Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Балаклаве проводят экскурсии по убежищу подводных лодок. Секретный подземный комплекс мог вместить до девяти подводных лодок и трех тысяч человек, обеспечить условия для автономной работы в течение 30 дней и выдержать прямое попадание заряда в 5-7 раз мощнее атомной бомбы, которую сбросили на Хиросиму.

Главная страница » Библиотека » Т.М. Фадеева, А.К. Шапошников. «Княжество Феодоро и его князья. Крымско-готский сборник»

Внутреннее деление княжества: крепости и уделы

Княжество Феодоро было по своей внутренней организации образованием феодального типа. Территория его должна была члениться на ряд отдельных, больших и малых феодальных вотчин, которые находились в определенных вассальных отношениях как между собой, так и по отношению к великому князю — в прошлом «господину Дороса», а в XIV—XV вв. величавшему себя «владыкой Феодоро и Поморья», согласно надписям на каменных плитах. О социальных отношениях внутри княжества не дошло никаких письменных свидетельств. Лишь археология и топография могут быть привлечены для выявления примерных границ и определения числа отдельных феодальных уделов внутри княжества.

В центре нашего внимания окажутся при этом не большие городища, многократно описанные памятники, а безымянные исары — укрепленные феодальные крепости-замки. Но любители путешествий оценят живописность расположения многих из них, и при некотором участии воображения замок на скале или возвышенности придаст особую законченность картине средневекового Крыма.

Защищенная укреплениями площадь исара обычно не превышала 1—2 га. На этой территории располагались несколько тесно связанных друг с другом жилищ, хозяйственных построек, небольшая церковь. Здесь нет специальной площади для торговли, для размещения каравана, для укрытия на случай опасности сельского населения, вместе с их основным богатством — скотом. Все это заставляет отличать исары от сельских укрепленных убежищ; к тому же, они встречаются не у каждого селения. Такие крепости обычно расположены на пересечениях местных дорог, господствуют над долинами, перевалами, над группами сельских поселений. Едва ли можно считать их «сторожевыми постами» княжества; другое дело, если местному феодалу его сюзерен — великий князь поручает в качестве определенной повинности охрану границ или дорог.

Рассмотрим археологическую карту памятников XIII—XIV вв., расположенных на территории княжества Феодоро, наметим на ней отдельные феодальные вотчины, в том числе монастырские. Начнем с западной стороны Южного берега.

Ильяс-Кая — скала, замыкающая Ласпинскую котловину с востока и неприступная со всех сторон, кроме восточной. На вершине скалы находился укрепленный монастырь VIII—XIII вв., построенный, по мнению О.И. Домбровского, «во второй период иконоборческих смут, когда в Крым, по-видимому, хлынул особенно сильный поток беженцев-иконопочитателей, мирян и монахов из восточных областей Византийской империи»1. С восточной стороны доступ на вершину преграждала крепостная стена протяженностью 50 м, линия которой сегодня прослеживается лишь по развалу камней. Защищенная стеной и обрывами площадь некогда составляла чуть менее 2 га. В 1966 г. здесь был раскопан храм размером 4,7×9,54 м с апсидой, ориентированной на северо-восток (отличительная черта многих крымских церквей). Слева от входа, вдоль северной стены — каменная скамья, справа — аркосолий с 11 погребениями. Коробовое сводчатое перекрытие покоилось на широких арках. Любопытной особенностью постройки является ступенчатая композиция внутреннего пространства: притвор, средний неф, алтарь приподняты один над другим на три ступени каждый. Из найденных в руинах блоков мшанкового известняка со скошенными «на клин» концами удалось реконструировать три полукруглых арки, которые поддерживали своды из травертина (туфа). Сохранились клинчатые камни от арок оконных проемов, дверных перекрытий, сводов конхи и аркосолии. Найдены и остатки штукатурки со следами многоцветной росписи. Время возведения храма археолог О.И. Домбровский отнес к VIII—X вв. Крепость, существовавшая в XV в., прикрывала и контролировала дороги, идущие к перевалу Кучук- и Биюк-Богаз. Монастырю могли принадлежать селения, остатки которых открыты в Ласпинской котловине (Дюбуа де Монпере называет не менее семи поселков), а также селение Кайту (Тыловое), расположенное на северных склонах и входившее в Мангупский кадылык. Дюбуа де Монпере подробно описал поразившие его надгробия кладбища, окружавшего руины церкви в старом селении Ласпи. «Это разновидности саркофагов длиной от 3 до 5 футов, шириной от 8 дюймов до 1 фута, поставленные на цоколе высотой несколько дюймов. Верх саркофага вытесан в форме двускатной крыши. Со стороны изголовья находится нечто вроде маленькой прямоугольной башенки с крышей. Внизу башенки обычно вытесана крохотная дверца с треугольным или закругленным верхом. Нередко внутри дверцы вытесана ступенька. Над дверцей резной крест, иногда с четырьмя кружочками на концах, обозначает священное предназначение памятника. По бокам саркофаг, как правило, украшен розетками или другим декором, вырезанным рельефом или углублением; иногда это атрибуты: пастушеский посох, татарский топорик, мотыга, шпора, плуг, борона* ...Эти гробницы, принадлежавшие грекам, населявшим Мангуп, Биясала, Качи-Кальон, Мангуш и т. д., лишены каких-либо надписей... Вокруг церкви и кладбища — руины домов, террасы, ряды одичавших фруктовых деревьев»**. В древнем русле пересохшего ручья сохранились следы разработки травертина, или туфа — камня, из которого, благодаря его легкости, выкладывали своды. Здесь же из него изготавливались архитектурные детали — клинчатые камни для арок и сводов, карнизы и т. д.

Рядом с руинами храма на вершине горы св. Ильи находилось местное святилище, которое описал Дюбуа де Монпере: «С церковью соседствовала священная пещера, высеченная в скале, со сводом из инкерманского камня. Туда спускаются по узкому отверстию, также высеченному в скале. Место отверстия — ключ свода — отмечено крестом; из этой пещеры выходит теплый и влажный воздух, основная причина суеверия тех, кто приходит молиться святому о выздоровлении. Рядом с этими святыми местами повергает в дрожь зрелище разверзающейся под ногами пропасти, каких мало найдется в Крыму; ибо скала отвесна, и подножие ее ограждено чудовищными обрушениями, которые настолько сузили гребень горы, что невозможно рискнуть выбраться за пределы пещеры. Впрочем, отсюда открывается во всем великолепии вид, как того и следует ожидать от столь высокого и изолированного места»2.

Надгробья из раскопок могильника в 1954 г.

Ласпинское кольцеобразное укрепление (загон?) X—XIII вв. находится к югу от горы Мачук на Ласпинской яйле. Размеры окруженной стеной территории — 85 на 40 м, площадь 0,2 га, толщина стен из бута до 2 м; к стенам примыкали каменные завалы, выступающие наружу — предположительно, башни. Внутри — остатки мелких построек и руины небольшой церкви.

Крепость X—XV вв., руины которой обнаружены над нынешним Форосом, точнее, над имением «Тессели», на крутой возвышенности у старой дороги из Фороса к Байдарам. Крепость, видимо, господствовала над перевалом Форос-Богаз и над селениями в Байдарской долине — Байдар (Орлиное) и Сахтик (Павловка). Сторожевое укрепление занимало скалистую возвышенность; кое-где на склоне еще прослеживаются основания оборонительной стены и небольших строений. Обращают на себя внимание руины монументальной постройки, однако без раскопок трудно определить, что это — башня-донжон или церковь.

Исар-Кая и Шайтан-Мердвен. Вдоль Южного берега существовало несколько проходов-перевалов через горную цепь, известных с древности. Это перевал над Гурзуфом, Василь-Богаз у Ялты, Гаспра-Богаз в районе г. Крестовой, Эски-Богаз над Симеизом, Байдарский перевал. Однако самый замечательный среди них в природно-живописном отношении и к тому же самый короткий путь с Южного берега на плато Яйлы — это Шайтан-Мердвен, или Чертова лестница. Чтобы попасть на Шайтан-Мердвен, надо выйти на верхнее старое шоссе Ялта—Севастополь — исключительно живописное, местами вплотную прижатое к почти вертикально вздымающимся обрывам. Практически покинутое транспортом, перебравшимся ниже, на более удобную, спрямленную, новую магистраль, старое шоссе превратилось в идеальное место для прогулки. От села Оползневое (Кикенеиз) надо пройти или проехать до указателя «Памятник археологии». Здесь надо быть очень внимательным, чтобы не пропустить поворот вправо на тропу, ведущую в лес, к подножию лестницы. Вскоре становятся заметными остатки старой дороги, когда-то огороженной стенками и укрепленной крепидами. Пройдя менее полукилометра по расселине, подходим к нагромождению каменных глыб, которое издревле было приспособлено людьми для подъема на плато. В своем исконно-первоначальном виде лестница представляла собой ряд маршей длиной от 5 до 25 м каждый, круто поворачивавших под углом от 90 до 150—160 градусов. На всем протяжении подъем был пандусным, то есть наклонным, без ступеней, ширина прохода составляла не менее 1,5 м, поэтому ею могли пользоваться не только пешеходы, но и всадники, и даже небольшие двухколесные повозки. Длина всех маршей лестницы — 240—250 м и, таким образом, ее с полным правом можно назвать самым коротким путем в предгорья. При поверхностном наблюдении действительно кажется, что лестница «высечена» в скале. Подобные выражения бытовали в описаниях, начиная с начала XIX в. Это неверно. Лестница представляет собой гораздо более интересный феномен, где люди решили свою задачу типично «по-таврски»: отыскали горный проход, оценили возможности этого удивительного, созданного самой природой сооружения и лишь немного, в отдельных местах, «подправили» его. Благодаря неутомимым исследованиям геолога Л.В. Фирсова, участника многих археологических экспедиций по Крыму, сегодня стало возможно разграничить «дела рук природы» и дела рук человеческих, гораздо менее значительных по объему, но продуманных и экономичных. Кое-где строителям пришлось растащить камни, выложить подпорные стенки — крепиды, иногда достигавшие трехметровой высоты и одновременно служившие основанием для выше расположенного марша. Остатки крепид сохранились всего в трех местах и, судя по всему, столько же их было раньше. Сегодня, когда крепиды полуразрушены, прослеживается ступенчатая кладка их основания — ложные ступени3. Поэтому название — Лестница, Мердвен, Скала — следует понимать не буквально, а как образное сравнение зигзагов-маршей горного прохода со ступенями. По выходе с Чертовой лестницы на яйлу пути расходятся. Дорога, ведущая на север, в село Родниковое (б. Скеля, искаженное итальянское «скала» — лестница), проходит по балке Малташ-Дере (в переводе с крымскотатарского «торговая балка»). По мнению Н.И. Репникова, это название указывает, что здесь через Шайтан-Мердвен с глубокой древности проходил торговый путь из Херсонеса, Инкермана и Балаклавы на Южный берег. Если повернуть в западном направлении, дорога приведет к селу Орлиному (Байдары) и Байдарским воротам. Участок этой, ныне почти заброшенной и известной только местным жителям дороги, проходящей по левому склону крутой балки, представляет совершенно особый интерес: на протяжении почти 5,5 км она выбита в известняке. Высота выемки в скале достигает местами 2—3,5 м; противоположная обочина дороги укреплена подпорными стенами — крепидами, сложенными из крупных глыб без связующего раствора. Дорожное полотно шириной 6—6,5 м в основном проходит по голой скале, дополненной в районе крепид подсыпкой камней и щебня. Заметны глубоко врезанные колеи, отполированные до блеска. Дорога эта, известная с прошлого века под названием Мордвиновской и использовавшаяся для вывозки леса, вряд ли создана предприимчивым графом, хотя возможно, и подправлена им. О ее древности свидетельствует, прежде всего, керамика, рассеянная на всем протяжении дороги: кроме средневековой есть и отдельные находки краснолаковой керамики римского времени. Исследователями высказано предположение, что именно здесь проходила военная римская дорога — via militaris, связывавшая опорную базу римской оккупации Таврики — Херсонес — с занятой и перестроенной ими же крепостью на Южном берегу — Хараксом (Ай-Тодор). На Южный берег эта дорога могла спускаться по более удобному для колесного транспорта пологому перевалу Эски-Богаз, над Симеизом, а также по более короткому, пригодному для пехоты и всадников — Шайтан-Мердвен. Еще Кеппен высказал предположение, что при Чертовой лестнице должно было находиться укрепление для защиты этого короткого и стратегически весьма важного пути в предгорья: «Систематическое расположение укреплений требовало того, чтобы при Мердвене — известном проезде по примечательной каменной лестнице, — находилась наблюдательная или оборонительная точка»4. В подтверждение этого Кеппен приводил название близлежащей скалы — Исар-Кая, на которой ему лично не довелось побывать. Укрепление на Исар-Кая удалось, однако, обнаружить археологической экспедиции под руководством О.И. Домбровского только в 1966 г., а в 1967 г. оно было обследовано и описано А.В. Фирсовым. Оказалось, что Исар расположен не на первой, а на второй скале к востоку от Лестницы. Поверхность скалы напоминает нос корабля, приподнятый к западу. Площадь укрепления, составляющая примерно четверть гектара, с восточной и северной стороны обнесена стенами, общей протяженностью 105 м, а с юга и запада ограничена крутыми обрывами. С северной стороны стена имела значительные размеры: кладка и сегодня поднимается на высоту 1,5—2 м, толщина достигает 2,5—2,7 м, а в основании 3 м. Судя по мощности каменных развалов, высота стены составляла 6—8 м. Полностью расчищен вход в крепость, находящийся в восточной стене, в 12 м от углового поворота. На территории крепости найдены остатки построек и базилики размерами 3,6×6 м с апсидой, обращенной на северо-восток, и входом с южной стороны, что типично для большинства южнобережных церквей. Внутри она была оштукатурена и расписана, пол был выложен песчаниковыми плитами. Из огромного количества обломков керамики самая ранняя относится к VIII в.: наряду с гончарной и поливной посудой встречается и местная лепная; не исключено, что дальнейшие исследования покажут, что история места началась задолго до возникновения средневекового исара5. Крепость Исар-Кая, господствовавшая над перевалом Шайтан-Мердвен, владела, вероятно, деревнями Мшатка и Мухалатка. В генуэзских списках их нет, но они входили в Мангупский кадылык. Вполне вероятно, что феодалу крепости Исар-Кая принадлежали и деревни Календа (ныне Подгорное) и Искеля (Скеля, Родниковское), так как перевальная дорога Шайтан-Мердвен, разветвляясь на северных склонах гор, подводила в первую очередь к этим деревням. В деревне Скеля археологи обнаружили следы жизни с III по X в. Затем жизнь на поселении возродилась, судя по отдельным находкам, уже в XIV в. К этому времени относятся и развалины церкви, построенной у истока Черной речки.

Биюк-Исар — укрепленное поселение X—XIII вв., затем феодальный замок. Занимает вершину одноименной скалы-отторженца (высота 734 м). Расположено к северу от селения Оползневое (Кикенеиз). Укрепление почти со всех сторон ограничено обрывами; на вершине, на естественных террасах видны развалины построек, в том числе небольшой церкви (2,7×4,7 метра). Площадь верхнего укрепления — около 1 га. На западном склоне Биюк-Исара — небольшая пещера, которая использовалась для сбора и хранения воды. Проходы между скалами, окружающими с севера и запада утес с крепостью, были закрыты стенами, сложенными из бута насухо. Огражденная таким образом территория площадью около 4 га использовалась в средневековье в качестве загона для скота и убежища для жителей окрестных селений. Замок Биюк-Исар расположен на подступах к перевалу Эски-Богаз. К нему тяготели селения Кучук-Кой (Бекетово) и Лимена (Голубой залив), а на северных склонах гор — Узунджа (Колхозное), куда приводила дорога с перевала Эски-Богаз. В районе деревни Узунджа, к северу от нее, находилось урочище Ай-Димитрий (св. Димитрий). Здесь В.Х. Кондараки видел следы построек и развалины церкви.

От Кикенеиза идет крутая тропа на Яйлу через Эски-Богаз (старый проход) и дальше в Байдарскую долину и деревню Коккоз. В древности проход этот был защищен укреплениями, остатки которых кое-где видны до сих пор. Внизу виден мыс св. Троицы или Кикенеизский мыс, сильно выдающийся в море. Затем на берегу моря — дачный поселок Кацивели. Над ними — деревни Верхние и Нижние Лимены.

Кастропуло — укрепленный монастырь или замок XIII—XIV вв. в верхнем Кастрополе на скале Ифигения, возвышающейся над морем. Живописная скала труднодоступна почти со всех сторон; оборонительные стены преграждавшие доступ с юга и запада, в настоящее время сильно разрушены и на поверхности почти не прослеживаются. Площадь укрепления составляла около 0,2 га. В 1968 г. на южной площадке частично раскрыты стены церкви.

Кучук-Исар — в VIII—XIII вв. — укрепленное селение, в XIII—XIV вв. — феодальный замок. Руины укрепления находятся на вершине невысокого мыса св. Троицы (или Кикенеизского) с каменистой вершиной, расположенного в 2 км к югу от с. Оползневое. Вершину мыса по всему периметру замыкала линия оборонительной стены, отгораживая прямоугольную площадку 27×40 м. В центре северного участка стены шириной 2 м располагалась круглая башня диаметром 6,2 м. К западу от башни в 1968 г. был раскопан комплекс жилых и хозяйственных помещений с горновыми печами.

Лимена-Кале — замок XIII—XV вв. на вершине горы Кошка, к западу от Симеиза. Горный кряж Кошка, перпендикулярный хребту Яйлы, круто обрывается у моря, рассыпаясь нагромождением камней, среди которых выделяется утес Лебединое крыло. П.И. Кеппен писал, что в Симеизе «приметно два укрепления: одно — верхнее, которое татары называют Лимена-Кале, или просто Исар; другое — нижнее, именуемое Панеа»6. Сегодня попасть на гору Кошка (на самом деле это искаженное Кош-Кая, Соколиная скала) совсем нетрудно: для этого надо подняться на верхнюю дорогу и сразу же за хребтом свернуть влево, по дорожке, которая приведет в укрепленное таврское убежище, защищенное с востока скалистым гребнем горы. Однако в древности местность здесь выглядела совершенно иначе. До того как была проложена верхняя дорога, вспоминает М.А. Сосногорова, Лименские утесы (еще одно название г. Кошки, по имени близлежащей местности — Лимена, или Голубой залив) упирались в стену хребта Яйлы, образуя «непроходимую преграду, природную стену». «И все разрывы Лименских гребней были заложены толстыми, так называемыми циклопическими стенами. Правда, эти укрепления носят на себе явные следы позднейших времен — греческих, но основаниями греческих укреплений служат все-таки стены циклопические»7. Таким образом на г. Кошка система обороны местного значения непосредственно смыкалась с «длинными стенами» страны Дори, ибо, как продолжает М.А. Сосногорова, все сколько-нибудь удобные проходы через хребет Яйлы в Байдарскую долину были также заложены камнем.

Поселение на горе Кошка специально изучалось П.Н. Шульцем в 1950 и 1955 гг. Основная оборонительная стена проходит с северной стороны, отделяя городище площадью 1,5 га. Стена длиной 100 м, шириной 2 м и высотой (в наиболее сохранившейся части) до 3 м имеет в основании циклопическую кладку, возраст которой П.Н. Шульц, на основании керамических остатков, датировал второй половиной первого тысячелетия до н. э. Выше кладка стены иная — из двух рядов крупных камней — панцирей — и забутовки из мелкого камня между ними, сложенных насухо: исследователь датирует ее первыми веками нашей эры. В XIV—XV вв. поверх основания разрушившихся таврских укреплений вырастает новая боевая стена с башнями и воротами. Весь западный склон горы Кошка, отмечает О.И. Домбровский, и широкая долина за ним, начиная от с. Голубой Залив (Димена) и до самого моря, усеяны керамикой VIII—XV вв.8. С трех сторон гора Кошка ограничена крутыми обрывами и только с севера имеется удобный подход. Толщина стен 2,2—2,3 м. Кое-где они сохранились на высоту 3,5 м. Стены носят следы ремонтов и перестроек. Вход в укрепление, вероятно прикрытый надвратной башней, находился на северо-востоке. К юго-западу от них по линии стены находятся две прямоугольные башни, выступающие за линию куртин на 2,6 м.

С южной стороны, у обрыва к морю, куда можно было подняться по тропам, также сохранились остатки стены. Отсюда открывается великолепный вид на море и небо, ограниченный рамой, образованной горизонтальной линией обрыва и вертикалями утесов слева и справа от зрителя. Где-то здесь, по словам П.И. Кеппена, «на краю пропасти находился огромной величины камень, под одну сторону которого, кажется, нарочно подсунуты другие камни, так что он держится на одной только точке и при малейшем сотрясении должен ринуться в бездну»9. Само городище, живописно усеянное обломками глыб и остатками жилищ, затененных деревьями, пробуждает в душе современного человека удивительное атавистическое чувство дома, убежища, приготовленного самой природой среди скал. Основания домов со стенами метровой толщины, обнаруженные раскопками, местами сохранились на 1 м высоты. Помещения имели дверные проемы, утрамбованные щебневые полы, открытые очаги. Крыша поддерживалась деревянными столбами. Некоторые постройки примыкали к скале и имели односкатную крышу. В исследованных жилищах найдено много керамики, каменные зернотерки, оселки, глиняные пряслица, костяные иглы и т. д. Ниже уровня пола обнаружены и более древние культурные остатки, относящиеся к середине второго тысячелетия до н. э. Человек поселился здесь еще в эпоху бронзы. Лишь затем возникает таврское поселение, просуществовавшее до первых веков н. э. Примерно в IX—X вв. на остатках древних построек вырастают средневековые укрепления — стены с башнями и воротами. П. Паллас видел за пределами укрепления массивный фундамент очень древнего строения, которое, по мнению Дюбуа де Монпере, напоминало башни в усадьбах херсонесской округи, а также тонкую мраморную колонну, вероятно, принадлежавшую алтарной преграде храма во имя Всех святых; именно так назывался расположенный рядом источник. От этой колонны «местные татары», вероятно, потомки греков, отбивали кусочки как реликвию10.

Панеа-Исар. В двухстах метрах восточнее горы Кошка, у самого берега живописно расположен скалистый холм Панеа, поросший сизо-зеленым можжевельником, оттеняющим обнажения серых скал и сливающиеся с ними внушительные руины древних стен. Ниже поднимается из моря скала Дива, монолит, которому сама природа придала вид устремившейся в море фигуры. На вершину ее, где путешественники в XIX в. видели следы укреплений, а сегодня расположена видовая площадка, ведут вырубленные в скале ступени. Панеа-Исар в VIII—XIII вв. представлял собой укрепленный монастырь, в XIV—XV вв. — замок рядом с остатками поселения Ай-Панда на юго-западной окраине Симеиза. С севера и востока крепостную площадку замыкают стены толщиной 2,2 м, кое-где высотой 3—4 м. Вход с восточной стороны прикрывала круглая башня диаметром около 6 м, другая (вероятно круглая) находилась почти в центре северного участка обороны. Рядом с поселением Ай-Панда обследован могильник VIII—XIII вв. В 1955 г. там был обнаружен склеп со сводами из туфа. Найденные в нем вещи VIII—X вв — браслеты, серьги и другие украшения — хранятся в ялтинском музее. В 1966 г. были произведены небольшие раскопки на скале Панеа, выявившие остатки раннесредневековой и генуэзской (XIV—XV вв.) оборонительных стен. Расселина на юго-западном склоне холма была перегорожена пятью подпорными стенами, которые в свое время создавали как бы пять широких ступеней, сходивших к морю, в бухту, защищенную развалом глыб и скалами Монах и Дива. На нижней площадке, где хорошо видны руины стены и ворот, обнаружены остатки храма, а вернее — трех храмов, каждый из которых расположен на основании более раннего. Верхний, генуэзского времени, поставлен на обгорелом мраморном полу храма X—XIII вв., перекрывшего, в свою очередь, остатки еще более раннего — IX—X вв. — храма с мозаичным полом. Сохранившиеся фрагменты мозаики, еще и сегодня поражающие свежестью красок смальты — голубой, синей, зеленой, лимонно-желтой, золоченой, — хранятся в Ялтинском краеведческом музее. Они изображают павлинов, клюющих виноград из чаши; все обрамлено плетенкой, в овальных и круглых медальонах которой изображены цветы, плоды, птицы. По композиции мозаика весьма напоминает херсонесскую (Загородный храм, базилика 1889 г.)

Проведенная в разных местах Панеа глубокая шурфовка показала, что люди непрерывно населяли этот холм по крайней мере с первых веков до н. э.: об этом говорит позднеэллинистическая и римская привозная керамика, залегающая здесь в одних слоях с местной, лепной.

Алупка-Исар, замок XIII в. занимает вершину горы Крестовой, что высится над Алупкой. Плоскость скального массива, где располагалось укрепление, пересечена разломами и почти со всех сторон окружена обрывами высотой 70—80 м. Крепостные стены толщиной до 2 м и кое-где в высоту до 2,2 м, имеют общую протяженность около 600 м, окружая площадь в 2,5 га. Внутри крепость была застроена небольшими домами; имелась церковь. Крепость, видимо, контролировала дороги через перевалы Симеиз-Богаз, Копек-Богаз и Кучук-Богаз. Через эти перевалы можно было попасть в Байдарскую и Бельбекскую долины. Кеппен считал Алупку-Исар одним из крупнейших укреплений Южного берега, которое «с одной стороны имело перед собою крепостцы, лежавшие ниже и выше Гаспры, а с другой могло сообщаться с укреплением Ли-менским (в Симеизе. — Т.Ф.11. Оно возвышалось над центром большого урочища, в которое входил Мисхор — значительное, сильно разбросанное поселение.

Надгробие в виде крестово-купольных церквей

Тропа, ведущая к исару, имеет тщательно сложенную крепиду — подпорную стену — на довольно большом протяжении. Она поднимается по левому склону похожей на пирамиду горы Крестовой, на усеченной вершине которой, поросшей соснами и древовидным можжевельником, находится площадка, с северной и западной сторон обнесенная стеной с башенными выступами. Хорошо различаются нижние ряды кладки из огромных циклопических камней, переходящие в так называемую «панцирную», средневековую — из двух рядов камней с забутовкой между ними. За стеной, несколько отступая от ее основания, проходит узкая ложбинка, весьма похожая на ров — то ли естественный, то ли высеченный в скале при выборе камня. С южной стороны площадка заканчивается скалистым обрывом высотой около 70 м; там, где обрыв понижается, сохранилась нижняя часть стен примерно 2,5—3 м высоты и около 2 м толщины. Остатки северной стены протяженностью 260 м имеют в нескольких местах башенные выступы. Обращает на себя внимание сложенное из огромных глыб основание башни в северо-западном углу укрепления. В восточном, наиболее высоком участке укрепления, огражденном внутренней стеной, сохранились остатки жилищ, близкие по характеру таврским сооружениям на горе Кошка в Симеизе; обнаружены и фрагменты сосудов, похожих на таврские. По-видимому, здесь находилась цитадель. По мнению исследователя-краеведа Г.А. Никитина, «можно предположить, что на горе Крестовой имелось укрепленное таврское поселение, аналогичное укреплению на горе Кошка, которое впоследствии было использовано для возведения здесь средневековой крепости»12.

Одно из свидетельств древности Алупки — упоминание ее имени в таком известном документе X в., как письмо хазарского кагана Иосифа, содержавшее описание его владений, в число которых входил и Крым: здесь в письме перечисляется ряд городов и среди них Тмутаракань, Керчь, в горном Крыму — Мангуп, а на южном берегу — Судак, Ламбат, Партенит и Алубика13. Упоминание в таком списке — свидетельство важности и значимости Алупки. Следующее по времени упоминание Алупки (Люпико) мы находим в документе, относящемся к финансовому ведомству Кафы (Феодосии) 1381—1382 гг. В нем перечислены подвластные Генуе прибрежные пункты между Балаклавой и Судаком, и в их числе Люпико — Алупка. Приморской крепости соответствовала крепость в предгорьях, расположенная на подступах к горным перевальным дорогам, ведущим на северные склоны Главной гряды. О существовании приморской крепости в Алупке, находившейся на месте дворца, известно из упоминания Дюбуа де Монпере да из рисунка с изображением ее руин перед началом строительства. Однако в народных представлениях обе крепости воспринимались как части единой системы: согласно легенде, записанной у местных жителей фольклористами дворца-музея в 1930-е гг., обе крепости были соединены подземным ходом. Парными были также укрепления Симеиза — укрепленное поселение на горе Кошка и Панеа-Исар, и Ай-Тодора с его мощной циклопической стеной: последнее, по-видимому, дополнялось несохранившимся укреплением Гаспра-Исар.

Гаспра-Исар расположен над Гаспрой к северо-западу от мыса Ай-Тодор. Здесь в 1961—1962 гг. проводились раскопки перед уничтожением утеса Исар-Кая в связи со строительством шоссе. Были открыты остатки большого одноэтажного здания X—XII вв. В одном из четырех его помещений находились очаг и каменные подмостки для нар. К северной стороне постройки примыкала кузница — небольшая горновая печь под навесом, куски криц, обломки тиглей и готовые изделия — наконечники стрел. Был найден и набор оселков для оттачивания наконечников. Очевидно, небольшой гарнизон этой крепости в мирное время занимался изготовлением оружия. Сохранилось описание самого урочища, которое, по ело-вам П.И. Кеппена, «заслуживает посещения любителей дивных образований природы». Тут, за исключением «стены длиною шагов 20, все укрепление есть дело природы, — продолжает он. Все это убежище находится внутри скал, отвесные стены которых имеют 2,5 сажени в высоту. Вход в убежище прегражден стенами: та, в которой были ворота, имела не более 13, а другая — только 5—6 шагов в длину»14.

К этой крепости можно отнести селение Хуреиз или Кореиз, не вошедшее в генуэзские списки, а также Гаспру.

Хачла-Каясы. Над Ялтой, в парке Ливадии берет начало семикилометровая Солнечная тропа, расположенная на значительной высоте над морем. Прогулка по ней дает возможность ознакомиться с живописнейшим участком южного берега от Ливадии до Ай-Тодора и, кроме того, осмотреть укрывшееся среди скал средневековое городище в урочище Верхняя Ореанда и связанный с ним замок, находившийся в полутора километрах северо-западнее на обрывистой скале Хачла-Каясы. В замке сохранились развалины оборонительной стены с башней-донжоном, капеллы с фамильной усыпальницей, остатки жилых домов, лепившихся к скальным глыбам, загромоздившим и без того тесное пространство, огражденное стеной.

На горе Крестовой (примерно в двух километрах от Ливадии, следуя по Солнечной тропе, свернуть влево) сохранились остатки оборонительной стены, которая охватывала северную сторону вершины, концами примыкая к обрывам, обращенным к морю. Нижняя кладка стены (местами на известковом растворе), относится к VIII—X вв., верхняя (сложенная на глине) — к XIV—XV вв. Все внутреннее пространство городища загромождено скальными глыбами; часть из них «вмонтирована» в стену в качестве основания примитивных боевых башен. Вероятно, вначале укрепление служило убежищем для жителей открытого селения, расположенного на западном склоне горы. Оно неоднократно разрушалось и восстанавливалось, а между XI—XIV вв. было расширено: с восточной стороны новая стена огибала искусственно выровненную площадку, узкие ворота в ней выводили на северный склон, по которому шла дорога на запад в сторону замка на скале Хачла-Каясы.

Крепость на скале Хачла-Каясы оберегала перевалы Пелака-Богаз и Тасара-Богаз, через которые можно было попадать в верховья Бельбекской долины. К этой крепости можно отнести селение Орианда.

Учансу-Исар или Зиго-Исар с относящимися к нему деревнями Аутка (Чехово) и Дерекой (Ущельное), не упомянуты в генуэзских документах, но указаны в списках Мангупского кадылыка. В этот удел входил и пещерный монастырь Иограф.

Крепость расположена на северо-западной окраине Ялты, неподалеку от шоссе на Ай-Петри на высокой скале-отторженце, отделившемся от Яйлы, среди прекрасного соснового леса. Над нею гремит с высоты водопад Учан-Су, стекая ручьем, омывающим подножие замка; над ним нависают скалы, в одной из них — Ставри-Кая — была устроена пещерная церковь ниже водопада, среди прекрасного соснового леса и скал. Трудно найти более сумрачно-живописный фон для крепости, если мысленно представить ее такой, какой ее еще можно было видеть в XIX в. — в виде огромной башни с аркой входа около 6 м высотой. Она имела форму вытянутого прямоугольника, с округленными углами и узкими бойницами на первом этаже. Возле входа большой скальный выступ справа образовал своего рода коридор вдоль стены, в конце которого находилась лестница на второй этаж, сложенная из камней, а местами вырубленная в скале. Толщина стен, сложенных на извести, около 2 м. Вокруг башни-донжона не было видно стен или их остатков. Вокруг найдено много осколков керамики XII—XV вв., что позволяет датировать крепость этим временем.

Дюбуа де Монпере еще застал ее руины, которые, по его утверждению, «сохранились лучше других на побережье. Крепость прикрывала узкую долину Аутки, и охраняла одну из дорог, которые вели в Биюк-Узенбаш. Она была сложена из необработанных камней на извести: высокий воротный проем был обложен сверху туфом. Внутреннее пространство имеет не более 30 шагов в длину на 15 в ширину. Татары говорят, что турки сделали ее государственной тюрьмой, и это было все равно, что отправить людей на край света; ибо трудно представить себе край более дикий, нежели тот, что окружает крепость»15.

Крепость, вероятно, контролировала перевалы Биюк-Узенбаш, Кучук-Узенбаш и Ставрос-Богазы, приводившие к верховьям рек Бельбека и Стили — притока реки Качи, и в Бахчисарай.

В районе Ялты существовало укрепление на холме Пале-Кур (не сохранившееся), где П.И. Кеппен заметил следы построек, считавшихся остатками монастыря. У моря на мысу св. Иоанна имелось приморское укрепление, разрушенное во время одной из русско-турецких войн. Остатки более солидных сооружений на холме Пале-Кур, о которых говорит предание, еще успел увидеть Дюбуа де Монпере: «Спускаясь от ялтинской церкви, я увидел рабочих, занятых погрузкой больших камней для дороги. Это возбудило мое любопытство: при внимательном рассмотрении я увидел между дорогой и морем множество разрытых холмиков, состоящих из обломков известняка. Тут я понял, что таким способом разрабатывались остатки мощной циклопической стены, ограждавшей холм вдоль дороги. Самая высокая точка холма была увенчана квадратным зданием в том же стиле»16.

Далее, на мысе Мартьян (в Никитском саду) имелось небольшое приморское укрепление Рускофиль-Кале. Это название слышал от местных татар П.И. Кеппен; он увидел здесь «на высоте — останки стен, а внизу у моря — сквозную пещеру Кале-Коба»17. Парным к нему в предгорьях была крепость Палекастер или Палеокастрон, расположенная над поселком Никита.

«Безымянный» Видимо, феодальным владением, не входившим в зону генуэзцев, была округа замка «Безымянный». Он контролировал перевал Истиля-Богаз, дорога через который соединяла деревню Ай-Василь (Васильевка) с верховьями реки Стиля. Прежде Ай-Василь и Дерекой составляли одно большое греческое селение. Здесь обнаружены руины греческой церкви св. Василия. Надпись, найденная при раскопках, указывала, что церковь построена в XV в.

Гелин-Кая. Далее к востоку следуют руины крепости Гелин-Кая, которой могла принадлежать деревня Кизил-Таш (Краснокаменка). Она могла быть «парной» к Гурзуфской крепости. Ее описал Дюбуа де Монпере: «С трех сторон скала отвесна; четвертая, обращенная к Главной гряде, задержала обломки, составившие род естественного моста к скале. Поскольку с этой стороны легко было добраться, построили оборонительную стену из камней на извести, от одного обрыва до другого, с квадратной башней, защищавшей ворота. Я видел только это; на самой же поверхности скалы, хотя и довольно обширной, не заметно следов других строений. Нет нужды говорить, что вид отсюда великолепен, и г-н Кеппен полагает, что подобная обсерватория должна была служить обмену сигналами с крепостью Гурзуфа и с вершиной Аю-Дага. В этом не было бы необходимости, если бы одна из основных дорог побережья не проходила бы совсем рядом, пересекая Главный хребет по балке Гурбете-Дере; она направлялась в Качи-Кальон и в долину Качи через селение Кууш»18. Действительно, из этих владений дорога вела в верховья реки Кача через перевал Демир-Хапу (Железные врата). Сегодня на каменном утесе сохранились часть стены с воротами и башня, выдвинутая от ворот к напольной стороне укрепления.

Сераус — укрепление на скалистом холме, которое называли Кастелька, так как она представляла собой как бы модель горы Кастель в миниатюре, расположенную к северу от нее. Возможно, это было укрепленное сельское убежище — вокруг прослеживались остатки большого средневекового городища с руинами старинного укрепления. Здесь найдены обломки керамики XV в. и следы небольшой церкви. Против Кастельки начинается крутой подъем на седловину; крепость, вероятно, могла контролировать дорогу, ведущую с Южного берега к верховьям реки Кача через перевалы Ак-Чокрак-Богаз и Тальма.

Ай-Йори — скалистая вершина, во всем подобная предыдущей, но меньших размеров, с руинами церкви св. Георгия (Ай-Йори), представляет собой, видимо, остатки крепости, прикрывавшей дорогу к водопаду Головкинского и на перевал Кебит-Богаз, который вел в Космодемьянский монастырь и к долинам рек Качи и Альмы.

Корбеклы. Между перевалом Кебит-Богаз и деревней Корбеклы находилась крепость, прикрывавшая главный колесный перевал через первую гряду Крымских гор и Кебит-Богаз, соединяющий Алустон с верховьями реки Альма. Деревню Корбеклы, не обозначенную в генуэзских документах, логично отнести к этому феодальному владению.

Пахкал-Кая — руины крепости на отдельно стоящем утесе, с небольшой церковью на самой вершине, практически не исследованы. Вероятно, это была последняя крепость к востоку, игравшая роль сторожевого придорожного укрепления на седловине между горой Чатыр-Даг и Демерджи-яйлой. Не на этих ли рубежах происходили столкновения феодала Бериберды, о котором пишут историки Крыма, с генуэзцами — братьями Гуаско, — из-за овчарен, которые надо искать не в прибрежной части, а именно на Демерджинской яйле?

Таковы феодальные вотчины на южной границе Феодорийского княжества. Теперь рассмотрим те из них, что находятся на северных склонах. Обзор их также начнем с запада.

Карань — остатки укрепления примерно в одном километре от деревни Карань к юго-западу. О нем пишет Кеппен, ссылаясь на Палласа: «оно лежало на западной стороне от Караньской долины, на крутом берегу моря, между Балаклавским заливом и Георгиевским монастырем, подле так наз. Святого мыса (Айя-бурун), от которого оно отделялось ужасным рвом... Имея и с другой стороны глубокий, но короткий ров, все укрепление простиралось в длину с небольшим на 15, а в ширину на 11 саженей (площадь несколько менее гектара). С северной стороны, при стене, положены были широкие камни наподобие ступеней; при большом яре (с южной стороны) находилась башня, составлявшая четырехаршинный равносторонний четырехугольник. Внутри видны следы постройки, которая в длину и ширину имела по 13 аршин»19. Вероятно, это руины той крепости, владетель-феодал которой и был господином деревни Карань. Селение Карань (Флотское), находившееся на юго-западной границе княжества Феодоро, лежит в небольшой, ограниченной значительными высотами, долине. Долина эта доступна с северо-запада, и здесь к ней подходили дороги. На 1784 г., по данным Камерального описания Крыма, в ней было 2 церкви и 50 домов, оставленных христианским населением, выведенным в 1778 г. в Приазовье. Границами этого феодального владения служили высоты с запада и юго-востока, и морской берег — с юго-запада.

Виды развалин на мысе Ай-Бурун

Замок на высотах к югу от деревни Камара. Под его контролем могли находиться три деревни, входившие в состав Мангупского кадылыка: Балаклава, Кадыкой (Пригородное) и Камара (Оборонное). Феодальный замок, господствовавший над тремя деревнями, видимо, находился на высотах, расположенных к югу от деревни Камара, где лежат развалины небольшой крепости. Ее оборонительные стены, сложенные на известковом растворе, имели 1,2 м толщины и были усилены двумя квадратными в плане башнями. Керамика среди руин относится к XIII—XIV вв. В самой деревне Камара в 1783 г. было 76 домов христиан, выселенных из Крыма. Границами этой вотчины, видимо, служили: на западе — Караньские высоты, с севера — южные склоны Федюхиных высот в долине реки Черная, а с юго-востока и востока — горная речушка, впадавшая в реку Черная у бывшего села Чоргунь. После взятия генуэзцами Балаклавы к ним отошла и деревня Кадыковка.

Кокия-Исар — крепость на головокружительной высоте мыса Айя, которая господствует над двумя группами земледельческих усадеб, разбросанных по долине. П.И. Кеппен, побывавший на руинах укрепления в 30—40-е гг., дает следующее описание: «Следы его заметны на приморской земле, которою для пастбищ своих совместно пользуются жители двух деревень Байдарской долины: Варнутки и Кучук-Мускомьи, — на скале, именуемой Кешлеме-кая. Едучи из Кучук-Мускомьи прямо на полдень, я через каменистый спуск Кокия-богаз (от которого на ЮВ находится урочище Демир-Хапу) после 1,5 часа пути прибыл к развалинам стены, отсекавшей край горы. Расположенная тут, в длину на 93 шага, оборонительная линия была протянута от NNW к SSO, в виде простой стены, кладеной на известке в 5 четвертей толщины, а наружу выдавалась четвероугольная башня, длиною в 9, а шириною в 6 шагов, служившая для прикрытия 4-аршинного входа, который находился между этою башнею и обрывистым краем горы. Пространство за стеной было не мало, потому что от одного края стены до другого, обходя мыс, не менее 470 шагов. Стена местами уцелела вышиною снаружи на два, а с внутренней стороны аршина на 4 или 5. Кокия есть большое урочище, в котором укрепление занимает только малое место»20.

Это описание Кеппена можно дополнить сведениями археологических разведок, согласно которым Кокия-Исар — крепость-замок XIII—XIV вв. С напольной (восточной) стороны крепостную площадку отгораживает оборонительная стена длиной около 52 м, с остальных сторон городище ограничивают обрывы. Размер укрепленной территории — 110×70 м, площадь — 0,58 га. По кромке южного обрыва в некоторых местах сооружены стены-парапеты общей протяженностью около 53 м. Вдоль стены на расстоянии 30 м друг от друга возведены две башни: южная, довольно больших размеров (6,5×8 м) могла служить донжоном. До недавнего времени стена, как и башни, сложенная на песочно-известковом растворе, сохранялась на высоту 4 м при толщине примерно 1,5 м. На западной стороне мыса, почти у самой вершины видны руины небольшой одноапсидной церкви; к стене примыкали различные постройки. Внутри крепости имеются следы небольшой церкви и других сооружений. Перед укреплением — следы поселения. Здесь, и на территории крепости, среди подъемного материала много керамики, относящейся к XIII—XV вв. К этому феодальному замку, видимо, тяготели две деревни: Варнутка (Гончарное) и Кучук-Мускомья (Резервное). Обе они входили в турецкий кадылык. Относительно селения Кучук-Мускомья А.Л. Якобсон пишет: «В различных пунктах близ села отмечены многочисленные строительные остатки времени княжества Феодоро (XIII—XIV вв.). В селе Варнутка также были обнаружены памятники того же времени. Это могильник из каменных плит и остатки часовни, расположенные у деревенского фонтана. Территориальные границы этого феодального владения определяются рамками Варнутской долины и северными склонами мыса Айя. Через долину с запада на восток проходила дорога, ведущая из зоны нынешней Балаклавы в Байдарскую долину. Восточнее Варнутки отходила дорога в деревни Биюк-Мускомья (Широкое) и Алсу (Морозовка)».

Каламита. Труднее представить себе границы феодального комплекса, центром которого была крепость Каламита, так как в разное время ее роль была различна. Во всяком случае, в XIII—XIV вв. это был значительная пограничная с Херсоном крепость. По всей вероятности, Каламита во все времена своего существования была своеобразным защитным и контрольным пунктом над дорогой, проходившей в районе устья Черной речки, и ведшей в Херсон. После того как Херсон утратил свое значение в качестве торгового порта и взамен феодориты устроили в глубине залива, в районе Килен-бухты, порт Авлита, феодальное владение Каламита капитально перестраивается князем Алексеем. Возможно, вообще весь удел вместе с землями Херсона с этого времени отходит под власть князя Феодоро. Каковы же были территориальные границы Каламиты? Кроме земель Херсона, в них входила слобода, расположенная с северной стороны крепости, и деревня в нынешней Первомайской балке (Гайтани), об остатках коей писал Бертье-Делагард. Далее, в Каламитскую вотчину входило селение Ахтиар. Уделу также принадлежало поселение с пещерной церковью, остатки которого еще были заметны до Великой Отечественной войны в балке Мартыновского. Может быть, это была исчезнувшая деревня Кокагач, входившая в состав турецкого Мангупского кадылыка и находившаяся, как считал Кеппен, около Мекензиева хутора. Сказанное можно отнести и к небольшой деревне в Кара-кубинской долине, на бывшем участке Мартыно, об остатках церкви которой упомянуто в работе Бертье-Делагарда. Кстати, вблизи этой деревни на карте Кеппена показаны «мыльные колодцы» — места, где добывалась мыльная глина — кил. Видимо, с этим местом надо связать упомянутую им же деревню Байкермен. На территории Каламитской феодальной вотчины находился пещерный монастырь, расположенный в западной части обрывов Загайтанской скалы. Подле монастыря, на скате было большое открытое поселение. Принадлежали ли этому монастырю еще какие-либо земли и деревни, какое он имел отношение к церковному комплексу, расположенному в Монастырской скале и каковы были взаимоотношения их с феодалом Каламиты, — пока судить трудно. Кроме этих двух монастырей во владениях Каламиты были еще два небольших монастыря: св. Софии около Каменоломного оврага, близ нынешней станции Инкерман, и монастырь, известный в литературе под названием Зефир-Коба, остатки которого видны на склонах и в обрывах Сапун-горы, севернее дороги, ведущей из Севастополя в Ялту. Все эти четыре монастыря, несомненно, имели свои земли, которые можно определить лишь условно. Возможно, вместе с землями Херсона к Каламитскому уделу следует отнести и Георгиевский монастырь, находившийся на южной стороне Гераклейского полуострова, и также имевший свои земельные наделы.

Вид укрепления Чембало

Исар. Вверх по течению реки Черная находится феодальный замок, руины которого расположены в двух км к юго-востоку от нынешнего села Чернореченское (Чоргунь), на левом берегу реки, в том месте, где она выходит из каньона. Оно осталось не замеченным даже такими внимательными исследователями Крыма, как Паллас, гостивший у своего друга Габлица в Чоргуне, Кеппеном, Кондараки. Только в 1938 г. оно было исследовано археологами. Замок этот, известный среди местного населения под названием «Исар», имел площадь около 2 га, окруженную стеной и естественными обрывами. Стена толщиной около 2 м и сохранившаяся на высоту около 3,5 м, образует дугу протяженностью около 130 м. В средней части дуги находились ворота под защитой башни. Оборонительная стена исара сложена из необработанных камней, в основании более крупных, на извести. Внутри укрепления заметны остатки прямоугольных строений. Найдены обломки пифосов, амфор с рифлением, поливной керамики — все это датируется XIV—XV вв.21. Исходя из топографических условий окружающей местности, к нему следует отнести деревни: Чоргунь (Чернореченское), Упу (Родное), Узенбашик (Гористое), Алсу (Морозовка) и Кучки, упомянутые в списке мангупского кадылыка. На территории Чернореченского известен могильник с надгробиями XV—XVI вв. с надписями на греческом и армянском языках, а в Кучках находились развалины церкви св. Георгия.

Исарчик. Видимо, центром большой феодальной вотчины являются остатки значительного по площади феодального замка, известного в литературе под именем Исарчик (или Сарджик). Руины его находятся в юго-восточной части каньона Черной речки, недалеко от деревни Морозовка (Алсу). Руины лежат на плато скалистого мыса, на левом берегу реки. С запада мыс отгорожен от плоскогорья стеной, сложенной на извести с песком из грубо обработанных камней. Толщина стены — до 2-х метров. В центральной ее части видны следы большой прямоугольной башни размером 3,5×4,25 м, под ее прикрытием были ворота. У северной и южной оконечностей стены намечаются следы таких же прямоугольных башен, но меньшего размера. Остатки оборонительных стен видны вдоль всего обрывистого края мыса, отделенного главной стеной. На территории замка, площадью до 1,25 га, видны следы каменных построек, а на поверхности встречается значительное количество обломков гончарной посуды, в том числе, характерные для XIV—XV вв. обломки поливных сосудов. К замку, стоявшему в каньоне Черной речки, между нынешними селами Морозовка (Алсу) и Широкое (Биюк-Мускомья) и совсем близко от места, где еще сто лет назад была деревня Тюле, по-видимому, тяготела значительная северная часть Байдарской долины с деревнями Биюк-Мускомья (Широкое), Уркуста (Передовое), Бага (Новобобровка), Саватка (Россошанка), входившие после 1475 г. в турецкий кадылык, и деревня Тюле, не означенная в его списке. В некоторых из этих деревень известны памятники времени княжества Феодоро. Так, в деревне Уркуста (Передовое) на восточной окраине известен могильник с могилами, перекрытыми плоскими черепицами. А в ближайших окрестностях обнаружены следы фундаментов часовен — один у дороги в селе Широкое на холме на левом берегу р. Черной, другой — в 9-ти км на склоне горы Мачук-Кая. В деревне Бага (Новобобровка) у фонтана в 1929 г. П.П. Бабенчиков видел могилы, обставленные и перекрытые каменными плитами, ориентированные с запада на восток, а 1860-х гг. В.Х. Кондараки, а за ним в 1907 г. Н.И. Репников отметили на возвышенности Таш-Кой, в 1 км от деревни, остатки строений, обломки плоской черепицы и гончарной посуды. Наконец, в деревне Биюк-Мускомья (Широкое) были найдены два пифоса и надгробие из известняка с вырезанным вверху косым крестом в круге с неразборчивой греческой надписью.

Бельбек. Только очень предположительно можно говорить о самой северо-западной вотчине княжества Феодоро, находившейся у берега моря на левом берегу реки Бельбек. Исходя из топографии района, привлекает внимание городище, находящееся на левом берегу реки, но в силу ряда обстоятельств давно недоступное для археологического изучения. Этому городищу посвятил несколько строк П.И. Кеппен: «О третьем укреплении прежних времен уведомил меня швейцарский путешественник, г-н Дюбуа де Монпере, который набрел на него случайно в 1833 г. при обследовании мест около устья Бельбека. Полагая, что это одно из укреплений царя Скилура, г-н Дюбуа говорит, что отысканные им руины находятся на востоке левого берега Бельбека, в двух верстах выше устья его. Постройка, занимающая всю ширину узкого возвышения, была четырехугольная. Еще видно направление рва, которым воды Бельбека были проведены у подошвы замка, и весь скат, равно как и окрестности, покрыты обломками черепиц и сосудов, представляя следы прежних построек». На некоторых картах начала XIX в. здесь показан пункт под названием Бельбек. Предположительно к этому феодальному замку можно отнести селение у его подножия и деревню Уч-Кую, а также деревню Камышлы (Дальнее), где найдено немало обломков позднесредневековой керамики и даже надгробие. В годы присоединения Крыма к России в этой деревне еще значилось, помимо татарских, 8 домов, оставшихся от христиан, выселенных за пределы Крыма.

Кыз-Куле. К востоку от описанного Бельбекского замка, у села Крепкое (Черкес-Кермен) находится замок, известный в литературе под именем «Кыз-Куле». Он многократно описан, и мы остановимся на нем кратко. Площадь крепости 11000 кв. м. Узкий подступ к нему защищен трехэтажной прямоугольной башней, в которой были сделаны ворота. Размер башни в плане — 6,6×6,3 м, толщина стен — 1,80 м. Внутри крепости около башни была небольшая часовня-мавзолей, имевшая внутри, без апсиды, размеры 4 х х 2,8 м. Внутри часовни высечены в скальном полу гробницы. Еще три подобные гробницы находятся с южной и западной ее сторон. Дата этого церковного комплекса, как и других материалов — XIII—XV вв. К этому замку тяготели четыре деревни; две из них обозначены в списке Мангупского кадылыка — это Черкес-Кермен (Крепкое) и Отар-Кой (Фронтовое); следует отметить, что Эски-Кермен долгое время фигурировал в литературе под названием Черкес-Кермен. Возможно, поэтому (а не только потому, что Эски-Кермен перестал к этому времени существовать, как и селение Пхей-Йолга в 1 км к востоку от Эски-Кермена) не обозначены в турецком списке. Селение Черкес-Кермен в дни княжества Феодоро, видимо, было значительным. Еще сравнительно недавно у фонтана были видны следы небольшой церкви во имя свв. Феодора Тирона и Феодора Стратилата — особо чтимых в княжестве святых. Церковь была облицована штучным камнем и ее окружало кладбище с надгробиями из каменных плит. На южной окраине деревни находится интереснейший памятник — высеченный в скалистом мысочке «Храм Донаторов». Сохранившаяся там фресковая роспись относится к XIV в. Своим названием храм обязан изображениям донаторов — лиц, на чьи средства устроен храм, — помещенных в узком аркосолии западной стены. По бокам святого в нимбе изображены слева — бородатый мужчина в шапке с меховой опушкой и красным матерчатым верхом и слева — женская фигура в остроконечном головном уборе, с серьгами в ушах.

Шулдан — пещерный монастырь, высеченный в обрывах Средней горной гряды можно считать феодально-монастырским уделом, куда входила деревня Шулю (Терновка). Он расположен вдоль древнего пути из Мангупа в порт Каламиту. Дорога идет у западного подножия горы Мангуп по ущелью Ураус-Дере, затем сворачивает направо, в Шульскую долину, к селу Терновка. Не доезжая села, к северу от дороги, над верхним краем лесистого склона, в скальном обрыве издалека можно видеть высеченные в нем пещеры: это монастырь Шулдан, возникший, вероятно, в VIII в. По склону, заросшему лесом, зигзагообразно поднимается дорога на плато; отсюда направо, вдоль скального обрыва ведет к монастырю сильно заросшая тропа. В ближайшем естественном гроте, видимо, был источник: об этом говорит отверстие в скале, выточенные водой желобок и выемка в виде чаши. Сегодня вода выбрала себе другой путь — источник пробивается из земли несколько дальше и ниже. В следующем гроте произошел крупный обвал вместе с имевшимися в нем пещерами, в правом углу повисли остатки каменной лестницы, некогда ведшей в храм. Следуя дальше вдоль скалы, попадаем в лабиринт пещер, естественного и искусственного происхождения и затем по ступеням неожиданно выходим в верхний ярус — своего рода «балкон», круто обрывающийся вниз, откуда открывается великолепный вид на Шульскую долину. Слева находится высеченная в скале базилика правильной формы с нартексом, отделенным двумя колоннами, от которых остались каменные основания, с коробовым сводом и центральной апсидой, вдоль полукружия которой идет двухъярусная скамья с епископским креслом в алтаре. На стенах еще недавно были различимы следы росписи, которую датируют XII—XIII вв. С южной стороны к храму примыкает придел с купелью в апсиде, с окном в сторону «балкона» над обрывом. В полу рядом с купелью — огромная зерновая яма, явно здесь неуместная и, возможно, высеченная раньше устройства крещальни. Вообще создается впечатление, что храм как бы «вторгся» в ранее существовавший пещерный комплекс: вокруг него — пещеры явно древней работы с насечкой на стенах, округло-неправильной формы, расположенные вдоль ведущей в храм лестницы с каменным парапетом, ныне повисшей высоко над землей, так как ее нижняя половина обрушилась.

Чилтер — пещерный монастырь, земли которого включали деревню Мармара (ныне не существует). За Терновкой, также к северу от дороги, издали угадывается по «черным дырам» в отвесной скале значительный по размерам монастырь Чилтер, насчитывающий более 50 пещер, расположенных в 4 яруса. Подъем «в лоб» по весьма крутому склону приводит к нижней галерее почти одинаковых пещер; затем тропа забирается выше, приводя к огромному помещению, вдоль южной стороны которого расположены пять грубо высеченных из цельной скалы колонн, между которыми оставлены каменные перемычки. Почти треть помещения с западной стороны занята «помостом», который некоторые считают гигантской виноградодавильней — тарапаном. Восточный край пещеры обработан в виде небольшого христианского храма с коробовым сводом и апсидой. Вдоль края скалы можно видеть несколько больших зерновых ям с тщательно обработанными стенками, по форме напоминающими внутренность пифоса; внимательно присмотревшись к поверхности скалы, можно увидеть канавки, отводившие дождевую воду от зерновой ямы, направляя ее в рядом расположенный высеченный в скале водоем. Из этой пещеры, напоминающей языческое святилище как размерами, так и «колоннадой», тропа выводит по скале в пещеры верхних ярусов; в самом ее начале наверху виден высеченный в нише крест, в самих же пещерах немало каменных «проушин» на стенах и потолках. Оба монастыря подверглись разгрому во время монголо-татарского нашествия, но, вероятно, продолжали существовать и позднее.

Сандык-Кая. В глубине Бельбекской долины над селом Поляна (Маркур) возвышается скала, несущая руины замка Сандык-Кая. Площадь, охваченная укреплениями, составляет около 2 га. Керамика, найденная на его территории, относится к XIII—XV вв. Этот замок господствовал не только над западной частью верховья Бельбекской долины, но и над перевальной дорогой, соединяющей эту часть долины с Байдарской долиной. Во владения замка Сандык-Кая входили, видимо, деревни Янджу (Путиловка), Коклуз (Богатое ущелье), Маркур (Поляна). Во всех этих деревнях обнаружены следы жизни времен княжества Феодоро. Вполне вероятно, что в этот удел входило и то поселение, остатки которого обнаружены в урочище Ай-Димитрий, находившееся на перевале.

Замок близ села Коккоз. Описание следующего к востоку феодального владения содержится в книге «Дорогой тысячелетий»: «...Под утесом Сююрю-Кая, находящемся в 3—4 км к югу от села Соколиное (Коккоз), где сохранились остатки замка XIII—XIV вв., с четырехугольной башней-донжоном и двойным кольцом оборонительных стен, было расположено поселение с маленькой церковью того же времени. Среди ее развалин найден камень с надписью, в которой упоминается Феодоро. Кроме упомянутого поселения около замка, к этому уделу, вероятно, можно отнести деревню Коккоз (Соколиное). Здесь, как и в районе ряда позднесредневековых деревень, обнаружено кладбище с характерными "однорогими" надгробиями, и остатки одноапсидной церкви во имя св. Николая». В литературе упоминаются также руины церкви и в урочище Дербиза, близ пещеры Данильча-Коба.

Кипия. Самым восточным замком княжества на северных склонах первой горной гряды, видимо, был тот, руины которого находятся на скале Кипия, в 1 км к востоку от нынешнего села Счастливое. Владетелю этого замка могла принадлежать и маленькая крепостца, остатки которой еще заметны у дороги, шедшей из нынешнего села Многоречье к перевалу Лопата-Богаз, по которому можно было попасть на Южный берег в район нынешней Ялты. Можно предположить, что деревни Кучук-Узенбаш (Многоречье), Биюк-Узенбаш (Счастливое) принадлежали феодалу — владетелю замка Кипия.

Бойка. Особый интерес представляет территория плато горы Бойка, которая высится между верховьями реки Бельбек и притоком его — речкой Каралеска. Общая площадь плато составляет примерно 12 кв. км. Подступы к этой площади достаточно защищены и природными условиями и оборонительными сооружениями. Исследователь памятников средневековья на горе Бойка О.И. Домбровский насчитывает на плато остатки шести поселений деревенского типа и ни одного замка. Найденный здесь археологический материал относится к времени существования княжества. К этому же времени относится большой (18×27 м) трехапсидный храм Спаса, расположенный вблизи дороги, идущей с плато в сторону села Нагорное (Мухульдур). Обобщая свои наблюдения над археологическими памятниками Бойки, О.И. Домбровский пишет: «Так как на Бойке, замкнутой со всех сторон, отсутствуют признаки каких-либо внутренних сооружений типа замка или цитадели, можно сделать вывод, что хозяином Бойки являлся большой храм, настоятель которого, вероятно, управлял поселениями урочища, ведал их обороной» и т. д. Бойка как церковно-феодальный удел прожила долго, вплоть до прихода турок. Местная легенда повествует о трудной и долгой осаде Бойки, которая, по словам легенды, была «большим» городом. Известный исследователь средневекового Крыма Н.М. Репников высказал предположение: не является ли Бойка синонимом «почтенной Пойки», упомянутой в одной из надписей Мангупа XIV в.? Тогда легенда относится именно к нему. Быть может, на Бойке была вотчина митрополита Готского, который перенес центр христианской церкви юго-западного Крыма в Успенский монастырь близ Бахчисарая.

Верховья Бельбека. Оставшаяся территория в верховьях реки Бельбек, не вошедшая в перечисленные феодальные вотчины, за исключением плато горы Бойка, по всей вероятности, принадлежала непосредственно князю Феодоро. Этот вывод можно сделать на основании того факта, что феодальных замков XIII—XV вв. на этой территории мы пока не знаем. Вследствие этого можно предположить, что из деревень, вошедших в список турецкого кадылыка, князю Феодоро подчинялись деревни: Ай-Тодор (Гористое), Адым-Чокрак (Истоки), Ходжа-Сала (не существует), Каралез (Красный мак), Кабарта, Карлу (Подлесное), Фоти-Сала (Голубинка), Ени-Сала (Новополье), Гавры (Отрадное), Багатыр, Аиргуль (Солнечноселье) и Татар-Осман (Зеленое). Во многих этих пунктах были видны или открыты раскопками или земляными работами остатки жизни XIII—XV вв. На территории этого удела необходимо выделить земельное владение монастыря, расположенного под юго-восточными обрывами горы Мангуп.

Сюрень Теперь остановимся на комплексе, связанном с Сюреньским укреплением, находящимся в центре северной границы княжества Феодоро. Условная (верхняя) дата росписи, в капелле этого укрепления, устроенной на втором этаже башни — XIII в. Это не противоречит предположению, согласно которому область Сюрени была захвачена татарами на рубеже XIII—XIV вв. Вполне вероятно, что жизнь в этом замке тогда же была окончательно прекращена. Общая площадь замка примерно равна одному гектару.

Та же судьба, вероятнее всего, постигла и небольшой пещерный монастырь, расположенный рядом, западнее укрепления. Сейчас памятник носит название «Чилтер-Коба» или «Джур-Джур-Коба». Ранее он был посвящен св. Федору — этот вывод можно сделать на основании того, что мыс, в котором высечены его пещерные сооружения, на топографических картах называется Ай-Тодор. Этот монастырь, судя по близлежащим к нему памятникам, являлся самостоятельной хозяйственной единицей, но была ли у него своя деревня — сказать трудно. В феодальный комплекс Сюреньского укрепления, вероятно, входили окружавшие его деревни, соответствующие современным селам Танковое (Биюк-Сюрень) и Куйбышево (Албат), а также не существующая деревня на левом берегу Бельбека, напротив села Танковое. Вероятно, Сюреньский феодальный удел отпал от княжества Феодоро до 1475 г., так как в списках турецкого Мангупского кадылыка перечисленные деревни не значатся.

О главных путях сообщения в юго-западном Крыму в литературе высказаны следующие мнения. Главный путь шел из степей Крыма, мимо Мангупа, и далее к Херсону, а позднее заканчивался у Каламиты и ее порта Авлита. На перевал Кебит-Богаз прямого, хорошего пути через свою территорию княжество не имело, хотя сам перевал, вероятно, был в его руках. Не вызывает сомнения, что до перехода Кырк-Орского княжества в руки татар путь к этому перевалу по Качинской долине для феодоритов был вполне доступен, а затем была достигнута соответствующая договоренность с Крымским ханством. Многие дороги, проходившие по территории княжества, вели на Южный берег. Главными перевалами были Мердвен, объединявший Южный берег с Байдарской долиной; перевал в Ласпинскую котловину у горы Мачук, Эски-Богаз, Кебит-Богаз, перевал Гурзуфское седло, Демерджийский перевал и др. Из внутренних дорог могла иметь большое значение перевальная дорога, шедшая из деревни Маркур в Байдарскую долину.

Таким образом, можно сделать вывод, что на территории княжества в XV в. кроме его столицы — города Феодоро и крепости Каламита с портом Авлита, существовало примерно 22—26 феодальных вотчин с их замками и более чем с сотней поселений деревенского типа; одно владение типа аббатства (Бойка с двумя деревнями) и 8 церковно-монастырских владений.

Примерно такой рисуется карта территории княжества Феодоро середины XV в. с его внешней границей, границами феодальных уделов и путями сообщения. Многое здесь достаточно условно и высказано в порядке предположения. Только дальнейшие археологические исследования могут дать более твердую почву для этих предположений.

На Южнобережье не было крупных населенных пунктов, которые могли бы сравниться с Херсоном или Мангупом. Помимо замков существовало множество открытых селений. Очень немногие среди них «дотягивали» до ранга города, или, скорее, бурга: это византийские крепости Алустон и Горзувиты, укрепленные монастыри — Партенит, возможно монастырь св. Ильи в Ласпи. Однако по заселенности, по производимым богатствам побережье вряд ли уступало району юго-западных предгорий с их «пещерными» городами. Неудивительно, что их связывала сеть дорог, шедших через перевалы. «Длинные стены» Главной гряды отгораживали жителей побережья от врагов, но горные проходы, клисуры, бдительно охранявшиеся, в более мирное время превращались в оживленные торговые пути, ведшие в города горной Таврики.

Примечания

*. Кеппен. Крымский сборник, с. 23 и сл.

**. Dubois de Montpéreux F. Voyage... T. VI, p. 94.

1. Домбровский О.И. Указ. соч. — С. 25.

2. Dubois de Montpéreux F. Voyage autour du Caucase, chez les Tcherkesses et les Abkhases, en Géorgie, en Arménie et en Crimee. — A 6 v. — V. 6. — P. 95.

3. Фирсов Л.В. Чертова Лестница. — Симферополь, 1973. — С. 27.

4. Кеппен П.И. Указ. соч. — С. 206—207.

5. Фирсов Л.В. Указ. соч. — С. 50—52.

6. Кеппен П.И. Указ. соч. — С. 199.

7. Сосногорова М.А. Мегалитические памятники в Крыму // Русский вестник. — 1875. — Кн. 7. — С. 278.

8. Шульц П.Н. Таврское укрепленное поселение на горе Кошка // КСИА АН СССР. — 1957. — Вып. 7. — С. 62—69.

9. Кеппен П.И. Указ. соч. — С. 201.

10. Паллас П.С. Путешествие по Югу России. 1794—1799// ЗООИД. — 1881. — № 12. — С. 149.

11. Кеппен П.И. Указ, соч — С. 196.

12. Никитин Г.А. О древних памятниках на горе Крестовой, у села Пещерного и Чертовой лестницы // История и археология древнего Крыма. — Киев, 1957. — С. 332.

13. Плетнева С.А. Хазары. — М., 1986. — С. 10.

14. Кеппен П.И. Указ. соч. — С. 194.

15. Dubois de Montpéreux F. Voyage... — Vol. VI. — P. 65.

16. Dubois de Montpéreux F. Voyage... — Vol. VI. — P. 58.

17. Кеппен П.И. Указ. соч. — С. 178.

18. Dubois de Montpéreux F. Voyage... — Vol. — P. 38.

19. Кеппен П.И. Указ. соч. — С. 227.

20. Там же. — С. 208—209.

21. Бибиков С.Н. Средневековое укрепление Исар близ села Чоргунь // КСИА АН СССР. — Т. 2. — I.; Е., 1939. — N. 30—32.

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь