со второй половины XIX в. крымские евреи-раввинисты начинают называть самих себя «крымчаками» — термином поздним и в достаточной степени условным. В XIX в., по-видимому, из-за бедственного экономического положения, крымчакская община пребывает в состоянии сильнейшего культурного упадка. Как свидетельствуют сами крымчаки в петиции к Александру I в 1818 году, среди них не было ни одного человека, который бы владел русским языком! В результате, как об этом говорят обнаруженные Д. Шапира архивные документы, для написания прошений к российской администрации крымчаки часто вынуждены были нанимать караима Авраама Фирковича, несмотря на то, что последний часто требовал от них расплаты за свои канцелярские услуги в виде дорогостоящих книг и рукописей. Более того, крымчаки вынуждены были прибегать к помощи Фирковича даже после 1839 г., когда тот с помощью полицейских отобрал у них рукописные собрания, хранившиеся в генизах (хранилищах для пришедших в ветхость священных книг) синагог в Феодосии и Карасу-базаре. Нельзя не осуждать с этической точки зрения подобные действия Фирковича, фактически ограбившего бедную крымчакскую общину. Однако не следует забывать о том, что только благодаря этому «взлому» уцелели важнейшие рукописные документы, ныне хранящиеся в Санкт-Петербурге.

Ситуацию с образованием в крымчакской среде значительно поправила деятельность Хаима Хизкиягу Медини (1832—1904 гг.), раввина в Карасубазаре в 1866—1899 гг. Уроженец Иерусалима, приглашенный в Крым из Турции, Медини поднял на более высокий уровень религиозное образование в общине, несколько изменив его, впрочем, на сефардский лад. После отъезда Медини в Палестину в 1899 году, ряд крымчаков последовал за ним в святую землю Израиля. Образовавшаяся там крымчакская община имела свою синагогу в Тель-Авиве, функционировавшую по сефардскому ритуалу вплоть до 1981 года. В 1921—1922 гг., спасаясь от голода и невзгод послереволюционного времени, многие крымчаки эмигрировали в Палестину. Часть переселенцев позднее осела в США, основав там землячество «Крымских евреев в Америке».

В XX в. выдающимся просветителем крымчаков был И.С. Кая (1887—1956 гг.), выпускник одного из самых прогрессивных еврейских учебных заведений того времени — Виленского еврейского учительского института, составивший в советское время несколько прекрасных учебников крымскотатарского языка, использовавшихся как татарами, так и крымчаками. В 1912 году в Российской империи было семь с половиной тысяч крымчаков, а незадолго до начала Великой Отечественной войны — около десяти тысяч, большинство из них проживало в Симферополе, Карасубазаре, Керчи, Феодосии и Севастополе. В советское время крымчаки стали активнее осваивать русский язык, не забывая, тем не менее, и своего крымчакского этнолекта. В между военные годы для записи текстов на родном этнолекте крымчаки преимущественно переходят с древнееврейского алфавита на латинский (аналогичная реформа по «латинизации» алфавита проходит тогда же среди крымских татар); в это же время в ходе атеистической кампании закрываются крымчакские синагоги (называвшиеся ими также «кагал» или «къа'ал»).

Основным центром проживания крымчаков становится Симферополь. В конце 20-х — начале 30-х годов XX в. эмигрантами из Карасубазара основывается два крымчакских колхоза — «Крымчах» и «Ени Крымчах». Расцвет крымчакской общины в Крыму был прерван немецкой оккупацией полуострова. В ходе уничтожения еврейского населения Крыма были зверски убиты около 70—80 процентов крымчакского населения — пожалуй, ни один другой народ Советского Союза не пострадал в процентном отношении столь серьезно, как крымчаки.

Друзья, мы ошиблись,
Мы в Крыму остались,
На полях этого Крыма
Мы принесены в жертву...
Народ мой, нельзя ли найти
Какое-либо средство против нашего несчастья?
Значит, судьба их такова!
Не забывайте несчастный наш народ,
погибший от рук солдат...

Перевод В.И. Филоненко.

Так печально и безысходно говорит об этих трагических событиях народная песня на крымчакском этнолекте, написанная в 40-е годы XX в. неизвестным крымчаком, по-видимому, пережившим Катастрофу в отличие от его безжалостно уничтоженных собратьев.

Удар, нанесенный по общине, был столь силен, что она так и не смогла от него оправиться. После войны в Крыму насчитывалось около 700—750 крымчаков, в 1959 г. во всем Советском Союзе — две тысячи, в 1989 г. — 1448. В связи с тем, что по современному законодательству государства Израиль крымчаки и караимы подлежат закону о репатриации еврейского населения, за последние годы достаточно большое число крымчаков выехало в Израиль. В отличие от караимских эмигрантов, крымчаки не составляют в Израиле отдельной общины, смешиваясь там с остальным еврейским населением страны. Небольшая община англоязычных крымчаков-эмигрантов проживает в США, до сих пор не утратив осознания своей принадлежности к этой этнической общности, несмотря на то, что многие из них состоят в смешанных браках с евреями-ашкеназами.

В результате трагических событий XX в. община фактически оказалась на грани гибели: на настоящий момент крымчакское население Крыма составляет всего 204 человека. За годы советской власти были уничтожены кладбища и молитвенные дома крымчаков, современная молодежь эмигрирует в Израиль. И лишь полузабытые строки песни неизвестного крымчакского автора взывают к нашей памяти:

Не забывайте несчастный наш народ,
погибший от рук солдат...

Литература

Ачкинази И.В. Крымчаки. Историко-этнографический очерк. — Симферополь, 2000.

Крымчаки // Краткая еврейская энциклопедия. Том 4. — Иерусалим, 1988.

Крымчаки. (Сост. Ломброзо В.М., Реби Д.И.) — Симферополь, 2001.

Филоненко В.И. Крымчакские этюды // Rocznik Orientalistyczny. — 1972. — № 25.

Янбай Я. Тюркская литература крымчаков // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврики. Вып. VIII. — Симферополь, 2001.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница


 
 
Яндекс.Метрика © 2022 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь