Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

Каждый посетитель ялтинского зоопарка «Сказка» может покормить любое животное. Специальные корма продаются при входе. Этот же зоопарк — один из немногих, где животные размножаются благодаря хорошим условиям содержания.

Главная страница » Библиотека » А.С. Пученков. «Украина и Крым в 1918 — начале 1919 года. Очерки политической истории»

Заключение

Жизнь Украины и Крыма в 1918 — начале 1919 года проходила по-разному. Крым, объективно говоря, еще не попал в полной мере под воздействие революции: здесь, на полуострове, все-таки было спокойней, чем в России или на Украине. Вместе с тем, Крыму еще предстояло выйти на авансцену российской Гражданской войны, пережив в драматическом 1920 году в полной мере и отчаянную попытку Врангеля создать уникальный «остров Крым», и все ужасы красного террора. Однако, все это будет позже. Тогда, в 1918 году, Крым лишь эпизодами погружался в ужасы братоубийственного противостояния. Правительственная же деятельность крымского правительства Соломона Крыма, по наблюдению современников, больше походила на заседания земств в старое доброе дореволюционное время. К концу 1918 г. в Крыму было спокойнее, чем едва ли не на всей территории бывшей Российской Империи.

Украина в 1918 году испытала все мыслимые и немыслимые ужасы безвременья. Год начался с беспримерной и варварской бомбардировки Киева советскими войсками под командованием Муравьева, однако период первого владычества большевиков в «матери городов русских» оказался крайне непродолжителен. Не стала долгожителем и Центральная Рада, зазвавшая на Украину войска центральных держав, сразу же обложивших благодатный край тяжкой данью и систематично отправлявших в «метрополию» составы с продовольствием и сырьем. Мимоходом противники Антанты ухитрились «слопать» Крым, тем самым обрекая на гибель или позорную сдачу значительную часть Черноморского флота: часть флота в итоге ушла «под немцев» — в Севастополь, патриоты же предпочли сдаче в плен затопление кораблей в Цемесской бухте. Отношение немцев к противникам большевиков было в 1918 году очень и очень противоречивым. В конечном итоге, центральные державы, естественно, в первую очередь заботились об обеспечении собственных интересов.

Переговоры немцев и австрийцев с представителями различных политических сил в том же Киеве были не только и не столько флиртом, не только и не столько политикой «Разделяй и властвуй», как казалось некоторым мемуаристам — правильнее будет говорить о поисках оккупантами надежных союзников, которые смогли бы обеспечить сохранение существующего положения вещей, т. е. обеспечить господство Германии и Австро-Венгрии на оккупированной территории и вывоз с нее всего необходимого для потребностей большой войны. Именно исходя из этого, в конце апреля 1918 года немцами и была сделана ставка на гетмана Скоропадского. Последний казался немцам основательным политиком, осторожным человеком, который будет держаться за свалившуюся в его руки власть, и будет видеть в немцах единственных гарантов существования его режима власти. По аналогичной причине в Крыму был установлен марионеточный режим власти генерала Сулькевича.

Отношение к Скоропадскому еще со времен Булгакова, красочно показавшего это в своем романе «Белая гвардия», было немного ироническое. Действительно, современники находили в процедуре выборов гетмана сходство с опереткой. Речь же, думаю, должна идти о другом: в сложнейших условиях 1918 года, лавируя среди множества взаимоисключающих течений, Скоропадский продемонстрировал изрядное политическое искусство, оказав сторонникам вооруженной борьбы с большевиками крупную моральную поддержку. Именно на территории Украины укрывались общественные деятели, буржуазия и, наконец, с Украины на Дон в течение всего гетманата шел неиссякаемый поток офицерства. Да и сам факт существования не охваченной волной большевизма Украинской Державы, пускай и находящейся под германской пятой, сыграл колоссальную роль для антисоветской борьбы и дальнейшей эскалации Гражданской войны. Сложно не согласиться с генералом Н.В. Шинкаренко, утверждавшим в своих воспоминаниях, что «самый факт существования Украины Скоропадского или, вернее, присутствие на ее территории германских войск задержал распространение советов на Юг»1. Действительно, недолгая «гетманиада» сыграла колоссальную роль для дальнейшей эскалации Гражданской войны, Украинская Держава стала своеобразной «подушкой безопасности», позволившей с одной стороны обезопасить Добровольческую армию от фронтального соприкосновения с главными силами большевиков, а с другой — выиграть драгоценное время для создания более крупных и боеспособных антисоветских сил.

Сулькевич, несомненно, был менее крупной политической фигурой, чем Скоропадский. В отличие от Скоропадского, Сулькевич был именно «техническим» главой своего государства, не претендовавшим даже на видимость своей диктатуры. Опять-таки в отличие от гетмана Сулькевич уступил свою власть безропотно.

Большое значение в 1918 году играл так называемый вопрос об ориентации. Речь шла о том, на какую силу — на Антанту или на Германию — следует опереться противникам большевизма в целях скорейшего свержения Советской власти. Позиции сторонников Антанты, равно как и германофилов, были глубоко продуманы, и за каждой из них стояла целая сумма аргументов. О моральной стороне, т. е. о том, как может выглядеть использование иноземной силы в целях подавления внутренней смуты, никто тогда не думал. Мало кто из российских политиков сумел сохранить в этой борьбе ориентаций свою репутацию незапятнанной. К примеру, для Павла Николаевича Милюкова, летом 1918 г. неожиданно для всех перешедшего в «германскую веру», ошибочная ставка на немцев стала фатальной и означала конец российского этапа его политической карьеры.

Отношение Деникина ко вновь возникшим под фактическим немецким протекторатом государствам — Украине и Крыму — было презрительным. Антон Иванович видел в двух бывших генералах русской службы — Сулькевиче и Скоропадском — если говорить без обиняков — предателей, находящихся на службе у врагов России — немцев. Между тем, и Сулькевич, и, в особенности, Скоропадский, относились к Добровольческой армии не то чтобы не враждебно, но даже благожелательно. Особенно это относилось к Скоропадскому, осознавшему после поражения Германии в Великой войне, что только силы русских добровольцев смогут спасти его режим от крушения, а Украину от петлюровщины. Деникин, однако, не пошел на сохранение статус-кво — ни на Украине, ни в Крыму, не предоставив гибнущим прогерманским режимам Скоропадского и Сулькевича военной помощи со стороны Добровольческой армии. Вместе с тем, надо учитывать то обстоятельство, что к концу 1918 г. положение Добровольческой армии на фронте борьбы с большевизмом было не из легких. «Лишних» полков, дивизий и армий у Деникина просто не было. Гетманщина, не сумевшая создать боеспособную армию, была обречена на падение. Таким образом, проект создания независимой Украинской Державы под защитой австро-германских штыков провалился. Несостоятельными оказались и мечтания как, возможно, самого Скоропадского, так и многих русских общественных деятелей о том, что вновь, как и тысячу лет назад, Киев станет «матерью» нового «издания» возрождаемой Российской Державы. «Скоропадчина» просуществовала всего семь с половиной месяцев. «Генеральские диктатуры» Сулькевича и Скоропадского рухнули фактически в одночасье и стали доказательством того, что националистические режимы, держащиеся лишь на силе иностранных штыков, обречены на гибель.

В свою очередь, задуманная как начало широкомасштабной военной экспедиции сил Антанты в Россию французская интервенция в Одессе, с самого начала, что называется, не задалась. Взаимоотношения же русских политических кругов, добровольческого командования, французских интервенционных сил и петлюровцев в конечном итоге превратились в дешевую склоку, против своей воли сыграв на руку лишь большевикам. В свою очередь, украинский народ в 1918 г. показал, что его в той же степени, что и русский, захватила Гражданская война, расколовшая нацию на множество «вер» — в торжество пролетарского интернационализма, в «Единую, Великую, Неделимую Россию», хотя последняя и не предусматривала возможности самостоятельной государственности для Украины; в «незалежную» Украину, живущую под знаком националистической идеологии; и, наконец, вера в то, что вернувшись к старому доброму времени, — можно вновь зажить по-человечески. Увы, революционный пожар лишь только начинал разгораться, а населению Украины и Крыма предстояло пережить еще немало кровавых драм.

Примечания

1. Центральный музей Вооруженных Сил (ЦМВС). Документальный фонд. Воспоминания генерала Н.В. Шинкаренко. Ч. II. Л. 95.

 
 
Яндекс.Метрика © 2020 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь