Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В 1968 году под Симферополем был открыт единственный в СССР лунодром площадью несколько сотен квадратных метров, где испытывали настоящие луноходы.

Главная страница » Библиотека » Е.В. Веникеев. «Севастопольские маршруты. Путеводитель»

От Передового до Белокаменска

Я все более убеждаюсь, что окрестности Севастополя, где, казалось бы, все и всем давно известно, в действительности настоящая terra incognita — неведомая земля. Кто, допустим, знает, что здесь есть водопады? Никто, за исключением нескольких заядлых туристов. Я тоже пребывал в полном неведении на этот счет.

Однажды в мае мы с товарищем решили пройти из села Передового по горам правого берега реки Черной в Севастополь. Утром приехали в село, шли с перевала на перевал, долго поднимались по склону среди пробудившегося леса. Потом был спуск по неглубокой балке с ручьем на дне. Внезапно балка кончилась. Мы стояли на обрыве, а ручей падал куда-то вниз. Спустились по довольно крутой расщелине, отошли от нее, чтобы взглянуть на вершину обрыва и... увидели водопад.

Там, где ущелье круто поворачивает с запада на северо-запад, в месте излома на левом склоне находится большой грот. Правая его сторона декорирована натечным занавесом с причудливой бахромой. В верхней части — неправильных очертаний отверстие, другое, внизу, — вход в пещеру. По занавесу и скальному обрыву струился плющ, с деревьев наверху до подножия свисали лианы. А с потолка грота непрерывно падала вода. Высота ее падения не превышала 10—11 м, да и струя не поражала мощью, но все равно зрелище было прекрасное. Выражаясь пушкинскими словами, «сверкал и плескал водопад!..». Его можно обойти вокруг, встать под его струю, как под душ, подставить ладони и утолить жажду чистой, прохладной водой... Этот безымянный водопад я назвал Упинским, потому что ручей, которым водопад образован, носит имя Упа.

Недавно я снова посетил это место, воспользовавшись более легким и удобным путем. Этот маршрут и рекомендую читателям.

В 12.30 из Севастополя идет автобус в Родное (бывшее Упа). Через час вы в селе. Неподалеку от конечной остановки автобуса можно осмотреть старинный фонтан (к сожалению, недействующий). Резервуар скрыт кубовидной постройкой; по центру — неглубокая стрельчатая ниша, откуда некогда била струя воды.

Я вообще неравнодушен к крымским фонтанам, и меня очень огорчает их, скажем прямо, плачевное состояние. Вот и этот постепенно разваливается — из углов уже выпали камни. Конечно, он бесполезен (иссяк питавший его родник), однако красив, стар и необычен.

Вблизи фонтана от главной улицы села ответвляется другая, по которой и надо идти к водопаду. Скоро дома кончаются. Полого спускаемся вниз — и вот мы на краю обрыва. Впереди не очень глубокое ущелье, перегороженное поперек плотиной, в противоположном обрыве — уже описанный грот и водопад.

Вспомним первую половину 80-х годов — она отмечена в Крыму исключительной засушливостью. Иссякли многие источники, в селе Широком пересохли колодцы, резко уменьшился объем Чернореченского водохранилища, снабжающего водой Севастополь. Тогда в сельской местности и началось массовое строительство плотин на ручьях и речках, разработка котлованов, перехватывающих грунтовые воды. Одна из таких плотин и пересекает ныне ущелье ниже водопада. Спуститься с обрыва можно по уступам скал, а там, где они становятся совершенно отвесны, — по деревянной лестнице, которую держат металлическая проволока и вбитый в обрыв крепкий железный стержень.

Меня всегда восхищают люди, которые совершенно бескорыстно облегчают путь пешеходу в трудных местах. Встречая такую вот «лестницу, ступени, высеченные в крутых склонах, канат, брошенный вдоль тропы для облегчения спуска и подъема, я всегда думаю о доброте, живущей в сердцах неизвестных мне людей. Это внушает оптимизм, укрепляет веру в человека, которую способны порою поколебать разрушенные памятники, бессмысленно разбиваемые телефоны-автоматы, перевернутые урны и скамьи...

Я знаю одно место на берегу моря, где спуск на пляж был чрезвычайно опасен: тропинка вилась по двадцатиметровому обрыву. Но однажды, лет пятнадцать тому назад, матросы расположенной на побережье части в свое личное время взялись за благоустройство спуска. Тропу расширили, вырубили ступени, а в одном месте, где обрыв был особенно крут, пробили тоннель, ведущий к пляжу. Теперь спуск на берег доступен для всех.

Осмотрев водопад, часть обратного пути стоит проделать пешком — пройти по дну ущелья, вдоль его левого склона. Здесь на краю молодого сада есть проселочная дорога. Из стены противоположного склона выступает кубический массив, напоминающий крепостное сооружение.

Ущелье расширяется, превращаясь в небольшую долину, которая вливается затем в другую, идущую перпендикулярно первой в направлении север — юг. Перспектива впереди замкнута высоким правым склоном, поросшим хвойными деревьями. Этот лесистый хребет отделяет долину, в которую мы вступили (Айтодорскую), от той, где ехали автобусом в Родное.

В месте пересечения долин я однажды искал показанную на некоторых картах деревню Кучки и не находил. Все было запахано, и посажен фруктовый сад. Это вполне естественно: маленький населенный пункт, затерявшийся в горных долинах, оказался, как говорят градостроители, «неперспективным». В этом случае жителей (их остается буквально единицы) отселяют в близлежащие крупные населенные пункты, а территорию используют как сельхозугодья. Земель, удобных для обработки, в этой части Крыма мало. Горные долины здесь узки, их склоны круты. Более или менее ровный участок немедленно запахивается, как бы далеко от села он ни находился. Не удивляйтесь поэтому, когда, продираясь сквозь заросли горного склона, вдруг окажетесь на пашне, окруженной лесом. С вершин гор полосатые квадраты полей среди лесной щетины напоминают носовые платки, разбросанные по ворсистому одеялу.

Айтодорская долина называется так по речке, или, скорее, ручью Ай-Тодор, текущему по ней. В широкой своей части она занята садами. Идти следует по границе сада и леса, по левому склону. Иногда лес клином вторгается в сад и возникает соблазн двинуться напрямик, тем более что в нужном направлении идет тропа или даже дорога. Но странное дело: внезапно она прерывается, и далее вы продираетесь сквозь переплетения ветвей, зачастую колючих. Вероятно, это следы старых заброшенных путей сообщения.

Очень хорошо сказал о них Лев Васильевич Фирсов, известный ученый-геолог (и, к слову, даровитый поэт и художник):

Как много их! Куда они ведут?
Где их конец, в каких местах начало?
Следы дорог увидишь там и тут —
В тени лесов, в долинах и на скалах.

В долине один за другим встречаются два новых, совсем недавно (в 1984 г.) построенных пруда. Затем долина сужается, кончаются сады, лес подступает к Ай-Тодору, окружает его и провожает дальше. Идем то по левому, то по правому берегу и замечаем, что оба они укреплены старинной каменной кладкой. Когда, кем? Неизвестно.

Однажды мы с товарищем шли по руслу, иногда лесом, иногда полями, намереваясь добраться до впадения Ай-Тодора в Черную. Вот уже с одной из прогалин впереди увидели село Морозовку на противоположном берегу реки Черной, и тут впереди послышался шум водопада. Скоро мы стояли у его начала. Долина превратилась в узкое ущелье. В этом месте оно смыкалось и заканчивалось обрывом, куда низвергался Ай-Тодор, падая на глубине четырех метров в овальной формы ванну.

Отсюда, от водопада (его бы можно было назвать Айтодорским), взбираемся высоко на правый склон ущелья. Путь наш по тропе, которая то появляется, то пропадает, по склонам и осыпям, среди редких можжевельников. Идти, конечно, тяжело. Зато каждый шаг открывает все новые перспективы. Закончив подъем, хорошо постоять на краю обрыва, любуясь пейзажем. Глубоко внизу, среди скал, извивается река Черная, в которую несет свои воды скромная речушка Ай-Тодор. Даже в том случае, если ярко сияет солнце, дно ущелья подернуто флером испарений. Вокруг до самого горизонта теснятся залесенные вершины.

Дальнейший путь легок — скоро встречается проселочная дорога, выводящая в Нижнее Чернореченское, примечательное уже знакомой читателям Чоргуньской башней. Отсюда в 16.40 отправляется автобус в Балаклаву.

Есть и другой вариант. Можно пройти пешком вдоль арыка в Хмельницкое (эта часть маршрута описана в главе «От устья Сухой речки до Первомайского») и далее в Белокаменск. Дорога извивается у подножия Федюхиных высот, справа параллельно ей течет Черная речка, отмечая свое русло купами высоких деревьев. В том месте, где к дороге выходит разделяющая Федюхины высоты неширокая долина, на правом берегу стоит обелиск. На одной из его граней надпись: «Сражение на р. Черной 4-го августа 1855 г.», на противоположной — «Убиты: генералы Реад, барон Вревский, Веймарн, 66 офицеров, 2273 нижних чина».

Обелиск высотой около 11 м, воздвигнутый в 1904 г., стоит здесь не случайно. Хотя Чернореченское сражение кипело по всему фронту от горы Гасфорта до этого места, именно тут, в долине реки Черной, происходили самые упорные и кровопролитные схватки.

Шли последние дни осады... Потери обороняющихся возрастали. 28 июля 1855 г. собрался военный совет, на котором главнокомандующий русской армией князь М.Д. Горчаков предложил высказаться по вопросу: продолжать ли оборону или перейти в наступление. Наиболее авторитетные генералы С.А. Хрулев, К.Р. Семякин и Д.Е. Остен-Сакен выступили за немедленное оставление Южной стороны города и переход на Северную. Однако Горчаков, испытывавший сильное давление со стороны Александра II через его эмиссара барона Вревского, приказал 4 августа начать наступление.

Для этого была выделена 31 тысяча человек с резервом в 27 тысяч. Русские войска должны были атаковать сильно укрепленные позиции итальянских и французских войск на возвышенностях с крутыми склонами (гора Гасфорта и Федюхины высоты). С фронта неприятельскую позицию прикрывали река Черная и водопроводный канал (шел вдоль ее левого берега), форсировать их можно было по двум мостам — Каменному, который находился у теперешнего Хмельницкого (возможно, там же, где и современный), и Трактирному (сохранились лишь трудноразличимые береговые устои), стоявшему как раз напротив памятника. До войны здесь же находился трактир, от которого мост получил свое название. В западной исторической литературе сражение на реке Черной именуется битвой за Трактирный мост.

На вершинах возвышенностей и в непосредственной близости от них были сосредоточены значительные силы противника — около 60 тысяч франко-сардинских войск.

В диспозиции, отданной М.Д. Горчаковым перед сражением, предписывалось командиру правого отряда генералу Н.А. Реаду приблизиться к реке Черной со стороны Инкерманской долины и начать артиллерийский обстрел Федюхиных высот. Одновременно левый отряд под командованием генерала П.П. Липранди должен был взять укрепленную итальянцами Телеграфную гору на правом берегу реки Черной, а генералу С.А. Хрулеву надлежало закончить приготовления к наступлению из Севастополя, с Корабельной стороны, на неприятельские позиции на Киленбалочных высотах.

Напомним читателю, как развивались события. Когда отряд П.П. Липранди успешно штурмовал Телеграфную гору и главнокомандующий приказал развивать достигнутый успех в направлении горы Гасфорта, войска генерала Н.А. Реада начали штурм Федюхиных высот у Трактирного моста. Роковую роль сыграла неопределенность приказаний Горчакова, который с самого начала не верил в возможность победы и лишь слепо выполнял волю императора.

Русские полки пересекли реку и построились на другом берегу. «Французы направили на них смертоносный огонь из-за акведука, но русские, неустрашенные громом ружей, пересекли акведук и достигли вершины плато. Здесь находились основные силы дивизии Камю и ее артиллерия действовала с убийственным эффектом по наступающим войскам»1.

Атаки, предпринимаемые «в лоб», несогласованно и без поддержки резервов, не могли быть успешными, несмотря на героизм русских воинов. В это время были убиты генералы Н.А. Реад (недалеко от места, где стоит памятник), П.В. Веймарн (на левой стороне реки), П.А. Вревский (на правом берегу между Трактирным и Каменным мостами). Горчаков приказал отступать. Сигнал о начале вылазки из Севастополя так и не был подан.

Ф. Энгельс в статье «Сражение на Черной» писал: «...храбрость солдат и посредственность генералов являются отличительными чертами обеих сторон, участвующих в нынешней войне»2.

Пройдя от памятника Чернореченскому сражению около километра по шоссе, вы попадете в Штурмовое, через которое довольно регулярно следует автобус Сахарная Головка — Белокаменск. Он доставит вас к причалу катера, идущего в центр Севастополя.

Комментарии

1. Nolan E.H. The Illustrated History of the War Against Russia. — London, 1857. — Vol. 2. — P. 415

2. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. — 2-е изд. — Т. 11. — С. 547.

 
 
Яндекс.Метрика © 2021 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь