Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Крыму действует более трех десятков музеев. В числе прочих — единственный в мире музей маринистского искусства — Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского.

Главная страница » Библиотека » С.Н. Ткаченко. «Крым 1944. Весна освобождения»

М.А. Гольденберг. «Нацистский оккупационный режим в Крыму (1941—1944 гг.)»

В апреле—мае 2014 г. крымчане отметят 70-летие освобождения полуострова от нацистских оккупантов и их союзников. И в преддверии этого светлого праздника представляется необходимым обратиться к трагической теме оккупационного режима, установленного врагом в 1941—1944 гг.

Зачем накануне освобождения говорить об этом? Потому, что только знание того, что нес жителям полуострова гитлеровский режим, дает возможность в полной мере оценить значение подвига освобождения. Необходимо обращаться к этой теме и потому, что иные авторы в азарте «пересмотра старых оценок» вольно или невольно скатываются к едва ли не апологетике деятелей оккупационного режима. Итак, что же принесла оккупация крымчанам?

До сегодняшнего дня официальные данные о жертвах среди мирного населения Крыма в годы нацистской оккупации основываются на выводах Чрезвычайной государственной комиссии (ЧГК) по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников, сделанных в 1944—1945 гг.

Согласно документам ЧГК, в 1941—1944 гг. в Крыму были убиты 90 243 мирных жителя и 44 934 военнопленных1. Члены комиссий работали в тяжелых условиях, не могли иметь доступа к немецким документам и отдельные утверждения и оценки ЧГК могут содержать неточности. Естественно, историк имеет право на пересмотр устоявшихся оценок, но только на основании тщательного анализа всей совокупности источников.

Крымский историк Владимир Поляков2 предложил свой взгляд на события 1941—1944 годов. По его мнению, определяя число жертв, нужно опираться на поименные списки погибших. Так, для Симферополя ЧГК определяет число жертв оккупантов примерно в 23 тысячи мирных советских граждан и военнопленных. В. Поляков опирается на поименный список, в котором 1495 симферопольцев, в том числе 1157 евреев и крымчаков, 88 участников Сопротивления и их родственников, 250 заложников (с. 90). Согласно немецким документам, как будет показано ниже, в Симферополе погибло более 12 тысяч евреев и крымчаков. Так что методика В. Полякова несостоятельна.

В лагерях военнопленных, по мнению В. Полякова, всего лишь «отсутствовало надлежащее питание», а не царил голод. И с лагерем уничтожения в совхозе «Красный», в котором нацисты уничтожили как минимум 8 тысяч человек, «...не все однозначно. По информации местных жителей, здесь еще до войны расстреливали сотрудники НКВД» (с. 92). Странно, но местные жители о расстрелах НКВД в «Красном» вспомнили лишь в последние годы, а в 1941 году никто о них не рассказал оккупантам, и те упустили шанс провести громкую пропагандистскую акцию по разоблачению преступлений сталинизма...

Зато экономическую жизнь в городах Крыма оккупанты быстро наладили, работали школы, открылись церкви и мечети. А уж с руководителем генерального округа «Крым» А. Фрауэнфельдом крымчанам просто повезло! По утверждению В. Полякова, он был гуманистом, планировал превратить полуостров в образцовую курортную зону и переселить сюда немецкоязычных жителей итальянского Тироля (с. 99, 109). О том, что «гуманизм» Фрауэнфельда сводился к предложению при тотальной зачистке Крыма от местного населения и заселении его немецкими колонистами оставить в горном Крыму резервацию для татар «из соображения иностранного туризма», преподаватель Крымского инженерно-педагогического института предпочитает не упоминать.

При чтении работы В. Полякова у недостаточно информированного человека складывается впечатление, что нацисты были абсолютным злом лишь для евреев, крымчаков и цыган, подлежавших полному уничтожению. Представителям других национальностей, если они не участвовали в движении Сопротивления, ничего не угрожало. Разве что окажешься в числе заложников... Условия жизни были вполне приемлемы для военного времени благодаря грамотной экономической политике содействия предпринимательству, которая с «одобрением и энтузиазмом была встречена основной массой населения» (с. 109).

Автор «Истории крымских татар» В.Е. Возгрин3 утверждает, что при отступлении в 1941 г. специальные части Красной армии целенаправленно уничтожали все запасы продовольствия, сжигали посевы с целью уморить крымчан голодом и возложить вину на немецкие войска. Взрывали всё — от предприятий до памятников архитектуры. И если бы оборона Крыма продлилась бы дольше, в Крыму «не осталось ничего довоенного» (с. 33—38). В наступившем голоде виноваты исключительно большевики. Если бы Советы не уничтожали запасы, «народ бы не голодал бы. Особенно в городах. А оккупанты в этих продуктах не нуждались... Продуктов у немцев было столько, что появлялись излишки, которые раздавались местному населению, хоть и не часто» (с. 39). К счастью, немцы старались облегчить положение голодающих горожан (с. 60), оказали крестьянам помощь с посевным зерном (с. 64). Чуть позже начали раздавать землю и уже осенью 1942 г. появилось обилие продуктов (с. 67). И если в первые месяцы оккупации зерно стоило 330—350 руб. за кг., то в последний — 4—6 руб. (с. 68).

А если бы сейчас, в XXI веке, действовала «Декларация о введении частной собственности на землю» рейхсминистра А. Розенберга, опубликованная 11.6.1943 г., «все крымские татары имели право на полноценный (не 8, и не 12 соток!) крестьянский участок родной земли в полной своей собственности» (с. 67).

Правда, у Гитлера был план полного удаления из Крыма славянского и другого населения, и частичного — крымско-татарского (с. 41). До момента возвращения в Крым Красной армии подразделения Оперативной группы Д успели уничтожить 130 тысяч крымчан, в том числе десятки тысяч крымских татар (с. 55). Впрочем, в другом месте число жертв среди крымских татар уже определяется в 12 тысяч человек. А причиной их гибели оказались действия партизан, не наносивших существенного ущерба оккупантам. «Из-за партизан все горе было — немцы ведь из-за них деревни жгли и людей убивали» (с. 73). Нацистами были уничтожены цыгане, 40 тысяч евреев и около 6 тысяч крымчаков (с. 76—77).

В.Е. Возгрин полагает, что число жертв коммунистического режима в 20—30-е годы среди крымских татар «превышает число погибших в ходе германских карательных акций на два или более порядка» (с. 151). Вывод: «неправомерно забывать о таком результате оккупации, как полное прекращение размахов колеса сталинских репрессий, которые бы потребовали не сотен, а тысяч и десятков тысяч жизней крымских татар за тот краткий период времени, который длилась оккупация... безусловно, оккупация относится к отрицательным событиям в жизни народа... но вот степень этой «отрицательности» невозможно определить без сравнения со схожими событиями в хронологически схожий период времени...» (с. 152).

Правда, в случае победы Германии крымских татар в самом лучшем случае ожидала судьба развлекающих туристов туземцев в резервации горной части Крыма, как предлагал Фрауэнфельд. Адольф Гитлер еще в июле 1941 г. предполагал очистить Крым полностью, не делая исключения для крымских татар, как пытается уверить читателей профессор Санкт-Петербургского университета. Но если факты не укладываются в схему, то тем хуже для фактов. И В.Е. Возгрин утверждает, что Фрауэнфельд «был энтузиастом идеи возрождения крымских татар в качестве культурной нации» (с. 46). Манипулируя фактами и зачастую их фальсифицируя, В. Возгрин старается подвести читателя к мысли, что нацистская оккупация была если и не абсолютным благом для крымско-татарского народа, то уж точно меньшим злом по сравнению с советской властью. Следовательно, изгнание оккупантов — отнюдь не повод для радости...

В предлагаемой статье автор попытается дать ответ на вопросы о числе жертв оккупантов среди крымчан, о том, какая судьба ожидала жителей полуострова и почему планы нацистов так и не были полностью реализованы. На истину в последней инстанции не претендуем и будем благодарны за конструктивные замечания.

О численности и составе жертв оккупантов в ноябре 1941 г. — первой половине 1942 г. есть данные Айнзацгруппы Д. С 16 ноября по 15 декабря 1941 г. ее подразделения расстреляли «17 645 евреев, 2504 крымчака, 824 цыгана и 212 коммунистов и партизан. С 15 по 31 декабря 1941 г. убито 3176 евреев, 85 партизан, 12 «грабителей» и 122 партийных функционера». С 1 по 15 января 1942 г. подразделения группы Д расстреляли 685 евреев и 1639 коммунистов и партизан. С 15 по 31 января 1942 г. был расстрелян «3601 человек, в том числе 3206 евреев, 152 коммуниста, члены НКВД, 84 партизана и 79 грабителей, саботажников, асоциальных».

В феврале — марте 1942 г. подразделения группы Д уничтожили 6477 человек, в том числе 2915 евреев, 1503 коммуниста, 519 партизан и 1504 цыгана, «саботажника, грабителя, психически больных и асоциальных».

На 1 апреля 1942 г. число жертв группы Д достигло 91 678 человек.4 Учитывая, что до середины ноября 1941 г. были убиты 54 696 человек, а с середины ноября 1941 г. до апреля 1942 г. вне Крыма убиты примерно 2000 человек, в Крыму погибли примерно 35 000 человек.

К августу 1942 г. число жертв группы Д на территории полуострова превысит 40 тысяч человек, в том числе примерно 25.000—28.000 евреев и крымчаков и более 1000 цыган.

Из того факта, что абсолютное большинство жертв оккупантов в Крыму в 1941 — первой половине 1942 г. составляли евреи, крымчаки и цыгане отнюдь не следует, что крымчане иных национальностей находились в безопасности.

Еще в мае 1941 г. германский экономический штаб «Ольденбург» принял следующее решение:

«1. Войну можно продолжать только в том случае, если все вооруженные силы на третьем году войны будут снабжаться продовольствием за счет России.

2. При этом несомненно погибнут от голода десятки миллионов человек, если мы вывезем из страны все необходимое для нас»5.

В ноябре 1941 г. рейхсмаршал Герман Геринг заявил министру иностранных дел Италии Чиано: «В этом году в России умрет от голода 20—30 миллионов человек. Может быть, даже хорошо, что так произойдет, ведь некоторые народы необходимо сокращать... В лагерях военнопленные уже едят друг друга»6.

20 ноября 1941 г. командующий 11-й армией Эрих фон Манштейн издал приказ № 2379/41, один из пунктов которого гласил: «Продовольственное положение на Родине требует, чтобы войска кормились продовольствием оккупированных областей и, более того, чтобы как можно большие запасы были переданы для потребления на Родине. В особенности в городах противника большая часть населения должна будет голодать. Невзирая на это, ничто из того, что было пожертвовано Родиной ради нас, не должно быть из ложного чувства человечности отдано военнопленным или населению, если они не находятся на службе у германских вооруженных сил...»7

Результатом спланированного голода стала гибель к февралю 1942 г. около 2 миллионов советских военнопленных. Это ⅔ из числа узников лагерей8!

Жители городов Крыма, как и Украины, до конца 1941 г. не получили ничего. Лишь с конца декабря в Симферополе, о чем сказано выше, стали выдавать зерно, залитое керосином, а в Ялте — испорченную муку из захваченных партизанских баз9. Городское население выживало за счет созданных до оккупации запасов. Многие голодали. Особенно трудно пришлось жителям Ялты.

В Феодосии только с 1 января 1942 г. планировалось выдавать по 200 грамм хлеба в день, но только работающим.

Только после того, как нацисты осознали факт провала «блицкрига» и то, что война приобретает затяжной характер, городское население оккупированных областей стали хоть как-то снабжать продовольствием.

Можно смело утверждать, что только героическая борьба Красной армии предотвратила гибель от голода десятков миллионов жителей европейской части СССР, в том числе и крымчан.

Следует отметить, что Крыму нацисты уделяли особое внимание. На совещании руководства Третьего рейха 16 июля 1941 г. Адольф Гитлер сказал, что полуостров «необходимо очистить от всех чужаков и заселить германцами».

В декабре 1941 г. Гитлер заявил министру оккупированных восточных территорий Розенбергу, что «Крым должен быть полностью очищен от негерманского населения», а после окончания войны и решения вопроса с населением переименован в Готенланд. Альфред Розенберг предложил переименовать Симферополь в Готенбург, а Севастополь — в Теодорихсхафен (гавань Теодориха, в честь одного из царей древнегерманского племени готов)10.

28 декабря 1941 г. за убийство одного немецкого солдата под Керчью в Багеровском рву расстреляны 280 мужчин из поселка Самострой, в том числе 40 крымских татар. Были убиты оккупантами перед оставлением города заключенные керченской тюрьмы. При отступлении из Керчи в деревне Кият Ленинского района расстреляны 136 советских военнопленных11.

В Евпатории в ходе боев с советским десантом 7 января 1942 г. оккупантами были расстреляны 1306 «партизан, штатских и солдат в штатском». В действительности это были не партизаны, а, согласно отчету инспектора военной администрации Зимона, представители «мужского населения Евпатории — кроме татар — за доказанное участие в уличных боях на стороне русских... (казненные) чтобы дать населению Крыма предостерегающий пример»12. Участие в боях никто не проверял, эти евпаторийцы просто попали в облаву.

В газете «Голос Крыма» за 11 января 1942 г. появилось обращение «От немецкого главнокомандования населению Крыма»: «...часть жителей города Евпатории... приняла участие вместе с советскими войсками в открытом бою против немецких войск.

Вследствие такого нечестного поведения эта часть жителей г. Евпатории лишила себя защиты международного права. Виновные были подвергнуты жестокому наказанию: их расстреляли, а дома жителей разрушили».

15 января в «Голосе Крыма» появилось обращение коменданта Симферополя к жителям города: «Убийство даже одного немецкого солдата красною сворою будет оплачено смертью многих из вас».

Жители Ялты также подверглись массовым репрессиям. 14 января оккупанты, опасаясь высадки советского десанта, арестовали мужчин от 17 до 50 лет. По свидетельствам очевидцев, были отделены необходимые специалисты и работники, в частности рыбаки, крымские татары. Остальные 1500 мужчин были «для обеспечения продовольствием эвакуированы» в лагерь военнопленных в Симферополь, где свыше 500 человек умерли от голода и болезней. Выживших ялтинцев летом 1942 г. отпустили13. Подчеркнем, что факт более осторожного отношения оккупантов к крымским татарам является проявлением извечной тактики захватчиков «разделяй и властвуй», не более и не менее.

С провалом «блицкрига» нацисты были вынуждены отложить реализацию планов «очистки» восточных территорий от «недочеловеков» до разгрома Красной армии. Разработка известного плана «Ост» — отдельная большая тема.

Уничтожение «расовых врагов» — евреев, крымчаков, цыган, включая детей от смешанных браков, продолжалось вплоть до изгнания оккупантов.

Но с реализацией связанных с Крымом планов Адольф Гитлер спешил. Вдохновленный успехами немецкой армии, в начале июля 1942 г. он подписал директиву, согласно которой выселение из Крыма русских должно было начаться уже сейчас, а украинцев и татар — чуть позже14.

Однако против выступил руководитель Управления по экономике вооружений генерал Георг Томас, утверждавший, что немедленное выселение большинства жителей полуострова приведет к экономическому краху региона.

К сентябрю руководство Рейха пришло к выводу о преждевременности перемещений населения до окончания войны, о чем в начале сентября 1942 г. генерала Томаса проинформировал глава Управления по Четырехлетнему плану и председатель совета министров по делам безопасности Рейха рейхсмаршал Геринг15.

Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, как и Гитлер, придавал колонизации Крыма большое значение. На совещании начальников СС и полиции 9 июня 1942 г. он заявил: «Война не имела бы смысла, если бы после нее Чехия и Моравия, немецкие восточные территории — юго-восточная Пруссия, Данциг, Западная Пруссия, область Варты, Верхняя Силезия, генерал-губернаторство, восточные земли, Крым и Ингерманланд — не были в течение 20 лет полностью колонизованы немцами, и притом только по расовому принципу, по принципу крови». 12 января 1943 г. Гиммлер вновь подчеркнул, что ряд территорий, в том числе «весь Крым и Таврия, должны быть полностью онемечены или же полностью колонизованы».

Сталинградская катастрофа вынудила Гитлера приказать прекратить разработку планов, рассчитанных на отдаленные послевоенные сроки. Однако Фрауэнфельд даже летом 1944 г. носился с идеей германизации Крыма16.

Читатель может сам оценить теперь соответствие исторической правде утверждений В.Е. Полякова и В.Е. Возгрина.

Анализ первичных документов ЧГК, хранящихся в Государственном архиве РФ, позволяет восстановить картину преступлений оккупантов в городах и районах Крыма.

Симферополь

В 1939 году в столице Крымской АССР проживало 142 634 жителя, в том числе 22 791 еврей и крымчак — Уз всех евреев Крыма17. Те, кто не успел эвакуироваться, были расстреляны 9—13 декабря 1941 г.

Акт городской ЧГК от 01.11.1944 г. о гибели тысяч людей лишь бегло упоминает: «Симферополь пережил страшный еврейский погром, фашистские палачи гнали людей к сборным пунктам, как стадо животных, несмотря на душераздирающие крики, а потом вывозили несчастных к противотанковым рвам и там их расстреливали. Также зверски истреблялись крымчаки»18.

Общее число жертв по городу в 1941—1944 гг. — «около 23-х тысяч советских граждан и военнопленных, в число которых не входят массовые истребления советских граждан еврейской национальности, цыган и крымчаков»19. Таким образом, вопрос о числе жертв Акт оставляет открытым, лишь перечисляя злодеяния нацистов: уничтожение 12 тысяч военнопленных, 8 тысяч мирных граждан в лагере в совхозе «Красный», в который свозили патриотов со всего Крыма, 740 душевнобольных и т.д.20

Тем больший интерес представляют акты ЧГК районов Симферополя — Городского и Железнодорожного.

Акт по Городскому району от 10 октября 1944 г. отмечает расстрел 50 заложников в ноябре 1941 г., 6 человек за хранение пороха, 20 подпольщиков и далее — рассказ о приказах нацистов евреям носить знак в форме шестиконечной звезды, о сборе «на переселение» и о расстреле в декабре 1941 г. 10 600 евреев и 1500 крымчаков21.

Акт по Железнодорожному району от 6 октября 1944 г. дает число жертв 6945 человек, в том числе более 6 тысяч военнопленных, 704 душевнобольных, 157 патриотов и 6 представителей интеллигенции22.

Названное комиссией Городского района общее число расстрелянных евреев и крымчаков — более 12 тысяч человек — практически совпадает с данными немецких документов, согласно которым в Симферополе прошло регистрацию примерно 9700 евреев, и всего в декабре 1941 г. казнено 12 тысяч евреев и крымчаков. Кроме того, в январе—феврале 1942 г. были схвачены и казнены еще более 300 евреев23.

По всей видимости, руководство симферопольской городской ЧГК посчитало недопустимым признать, что евреев и крымчаков в одном Симферополе погибло на 4 тысячи человек больше, чем в лагере в совхозе «Красном» патриотов почти со всего Крыма, и проигнорировало данные Акта по Городскому району.

Если в подготовленную еще до освобождения полуострова в апреле 1944 г. книгу «Немецкие варвары в Крыму» вошли очерки Д. Марычевой, С. Сувора и Н. Полякова, рассказывавшие о трагедии евреев и крымчаков Симферополя, детей от смешанных браков24, то к осени 1944 г. обстановка изменилась...

Жертвами нацистского террора в Симферополе в 1941—1944 гг. стали более 12 тысяч евреев и крымчаков, неизвестное число детей от смешанных браков, примерно 800 цыган25, более 700 душевнобольных26, 50 заложников27.

Утверждение городской ЧГК о 1952 мирных гражданах, расстрелянных нацистами (помимо евреев, крымчаков, цыган), проверить сложно. От 336 до 700 человек были казнены в 1942—1943 гг. в Курцовской балке28.

Примерно 8 тысяч крымчан всех национальностей погибли в концлагере в совхозе «Красный».

Данные ЧГК о гибели примерно 12 тысяч советских военнопленных нуждаются в дальнейшем исследовании.

Севастополь

Согласно акту городской ЧГК от 3 июля 1944 г., население Севастополя понесло наибольшие потери в Крыму: расстреляно 10 463 человека, замучено 8000, угнано в Германию 42 600 человек29.

Из 18463 расстрелянных и замученных — 4200 евреев и крымчаков30.

Однако к моменту падения Севастополя (5 июля 1942 г.) в городе оставалось 36000 жителей31, а сразу после освобождения 10787 человек32. Таким образом, цифры Акта просто фантастичны.

В 1939 г. в Севастополе проживало 5640 евреев и крымчаков33. К ноябрю 1941 г. города Крыма покинуло примерно 50% еврейского населения34, а из Севастополя эвакуация продолжалась вплоть до падения города в июле 1942 г. М.Г. Казарновская, жена еврея, заявила ЧГК, что видела сотни собранных нацистами евреев35. Другие очевидцы говорили о 1500 расстрелянных евреях36, а бывший начальник полевой жандармерии Эрнст Шреве заявил о 1200 жертвах37. Судя по всему, ближе всех к истине именно утверждение Шреве, а не произвольные цифры ЧГК.

Также не находит подтверждения общее число расстрелянных 10 463 человека. В многочисленных показаниях свидетелей говорится об убийствах пленных, арестах коммунистов и лиц, хранивших оружие, а также уничтожавших имущество перед падением города. Священник Степан Желтиков, проживший в оккупированном Севастополе 13 месяцев, свидетельствует, что массовые аресты начались в ноябре 1943 г., до этого они проводились лишь эпизодически38. Священник Пекарчук в своем дневнике также не упоминает массовых арестов и казней жителей города после гибели евреев в июле 1942 г.39 Авторы Акта ЧГК смогли назвать лишь один массовый расстрел жителей неевреев: весной 1944 г. в Юхариновой балке были казнены 63 подпольщика40.

В число замученных ЧГК включила 3 тысячи севастопольцев, сожженных нацистами в Инкерманских штольнях при взятии города 30 июня 1942 г., и 5 тысяч узников севастопольского лагеря СД и тюрем, предположительно утопленных в море в декабре 1943 г.41

Не затрагивая запутанного вопроса инкерманской трагедии, отметим лишь, что в вышедшей в 2001 году работе о последних днях обороны Севастополя этот эпизод отсутствует42.

Согласно показаниям переводчицы СД Т.В. Матчанбаевой, в конце 1943 г. в севастопольском лагере и тюрьме всего содержалось 500 человек, из них 200 были морем отправлены в концентрационный лагерь Бухенвальд43. По мнению автора, показания Матчанбаевой заслуживают доверия, так как приведенные ею сведения о расстреле тысячи узников лагеря в совхозе «Красном» в ноябре 1943 г. подтверждаются рассказом уцелевшей узницы Людмилы Новиковой44.

Немало мирных жителей Севастополя погибли в ходе боев за город в 1941—1942 гг. и весной 1944 г., когда нацисты использовали людей в качестве живого щита при эвакуации войск из Крыма. Но если говорить о жертвах немецких карательных органов, то их число в Севастополе вряд ли превышает 3—5 тысяч человек, в том числе 1200—1500 евреев и крымчаков.

Керчь

О преступлениях нацистов в Керчи мир узнал уже в январе 1942 г. из ноты наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова, в которой говорилось о расстреле 7 тысяч мирных граждан в Багеровском рву45. Здесь 1—3 декабря 1941 г. были убиты керченские евреи. По немецким документам их было примерно 2500 человек46.

Акт ЧГК от 12 июня 1944 г. зафиксировал страшную участь евреев: «Евреи уничтожались с особым ожесточением. Их немцы ставили вне закона. Евреи были обязаны носить отличительные знаки на рукаве, и подвергались особым унижениям и оскорблениям. Немецкие палачи истребили все еврейское население города»47.

Но в Акте от 24 августа 1944 г. осталось только последнее предложение48.

28 декабря 1941 г. были арестованы и на следующий день расстреляны цыгане49, но в Акте о них не упоминается. Вместе с цыганами были убиты 273 мужчины из поселков Камыш-Бурун и Старый Карантин, несколько схваченных накануне евреев50. Еще 300 керчан были убиты при отступлении нацистов из Керчи 30 декабря 1941 г.51 В конце мая 1942 г. Керчь была оккупирована вторично, а спустя месяц нацисты уничтожили примерно 400 крымчаков52 и стали забирать лиц, состоявших в смешанных браках, и тех, кто укрывал евреев53.

Пострадало и нееврейское население — многие сотни жителей были расстреляны в Еникале, Рудниках, Самострое при взятии в мае 1942 г., часть мужского населения помещена в лагерь под Феодосией54. Немало керчан, укрывшихся в Аджимушкайских каменоломнях, погибли при газовых атаках нацистов против воинов подземного гарнизона.

Однако утверждение городской ЧГК, что «массовое истребление населения в период второй оккупации приняло еще более систематический характер»55, чем в 1941 г., не подтверждается показаниями свидетелей. Так, согласно показаниям Кузьменко Т.С., находившейся в керченской тюрьме с 10 января по 20 июля 1943 г., за это время были казнены около 50 человек: подпольщики, активные коммунисты, две женщины-еврейки с детьми, дети от смешанных браков, евреи-военнопленные и лица, похитившие имущество германской армии.

В лагерь под Симферополь была отправлена группа девушек, активно помогавших Красной армии в декабре 1941 — мае 1942 г.56 Таким образом, остается согласиться со словами керчанина А.И. Зайцева: «Мне не приходилось быть свидетелем таких зверств, как с еврейским населением»57.

Общее число жертв среди мирных керчан Акт определил в 14 687 человек, в том числе 7 тысяч погибших в Багеровском рву58. Очевидно, эта цифра сильно завышена.

В общей сложности в Керчи жертвами карательных органов нацистов стали примерно 3 тысячи евреев и крымчаков, некоторое число цыган и 2,5—3 тысячи мирных жителей иных национальностей.

Евпатория

По утверждению городской ЧГК (Акт от 01 октября 1944 г.), нацисты уничтожили в Евпатории 12 150 человек59.

23 ноября 1941 г., после двухдневного заключения, расстреляны 650 евреев60. Несколько позже нацисты приказали зарегистрироваться крымчакам. После регистрации люди разошлись по домам. Вскоре на них сделали облаву и расстреляли 150 человек61.

Кроме того, в ноябре—декабре 1941 г. были казнены сначала 30, а потом 90 русских мужчин — как заложники62.

В январе 1942 г. за помощь советскому десанту были расстреляны 3 тысячи мужчин63 (по немецким документам — 1306 человек)64.

В показаниях свидетелей содержатся и сведения о судьбе цыган: после уничтожения крымчаков появился приказ о регистрации цыган, те приказа не выполнили. Тогда нацисты устроили облаву на цыган и казнили всех схваченных65. В Акте ЧГК цыгане не упоминаются.

В заявлениях евпаторийцев массовые репрессии после января 1942 г. не фиксируются. Были уничтожены несколько семей за помощь десантникам, отказ от работы66. Нацисты искали и убивали скрывавшихся евреев и тех, кто их прятал. Так, уже в январе 1943 г. был расстрелян еврей Виктор Берлинбле67. Казнен по обвинению в помощи евреям Н.В. Иванов, заведующий подсобным хозяйством68.

Вряд ли будет ошибкой, если мы определим общее число жертв оккупантов среди мирных жителей Евпатории в 3000—3500 человек, в том числе 800—900 евреев и крымчаков. Названная же ЧГК цифра в 12 150 человек совершенно произвольна.

Феодосия

Феодосийская ЧГК определила общее число жертв нацистов в городе — 8 тысяч человек, причем в Акте от 20 июня 1944 г. даже нет слов «еврей» и «крымчак». Так, 4 декабря 1941 г. были расстреляны «около 2-х тысяч советских граждан». Это были евреи, по немецким документам, примерно 800 человек69.

12 декабря 1941 г. были расстреляны 245 крымчаков70, но о них в Акте нет ни слова.

В конце декабря 1941 г. число жертв среди евреев достигло 917 человек71, еще по меньшей мере 131 еврей был уничтожен после вторичной оккупации города 17 января 1942 г.72

В общей сложности в Феодосии, согласно немецким документам, нацисты уничтожили только в 1941—1942 гг. 1300 евреев и крымчаков.

Заявления свидетелей сообщают о расстреле 25 июля 1942 г. около 100 человек, в числе которых были женщины и дети. Кто были эти люди — неясно. В последующие месяцы, вплоть до июля 1943 г., фиксируются эпизодические расстрелы у противотанкового рва. На месте казней жители находили котелки, шинели, флотские тельняшки73. Судя по этим находкам, жертвами казней лета 1942 — лета 1943 г. были в основном военнопленные и партизаны.

Кроме того, 10 февраля 1942 г. в порту нацисты расстреляли толпу жителей, пришедших за хлебом74.

В заявлениях феодосийцев в ЧГК упоминаются евреи, погибшие уже в 1943—1944 гг. Так, летом 1943 г. расстрелян сын еврея — Борис Шварц75, а в феврале 1944 г. — еврейка Мария Жога76. Сведений о массовых казнях заложников в заявлениях нет. Всего в Феодосии жертвами нацистов стали примерно 2—2,5 тысячи мирных жителей, в том числе 1300 евреев и крымчаков. Что касается фигурирующей в Акте от 20 июня 1944 г. цифры в 8 тысяч жертв, то она была получена следующим образом. Чудом уцелевшая 12 декабря 1941 г. крымчанка Анна Ашкенази, 1926 г.р., назвала явно фантастическое число жертв декабрьских расстрелов — 8 тысяч человек77. Составители же Акта исказили слова Анны Ашкенази таким образом, якобы 8 тысяч мирных жителей расстреляны за весь период оккупации78.

Ялта

Акт ялтинской городской ЧГК отмечается наиболее подробным рассказом о страданиях и гибели евреев города 18 декабря 1941 г. Они были расстреляны после двухнедельного заключения в гетто. Приводится и текст приказа начальника зондеркоманды 11а евреям Ялты79.

По данным Акта, в Ялте погибло 3500 мирных жителей, в том числе 1500 евреев80.

Учитывая, что в 1939 году в Ялте проживало 2060 евреев81 и примерно 50% из них успели эвакуироваться, число жертв представляется завышенным. Более правдоподобен рассказ А.И. Пономарева, бывшего свидетелем вывоза евреев на расстрел, о приблизительно 800 погибших 18 декабря 1941 г.82

В последних числах декабря 1941 г. началось истребление евреев, состоящих в смешанных браках, и их детей83.

После десантов в Керчи и Феодосии нацисты опасались высадки советских войск в Ялте и 14 января 1942 г. угнали 1300—1500 мужчин в возрасте от 17 до 55 лет в лагерь «Картофельный городок» под Симферополем. К июлю 1942 г., когда ялтинцы были освобождены, более 500 человек погибли от голода и болезней84.

Кроме евреев жертвами нацистов в Ялте, по утверждению городской ЧГК, стали около 900 мирных ялтинцев, не считая погибших в «Картофельном городке». Точность этих сведений проверить сложно, так как число жертв выведено из объема захоронений, а не из показаний очевидцев85.

Видимо, общее число жертв среди мирного населения Ялты, включая погибших в «Картофельном городке», примерно 2000 человек. Численность жителей Ялты, погибших от голода в первые месяцы оккупации в самом городе, определить пока невозможно.

Бахчисарайский район

Районная ЧГК определила число расстрелянных мирных жителей в 5000 человек86. В материалах комиссии перечисляются населенные пункты района с указанием числа погибших — это мирные жители, расстрелянные и сожженные за помощь партизанам. В общей сложности 645 человек87.

Согласно немецким документам, в Бахчисарае 13 декабря 1941 г. СД расстреляно 90 евреев88, а в июле 1942 г. в лагере военнопленных «Толе» были убиты 1029 евреев и 18 крымчаков, в основном воинов, плененных при падении Севастополя89.

Таким образом, названное в Акте ЧГК число погибших жителей города и района явно произвольно и многократно завышено. Общее количество жертв мирных жителей по Бахчисарайскому району вряд ли составляет многим более тысячи человек, не считая военнопленных. Доля евреев среди них незначительна — это 90 человек, расстрелянных в декабре 1941 г., и некоторое число евреев, в основном детей, которых выявляли на протяжении всего периода оккупации. Так, в первых числах апреля 1944 г. в селе Эски-Юрт сотрудники ГФП-312 расстреляли Сашу (11 лет) и Таню (8 лет) Шварцман90, в городе Бахчисарай в эти же дни убита группа из 27 схваченных при облаве еврейских детей91.

Джанкойский район

Общее число жертв среди мирных жителей, согласно Акту ЧГК от 08 октября 1944 г., 5182 человека92.

Как заявил священник Степан Желтиков: «В ноябре 1941 г. евреи были арестованы, их заставили убирать камни и развалины. Работали преимущественно женщины, голодные и изможденные, под охраной полиции. Если кто-нибудь пытался передать им сухари, охрана избивала. Так продолжалось 2—3 недели. Затем целый месяц каждое утро расстреливали евреев. Детей, как мне сообщили, травили»93.

Согласно немецким документам, гетто в Джанкое было ликвидировано 30 декабря 1941 г. путем расстрела 443 его обитателей94.

По словам А.С. Подгорной, в январе 1942 г. было расстреляно 720 евреев95, Д.А. Пантелеев сообщил о казни примерно тысячи человек в начале февраля 1942 г.96 Скорее всего, во всех случаях имеется в виду один и тот же расстрел.

В Донесении о событиях в СССР № 184 от 23 марта 1942 г. упоминается задержание в районе Джанкоя 241 еврея97.

Некоторое число евреев, пытавшихся покинуть Крым, были схвачены и убиты в Джанкое в декабре 1941 г. — феврале 1942 г. Об одном из таких расстрелов скрывавшихся рассказал чудом выживший еврей из Симферополя И.И. Сирота98.

В общей сложности в Джанкое и районе погибло, видимо, более 700 евреев. Кроме того, в феврале или марте 1942 году были умерщвлены в «душегубке» 200—300 цыган99.

В последующие месяцы материалы ЧГК фиксируют эпизодические казни мирных граждан: 17 апреля 1943 г. расстреляны 18 человек100. В январе—феврале 1944 г. расстреляны как минимум 105 мужчин, женщин и детей101.

Таким образом, названное Актом от 08.10.1944 г. число жертв завышено. В 1941—1944 гг. погибло в Джанкое и районе примерно 1500—2000 мирных граждан, в том числе более 700 евреев.

Карасубазар (Белогорск)

В Акте городской ЧГК от 13 мая 1944 г. подробно описывается расстрел 62 евреев в декабре 1944 г. и особенно детально — удушение в машинах-душегубках 468 крымчаков 17—18 января 1942 г. Уничтожение крымчаков названо самым крупным злодеянием оккупантов102.

В другом Акте, датированном тем же числом и месяцем, лишь констатируется: «Сразу же после занятия города Карасубазара фашистскими войсками немецко-румынские палачи приступили к массовому истреблению еврейского и другого советского народа города и района». Слово «крымчак» в акте вовсе отсутствует, а общее число жертв среди жителей города и района в 1941—1944 гг. определено в 2600 человек103.

В действительности в Карасубазаре погибло 76 евреев и 468 крымчаков. Число жертв среди нееврейского населения составляет, в том числе погибших в концлагере в совхозе «Красный», до тысячи человек, включая 36 жителей деревни Фриденталь, сожженных вместе с домами в ноябре 1943 г.104

Колайский район

Согласно Акту районной ЧГК жертвами нацистов стали 1084 мирных жителя105. «Немецко-фашистские захватчики убивали за принадлежность к еврейской и цыганской национальностям, за принадлежность к советскому и партийному активу, за связь с партизанами, убивали и без всяких мотивов»106.

Как явствует из материалов дела, почти все жертвы — евреи. В списке расстрелянных из 592 человек — 4 русских, 79 цыган и 513 евреев107.

В январе 1942 г. в деревню Майфельд были согнаны евреи из колхозов им. Свердлова, Най-Вег, Фрилинг, Фрайлебен, Октябрь, Спартак, Элиндорф, им. Калинина якобы для переселения в Херсон. Спустя приблизительно две недели все евреи, более тысячи человек, были расстреляны в винограднике108.

Если в Акте от 29 ноября 1944 г. палачами названы немцы, то свидетели не столь категоричны. По словам Кузьмы Терешина, сгоняла людей в Майфельд «немецкая оккупационная власть под руководством Чернявского — начальника гестапо г. Керчи»109. Горбачев Андрей: «Расстрел производила полиция г. Керчи и гражданин поселка Колай Скляровенко»110.

Имеются нуждающиеся в уточнении данные об активном содействии прибывшим из Керчи палачам местных жителей Ивана Пашко и Григория Костенко111.

В 1957 году Крымским областным судом был приговорен к высшей мере наказания бывший керченский полицейский Козлов. В январе 1942 г., после оставления нацистами Керчи, Козлов с пятнадцатью полицейскими прибыл на станцию Колай в село Майфельд, где лично участвовал в массовом расстреле согнанных им с помощью группы полицейских в здание школы сотен советских граждан, то есть евреев112.

В Майфельде члены вспомогательной полиции если не проводили расстрел своими силами, то приняли в нем активное участие, в отличие от других городов и сел полуострова, где роль полиции сводилась к оцеплению мест казни.

В апреле—мае 1942 г. в селах Алач, Тюп-Кенегез и Караджихат были расстреляны 84 цыгана113.

Фрайдорфский район

В 1939 г. в районе проживало 2200 евреев114. Согласно материалам районной ЧГК, нацистами были уничтожены 854 человека, из них 829 евреев115. Одна женщина была расстреляна за связь с партизанами116, и 24 жителя села Отеш 2 октября 1943 г. — за убийство неизвестным офицера СД117. Кроме того, спустя два или три дня после расстрела 15 ноября 1941 г. 93 евреев в селе Перецфельд, не вынеся шока, повесилась учительская чета118.

Лариндорфский район

В 1939 г. в районе проживало 3492 еврея119. Согласно материалам районной ЧГК, в районе уничтожено 372 мирных жителя120. Среди жертв двое русских — председатель колхоза из села Айбары и его жена, расстрелянные в ноябре 1941 г.121, все остальные — евреи, убитые с ноября 1941 по июнь 1942 г..

Интересно сообщение жительницы села Фрунзе Рожковской: убив в феврале 1942 г. местных евреев, нацисты предупредили население о том, что под страхом смерти нельзя говорить о расстреле евреев. Нужно говорить об отправке их в Джанкой на работу122.

Бросается в глаза существенная разница между численностью еврейского населения районов бывших национальных перед войной и числом жертв по данным ЧГК, особенно в Лариндорфском районе. Согласно воспоминаниям Евсея Гопштейна, имевшего в ноябре 1941 г. доступ к результатам регистрации евреев Симферополя, в город «хлынуло население еврейских деревень Фрайдорфского, Лариндорфского района, Евпатории... Здесь они считали, что будут в своей среде, в гуще еврейской общины...»123

Видимо, именно в оттоке еврейского населения из сел в города следует видеть объяснение столь большого разрыва между данными районных ЧГК и предвоенной статистики.

На вышеназванные города и районы приходится, по данным ЧГК, более 82 тысяч жертв из общего числа в 90 243 по полуострову. В действительности число жертв вряд ли превысило 50 тысячи человек.

В целом по Крыму жертвами нацистских карательных органов и вермахта стали примерно 55 тысяч мирных жителей, в том числе 25—27 тысяч евреев и крымчаков124, примерно 2 тысячи цыган. Погибло примерно две-две с половиной тысячи евреев-военнопленных. Что касается содержащейся в «Донесении о событиях в СССР № 145 от 12.12.1941 г. оценке числа евреев в Крыму в 40 тысяч человек125, то она оказалась завышенной и не находит подтверждения в иных источниках.

Первичные материалы городских и районных ЧГК позволяют выделить основные этапы в карательной политике нацистов на Крымском полуострове.

На первом этапе (ноябрь 1941 — июль 1942 г.) уничтожались евреи, крымчаки и цыгане. Уже в ноябре—декабре 1941 г. были расстреляны евреи в городах Крыма, кроме Севастополя. В последних числах декабря настала очередь евреев, состоявших в смешанных браках, и детей от этих браков. По Ялте аресты таких семей начались 23 декабря 1941 г.126, в Симферополе — в январе—феврале 1942 г.127. Идет поиск и уничтожение советского и партийного актива. В ноябре—декабре 1941 г. в Симферополе, Евпатории были казнены несколько групп заложников по 30—50 человек в каждой. В связи с высадкой советских десантов и активизацией партизан начинаются массовые казни нееврейского населения. 29—30 декабря 1941 г. расстреляны сотни керчан при оставлении города, еще большее число людей были убиты при повторной оккупации Керчи в мае 1942 г. 7 января 1942 г. расстреляны 1306 евпаторийцев, помещены в лагеря 1300 мужчин из Ялты (из них 500 погибло) и неизвестное число из Керчи. За помощь партизанам в феврале 1942 г. сожжен поселок Чаир (расстреляно 14 человек)128, а чуть позже — деревня Лаки (убито 40 человек)129.

Стараясь привлечь на свою сторону крымско-татарское население, нацисты не подвергают его репрессиям при акциях в январе 1942 г.130

В Симферополе голодом и в «душегубках» умерщвлено более 700 психически больных. Неизвестное число душевнобольных убито в Александровке под Карасубазаром в марте 1942 г.

Первый этап террора, начавшийся расстрелом 93 евреев в селе Перецфельд 15 ноября 1941 г., завершился уничтожением 1200—1500 евреев Севастополя в июле 1942 г. Всего в эти месяцы жертвами нацистов стали более 30 тысяч крымчан.

На втором этапе (июль 1942 — октябрь 1943 г.) масштаб репрессий резко уменьшается. Массовые расстрелы в документах не фиксируются. Идет поиск скрывающихся евреев и крымчаков, подпольщиков, советско-партийного актива. Часто арестованных патриотов не расстреливают, а помещают в лагеря СД в совхозе «Красный» и под Севастополем. Согласно показаниям выживших узников (Н.Г. Чубаревой и Л.И. Новиковой)131, расстрелы в «Красном» происходили эпизодически, но заключенные массами погибали от болезней и непосильного труда. В то же время летом 1942 г. отпущены по домам ранее интернированные мужчины из Ялты и Керчи. Сожжение сел за помощь партизанам не фиксируется.

Незначительное, в сравнении с первым этапом, число жертв можно объяснить тем, что уничтожение евреев, крымчаков, цыган уже в основном завершилось, а массовых репрессий против неевреев не было по причине того, что полуостров оказался в глубоком тылу вермахта и резко снизилась активность партизанского движении.

Третий этап (октябрь 1943 — апрель 1944 г.). Крым вновь становится прифронтовой зоной. Резко активизируются партизаны и подпольщики. Численность партизан выросла с 227 человек в июле 1943 до 3733 в январе 1944 г.132. Нарастает и размах карательных действий нацистов. В первых числах ноября 1943 г. уничтожены более тысячи узников лагеря в совхозе «Красный» (уцелело лишь 80 человек)133. Вскоре лагерь наполнится новыми заключенными, которые будут расстреляны в апреле 1944 г., за несколько дней до освобождения Крыма. Из лагеря СД под Севастополем 200 узников отправлены в концлагерь Бухенвальд134. идут массовые аресты и казни по малейшему подозрению. Сожжены более ста деревень, их жителей изгоняют, а многие сотни людей были расстреляны и сожжены в своих домах (села Фоти-Сала, Улу-Сала, Мангуш и др.), причем теперь нацисты не делают исключений для крымских татар135.

Продолжается и уничтожение чудом уцелевших евреев, в основном детей. Так, в Бахчисарае в апреле 1944 г. расстреляны 27 еврейских детей.

Последним массовым актом нацистского террора в Крыму стало уничтожение жителей ряда улиц г. Старый Крым, где 13 апреля 1944 г. были убиты 584 мирных жителя136.

12 мая 1944 г. завершено освобождение Крыма, и в этом же месяце появляются первые Акты городских и районных ЧГК. Итоговый доклад Крымской республиканской комиссии по расследованию злодеяний немецко-румынских фашистских захватчиков в Крыму датируется сентябрем 1945 г.137.

Читатель может упрекнуть автора в выпячивании жертв еврейской национальности, преуменьшении страданий русских, украинцев, крымских татар, представителей других национальностей. А то и в стремлении преуменьшить злодеяния оккупантов. Но использование неточных и завышенных данных о числе жертв в том или ином регионе лишь играет на руку недобросовестным «историкам», стремящимся уравнять Советский Союз и фашистскую Германию. Говорить о прошлом нужно только правду!

А столь большая (до 50%) доля евреев и крымчаков среди жертв нацистов объясняется тем, что планы их уничтожения были реализованы нацистами на оккупированной территории СССР практически полностью, а уничтожение десятков миллионов представителей других национальностей Гитлер и его подручные были вынуждены отложить до победы над Советским Союзом.

И только благодаря подвигу воинов Красной армии эти чудовищные планы не стали явью, а мы все имеем возможность жить на этой прекрасной земле. Знание того, от чего герои Великой Отечественной спасли все народы Советского Союза только подчеркивает величие Победы.

Примечания

1. Книга Скорби. Симферополь: Таврида, 2001. С. 111.

2. Поляков В.Е. Партизанское движение в Крыму 1941—1944 гг.. Симферополь: ИТ «АРИАЛ», 2013.

3. Возгрин В.Е. История крымских татар: очерки этнической истории коренного народа Крыма в четырех томах. Том IV. 2-е издание, стереотипное. Симферополь: КРП «Издательство «Крымучпедгиз», 2013.

4. Александр Круглов: Без жалости и сомнения. Документы о преступлениях оперативных групп и команд полиции безопасности и СД на временно оккупированных территориях СССР в 1941—1944 гг. 4.4. Днепропетровск: Центр «Ткума», 2010. С. 70, 80, 85, 87, 90, 93, 96, 97.

5. Дашичев В.И. Стратегия Гитлера путь к катастрофе, 1933—1945: Исторические очерки, документы и материалы. Т. 3. М.: Наука, 2005. С. 23.

6. Там же. С. 14.

7. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов. М.: Юридическая литература, 1954. Т. 2. С. 744.

8. Штрайт К. «Они нам не товарищи»: Вермахт и советские военнопленные в 1941—1945 гг. М.: Русская панорама, 2009. С. 143.

9. ЦГАВОУ, ф. МКФ-8, оп. 2, д. 394, л. 168.

10. Романько О.В. Крым под пятой Гитлера. Немецкая оккупационная политика в Крыму (1941—1944). М.: Вече, 2011. С. 22.

11. Реабилитированные историей. Автономная республика Крым: Книга вторая. Симферополь: АнтиквА, 2006. С. 55.

12. Александр Круглов: Без жалости и сомнения...с.78.

13. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 28, 75, 184.

14. Романько О.В. Крым под пятой Гитлера. Немецкая оккупационная политика в Крыму (1941—1944). М.: Вече, 2011. С. 24.

15. Angrick A. Besatzungspolitik und Massenmord. Die Einsatzgruppe D in der südlichen Sowjetunion 1941—1943. Hamburg, 2003. S. 362.

16. Честмир Аморт. Нацистские планы порабощения и истребления народов СССР (по документам секретного архива Генриха Гиммлера) // История СССР. 1966. № 2 С. 170, 171, 184.

17. Книга Скорби... С. 21.

18. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9 д. 47, л. 22.

19. ГАРФ, ф. 7021, оп. 0 д.47, л. 31.

20. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 47, л. 22об, 31.

21. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 48, л. 2.

22. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 49, л. 1—2.

23. Сборник документов и материалов об уничтожении нацистами евреев Украины в 1941—1944 гг. / Сост. А. Круглов. К.: Институт иудаики, 2002. С. 139, 116.

24. Немецкие варвары в Крыму. Симферополь, 1944. С. 14, 75, 89—91.

25. Сборник документов и материалов... С. 108.

26. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 48, л. 2.

27. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 49, л. 2, 2 об.

28. С апреля 1942 г. по лето 1943 г. в Курцовской балке были казнены от 336 (ГАРФ, ф. 7021, оп. 9., д. 47, л. 41) до 500 человек (Книга Скорби... С. 115). Еще 100—150 коммунистов были расстреляны в декабре 1941 г.

29. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 45, л. 1.

30. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 45, л. 29.

31. Маношин И.С. Героическая трагедия. О последних днях обороны Севастополя. Симферополь: Таврида, 2001. С. 21.

32. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 46, л. 21.

33. Книга Скорби... С. 21.

34. Холокост в Крыму. Симферополь: БЕЦ «Хесед Шимон», 2002. С. 7.

35. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 46, л. 87.

36. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 46, л. 79.

37. Сборник документов и материалов... С. 129.

38. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 46, л. 26.

39. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 46, л. 56—58.

40. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 45, л. 29.

41. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 45, л. 29—30.

42. Маношин И.С. Указ. соч. С. 73.

43. Сообщено автору А.И. Кругловым.

44. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 8 об.

45. Красная Звезда. 1942 № 5. 7 января. С. 2.

46. Сборник документов и материалов... С. 106.

47. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 39, л. 9.

48. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 23.

49. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 168—169.

50. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 39, л. 6.

51. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 23.

52. Ашкенази И.В. Крымчаки. Историко-этнографический очерк. Симферополь, 2000. С. 123.

53. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 53.

54. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 39, л. 39, д. 38, л. 39, 40, 170 об.

55. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 27.

56. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 52—56.

57. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 66 об.

58. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 38, л. 35.

59. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д.35, л. 1.

60. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 22.

61. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 22, 43.

62. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 35, 41.

63. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 22.

64. Нюрнбергский процесс № 12, документы Прокуратуры, NOKW 1310. Сообщено автору А.И. Кругловым.

65. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 43.

66. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 62—63.

67. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 38.

68. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 35, л. 50.

69. Сборник документов и материалов... С. 139.

70. Симонов К. Разные дни войны. Дневник писателя. Т. 2. М., 1978. С. 20.

71. Там же.

72. Подсчитано по: Сборник документов и материалов... 117, 125—126, а также по: The Einsatrgruppen Reports. Holocaust Library, 1989. P. 331—332.

73. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 11, 11об, 17.

74. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 77.

75. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 16 об.

76. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 41—41 об.

77. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 29.

78. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 56, л. 34.

79. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 24.

80. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 1, 25.

81. Книга Скорби... С. 21.

82. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 55.

83. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 101, 101об, 102.

84. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 28, 46.

85. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 101, 101об, 102.

86. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 33, л. 2.

87. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 11, 14, 36—58.

88. Сборник документов и материалов... С. 107.

89. Сборник документов и материалов... С. 129.

90. Яковлев В.П. Преступление. Борьба. Возмездие. Симферополь: Крымиздат, 1961 С. 236.

91. Воспоминания Вячеслава Гимпеля и его спасительницы Алиме Бекировой.

92. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 193, л. 5.

93. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 46, л. 25.

94. Сборник документов и материалов... С. 108.

95. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 193, л. 19, 19об.

96. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 193, л. 12.

97. Сборник документов и материалов... С. 120.

98. Передайте детям нашим о нашей судьбе / Сборник документов и материалов. Симферополь, БЕЦ «Хесед Шимон», 2001. С. 130—132.

99. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 193, л. 12, 19об.

100. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 193, л. 50.

101. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 193, л. 13.

102. Холокост в Крыму. Симферополь: БЕЦ «Хесед Шимон», 2002. С. 26.

103. Книга Скорби... С. 36, 37.

104. Немецкие варвары в Крыму... С. 62.

105. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 1.

106. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 20.

107. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 3—9.

108. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 25.

109. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 28, 28об.

110. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 29об.

111. Выгон М.И. Еврейское счастье в степи под Джанкоем. Б.м., 2004. С. 59.

112. Яковлев В.П. Указ. соч. С. 234.

113. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 61, л. 20, 31.

114. Книга Скорби... С. 22.

115. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 84, л. 1, 1 об, 15.

116. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 84, л. 19.

117. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 84, л. 14.

118. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 84, л. 33.

119. Книга Скорби... С. 22.

120. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 42, л. 1, 1об.

121. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 42, л. 30.

122. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 42, л. 35.

123. Передайте детям нашим... С. 106—107.

124. Круглов А.И. Уничтожение еврейского населения Украины в 1941—1944 гг. Хроника событий. Могилев Подольский, 1997. С. 96.

125. Холокост в Крыму... С. 17.

126. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 102.

127. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 48, л. 345—346 и др.

128. Крым в период Великой Отечественной войны. 1941—1945. Симферополь: Таврия С. 251.

129. Яковлев В.П. Указ. соч. С. 235.

130. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 184, дело 35, л. 27, 31.

131. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 59, л. 59об; 60;, д. 58, л. 7 об — 9.

132. Крым в период Великой Отечественной войны... С. 492; Книга Памяти. Т. 8. Симферополь: Таврида, 1998. С. 85.

133. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 58, л. 8 об.

134. Показания Т.В. Матчанбаевой.

135. Воспоминания Вячеслава Гимпеля и Алиме Бекировой.

136. ГАРФ, ф. 7021, оп. 9, д. 53, л. 45.

137. Книга Скорби... С. 110.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2020 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь