Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Форосском парке растет хорошо нам известное красное дерево. Древесина содержит синильную кислоту, яд, поэтому ствол нельзя трогать руками. Когда красное дерево используют для производства мебели, его предварительно высушивают, чтобы синильная кислота испарилась.

Главная страница » Библиотека » А.И. Романчук. «Исследования Херсонеса—Херсона. Раскопки. Гипотезы. Проблемы»

Надгробные памятники как произведения искусства

Раскопки самой мощной фланговой башни Херсонеса, получившей в литературе название башни Зенона, предпринятые в 1960—1961 гг., привели к обнаружению ставших сенсацией находок: значительной по объему коллекции архитектурных деталей и надгробий конца IV—III вв. до н. э. Анализ имен на надгробных памятниках и отчасти оформление стел стали объектом исследования одного из сотрудников Херсонесского заповедника, в последующем преподавателя Уральского университета В.Н. Даниленко1. На многих стелах сохранилась многоцветная роспись2, поэтому, кроме информации относительно просопографии Херсонеса, они являются источником для получения представлений о развитии художественного творчества. Раскопки показали, что надгробные памятники были использованы в качестве строительного материала для усиления боевых качеств башни во время херсонесско-скифского противостояния, которое приходится на конец III в. до н. э.3 В тревожные для полиса годы граждане оказались вынужденными использовать надгробия для защиты города, так как требовалось срочно укрепить фортификационные сооружения, а строительных материалов не хватало4.

Роспись на стелах, извлеченных из внутреннего пояса кладки башни, имеет хорошую сохранность, не в последнюю очередь благодаря использованию техники энкаустики.

Среди херсонесских надгробных памятников доминирующей была высокая узкая стела, верх которой обычно венчает фронтон или антефикс аттического типа5. На лицевой гладкой поверхности плиты в рельефе или с помощью красок изображались различные предметы, на основании которых можно судить о возрасте или занятиях усопшего.

Оригинальным, известным только среди находок Херсонеса, является тип стелы с рельефным изображением меча с портупеей или щита, меча и плаща. На стеле с именем Саниона сохранилось изображение посоха — атрибут мужчины преклонного возраста.

На женских надгробиях, как правило, присутствуют рельефные или нанесенные с помощью красок изображения перевязанных лент и флаконов для благовоний; на мужских изображались оружие, стригиль (атрибут атлета) и алабастр (сосуд для масла, которым натиралось тело спортсмена)6.

Среди херсонесских стел имеется единственное в своем роде фрагментированное надгробие палестриту-чемпиону. Имя его осталось неизвестным, так как уцелела лишь часть памятника, представляющего собой массивную плиту, увенчанную пальметтой. На лицевой стороне расположено рельефное изображение победной ленты-повязки, а также стригиль, алабастр и губка в сетке. Эти предметы палестрита раскрашены яркими красками: красной, синей, желтой.

Строгий характер памятников, лаконизм их декора — дорические черты художественного стиля — соответствуют образу жизни херсонеситов с их четким государственным порядком, возвышенным стилем декретов, торжественностью клятв и присяги7.

Особое место среди памятников античного Херсонеса принадлежит фрагменту плиты из известняка с изображением мужской головы. Уникальность его состоит в том, что ни для одного из центров Эллады не известны живописные «полотна». О существовании их и «картинах», на них представленных, можно судить на основании труда Павсания «Описание Эллады». Вероятнее всего, плита входила в состав надгробного сооружения, на ее гладкой поверхности был написан портрет молодого человека: сохранились изображение головы, верхняя часть левого плеча и руки. Голова повернута слегка вправо и приподнята, на плече — складки одежды, рука, судя по сохранившейся части, была обнажена. Лицо великолепно моделировано; прямой, с небольшой горбинкой нос, небольшой рот с твердыми губами, энергичный подбородок. Но особенно поражают большие темные глаза, на которых, несомненно, было сконцентрировано внимание художника. Оттенок грустной задумчивости читается в глазах юноши, взор которого устремлен в пространство, мимо и поверх зрителя.

Мастер, работавший над «портретом», несомненно, был профессионалом высокого класса. Живопись выполнена восковыми красками в теплых желтовато-коричневатых тонах, популярных и любимых античными художниками. Немногие дошедшие до нас живописные памятники могут соперничать с херсонесским «портретом», произведением конца IV — начала III в. до н. э.

Среди надгробных памятников с росписью, обнаруженных в кладке башни Зенона, также уникальными являются два фрагмента от одного каменного саркофага: боковая стенка и угловой пилястр (блок). Верх стенки саркофага представляет полихромный карниз, на котором изображены «сухарики», подними расположены синие и зеленые «ионики», разделенные черными копьевидными «листочками». Нижняя часть карниза украшена меандром: непрерывный ряд чередующихся светлых и темных живописных звеньев. В росписи использована богатая палитра красок: от красной до коричневой, синяя и зеленоватая, светлая и темная желтая, черная. Центральную часть стенки занимает живопись: на темно-синем фоне «шествуют» хищные животные и грифоны (сохранились изображения двух грифонов и, вероятно, львицы). Один из грифонов представлен в движении: корпус его изображен в профиль, а грудь и голова повернуты в фас, к зрителю. Мощные крылья мифического животного расправлены; правая передняя лапа выдвинута вперед; левая, вероятно, приподнята; хвост загнут вверх. Длинные перья крыльев переданы белой и синей красками, подкрылки — в золотисто-желтом цвете с оранжевато-красными тенями.

От фигуры другого грифона, который движется в противоположную сторону, частично сохранились поднятая левая лапа, раскрытое крыло, концы перьев загнуты вперед, к голове; изогнутый хвост поднят вверх. Перья крыла прорисованы черной, белой и синей красками с зеленоватыми тенями у его основания. Подкрылок — золотисто-желтый, но более темный, чем у другого грифона.

Поза львицы, идущей влево, спокойная. Голова, возможно, была повернута к зрителю. Все животные выписаны пластично, в светлых тонах; мастер прекрасно владел светотенью.

К саркофагу относится и угловой пилястр, на котором уцелела живописно выполненная фигура Сирены. Изображение женщины с крыльями и птичьими ногами нарисовано в анфас; правая рука поднята над головой; левая согнута в локте и опущена вдоль тела. Можно полагать, что художник изобразил Сирену во время пения. Мифические мотивы и персонажи использованы в росписи сохранившихся деталей каменного саркофага, выполненного, скорее всего, в последней четверти IV в. до н. э.8

Херсонесские каменные саркофаги эллинистической эпохи, судя по сохранившимся деталям, представляли собой массивные сооружения, богато украшенные живописью и росписью. Вообще, сюжет росписи херсонесских надгробных сооружений (будь то стелы или саркофаги) традиционен, что роднит их и с метрополией и со многими другими античными центрами.

В период, когда господствовала концепция о смешанном — греко-таврском составе населения Херсонеса, исследователи обратили внимание на еще одну группу надгробий с изображением головы, которая имеет «плоско срезанное» лицо, едва намеченную шею, коротко обрезанные плечи. Изделие вставлялось с помощью шипа в горизонтальную плиту, которая, скорее всего, устанавливалась непосредственно на могиле (без фундамента или стилобата). Издатели каталога «Античная скульптура Херсонеса» полагали, что на «плоско срезанном лице» имелась роспись — портретное изображение усопшего, считая, что решить вопрос о генезисе антропоморфных надгробий не представляется возможным. Датировались надгробия IV в. до н. э. — III—IV вв. н. э.9 Рассмотрев широкий круг аналогий и собрав сведения обо всех находках данного круга10, Л.Г. Колесникова показала, что считать их «принадлежащим» варварскому населению Херсонеса (таврам) вряд ли корректно. Вероятно, сторонников подобного мнения «смущала» техника обработки памятников, отсутствие какой-либо проработанности деталей лица. Но, если принять во внимание, что на его плоскую поверхность «наносилось» портретное изображение, которое не сохранилось ни на одном надгробии, то связь антропоморфных надгробий с варварским населением города вряд ли оправданна11.

Новая попытка «вписать» антропоморфные надгробия в этносоциальную картину Херсонеса принадлежит В.М. Зубарю, который считает, что «простота» памятников свидетельствует о том, что они принадлежали «самым широким слоям греков»12. Вторично проанализировав памятники, он предположил, что наиболее ранние следует отнести к V в. до н. э. Это первый тип — с округлой задней стороной и уплощенным затылком, гладкой поверхностью лица. Второй — небольшого размера памятники с четкими контурами. Для третьего характерна близость к реалиям человеческой головы. К ним примыкают надгробия, на которых лицо усопшего написано красками и расположено в наиске или Эдикуле с фронтоном. Длительное существование антропоморфных надгробий исследователь объясняет консерватизмом мировоззрения херсонеситов, «приведшего к устойчивости архаических черт»13. Отметив, что антропоморфные надгробия (коллекция приближается к двумстам экземплярам) ни в одном центре Северного Причерноморья, кроме Херсонеса, не встречаются, А.В. Буйских несколько иначе формулирует вывод: они «являются местной репликой широко известного типа антропоморфных надгробных памятников»14.

Примечания

1. Даниленко В.Н. Надгробные стелы // СХМ. 1969. Вып. 4. С. 29—44; Он же. Опыт реконструкции... С. 14—23. Безусловно, интерес представляют надписи на стелах, которые являются источником для изучения просопографии Херсонеса (см.: Даниленко В.Н. Просопография Херсонеса IV—II вв. до н. э.: По эпиграфическим данным Северного Причерноморья // АДСВ. 1966. Вып. 4. С. 136—178; Он же. Стелы эллинистического Херсонеса как исторический источник: Автореф. дис. ...канд. ист. наук. Харьков, 1968). В последующем к их изучению обратились архитекторы: Федоров Б.Н. Три монументальных надгробия Херсонеса IV—III вв. до н. э. // ПКНО. 1977. С. 348—352; Он же. К вопросу о связях некоторых надгробий некрополя Херсонеса Таврического IV—III вв. до н. э. с жилой архитектурой города // ПРЗИ. 1984. Вып. 14. С. 3—8. Вопросов реконструкции надгробных памятников и мест их установки касается А.В. Буйских (см.: Буйских А.В. Градостроительство... С. 355—344). Она полагает, что наиболее представительные, дорогостоящие памятники устанавливались на своеобразной аллее, начинавшейся от главных ворот.

2. Даниленко В.Н. Полихромные стелы из ядра башни XVII // Тез. докл. о раскопках в Херсонесе Таврическом на античной секции сессии отделения исторических наук АН СССР и пленума Института археологии АН СССР, посвященной результатам археологических исследований в 1960 г. Севастополь, 1961. С. 13—14; Стржелецкий С.Ф. Живопись и полихромные росписи... С. 77—89.

3. Стржелецкий С.Ф. XVII башня оборонительных стен... С. 7—29. А.Н. Щеглов представил иную периодизацию строительства (см.: Щеглов А.Н. Рец. на кн.: Сообщения Херсонесского музея. Вып. 4: Башня Зенона. Исследования 1960—1961 г. Симферополь, 1969 // ВДИ. 1970. № 3. С. 172—178).

4. Мнение В.М. Зубаря см. выше.

5. Федоров Б.Н. Пьедесталы надгробий с узкими высокими стелами: Херсонес, IV—III вв. до н. э. // СА. 1981. № 4. С. 30—45.

6. Подробное описание стел приведено в: Зубарь В.М. Религиозное мировоззрение // Херсонес Таврический в середине I в. до н. э. — VI в. н. э.: Очерки истории и культуры. Харьков, 2004. С. 456—460.

7. Соколов Г.И. Ольвия и Херсонес... С. 317, 466.

8. Даниленко В.Н. Херсонесские каменные саркофаги эллинистического времени // ХСб. 1996. Вып. 7. С. 61—68.

9. Колесникова Л.Г. Антропоморфные надгробия // Античная скульптура Херсонеса. Киев, 1976. С. 79. Она выделила три группы подобных памятников.

10. 59 надгробий в виде головы (роспись не сохранилась), 24 плиты и пьедестала, 17 надгробий в виде эдикул.

11. Колесникова Л.Г. Кому принадлежали антропоморфные надгробия Херсонеса? // СА. 1973. № 3. С. 37—48.

12. Зубарь В.М. Об интерпретации антропоморфных надгробий Херсонеса // Боспор Киммерийский и варварский мир в период античности и Средневековья: Периоды дестабилизаций, катастроф. Керчь, 2005. С. 128—132. Развитием тезисов исследователя является раздел главы о религиозном мировоззрении в коллективной монографии, см.: Зубарь В.М. Религиозное мировоззрение. С. 460—463.

13. Зубарь В.М. Об интерпретации антропоморфных надгробий... С. 130.

14. Буйских А.В. Градостроительство... С. 338.

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь