Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Крыму растет одно из немногих деревьев, не боящихся соленой воды — пиния. Ветви пинии склоняются почти над водой. К слову, папа Карло сделал Пиноккио именно из пинии, имя которой и дал своему деревянному мальчику.

На правах рекламы:

• Нашел магниты на холодильник оптом http://magnets-shop.ru/

Главная страница » Библиотека » С.П. Шестаковъ. «Памятники христіанскаго Херсонеса. Выпускъ III. Очерки по исторіи Херсонеса въ VI—X вѣкахъ по Р. Хр.»

Глава VI. Херсонъ въ X вѣкѣ (продолженіе). Распространеніе на территорію южнаго Крыма русскаго протектората (Записка готскаго топарха). Завоеваніе Херсона Владимиромъ св. Вопросъ о крещеніи Владимира и анализъ сказанія о немъ лѣтописца

Мы подходимъ теперь къ памятнику, касающемуся событій, которыя происходятъ въ близкомъ сосѣдствѣ съ Херсономъ, въ 60-хъ годахъ Х-го вѣка, и которыя не могутъ быть обойдены молчаніемъ въ нашихъ очеркахъ потому, что они прекрасно поясняютъ отношенія на территоріи южнаго Крыма, и въ частности г. Херсона и его области, предшествующаго и послѣдующаго времени.

Къ сожалѣнію, многое въ топографіи, хронологіи и обстоятельствахъ, описываемыхъ въ этомъ памятникѣ, остается спорнымъ, не смотря на усилія, положенныя на его истолкованіе цѣлымъ рядомъ компетентныхъ ученыхъ изслѣдователей.

Мы разумѣемъ такъ называемую Записку готскаго топарха.

Мы не станемъ вдаваться во всѣ подробности этого произведенія, принадлежащаго перу ближайшаго участника и руководителя событій, начальника цѣлой области, ссылаясь на довольно обширную литературу по вопросу1, и удовольствуемся указаніемъ тѣхъ пунктовъ въ ней, какіе намъ представляются наиболѣе установленными или правдоподобными.

Мнѣніе покойнаго З.Г. Васильевскаго объ отношеніи отрывковъ Газе къ придунайской области можно считать опровергнутымъ2. Еще менѣе обоснованы, уже по самой неопредѣленности своей, попытки локализовать область топарха Ѳ. И. Успенскаго и Бурачкова. Наиболѣе достовѣрнымъ остается мнѣніе Куника, поддержанное въ послѣднее время Вестбергомъ, объ отношеніи Записки къ области южнаго берега Крыма. Τὰ ϰλήματα отрывковъ3 нельзя отдѣлять отъ Климатовъ, называемыхъ въ связи съ Херсономъ другими греческими авторами, и эти Климаты, какъ опредѣленный географическій терминъ, не должно смѣшивать съ ϰλίματα въ другомъ, болѣе общемъ, смыслѣ4, употребляемомъ Константиномъ Багрянороднымъ и другими византійскими авторами5.

Разъ опредѣлено мѣсто Климатовъ, въ смыслѣ ли области или города, какъ полагалъ Васильевскій и какъ признаетъ въ послѣднее время Вестбергъ, то уже съ большею увѣренностью можно назвать тѣхъ варваровъ, прежде справедливыхъ6, которые жестоко расправляются со своими прежними подданными7, по свидѣтельству автора Записки8. Это — хазары, съ давнихъ временъ хозяйничавшіе на южномъ берегу Крыма, и во времена Константина Багрянороднаго еще владѣвшіе Боспоромъ9.

Что же касается до царствующаго въ области къ сѣверу отъ Дуная10, то преобладающее большинство изслѣдователей согласно видѣть въ немъ русскаго князя.

Астрономическое показаніе автора Записки11 позволяетъ опредѣлить точную дату того обратнаго путешествія его изъ области Днѣпра во-свояси, въ Крымъ, какое съ большими и характерными для природы мѣстности подробностями описывается въ первомъ отрывкѣ. Это — декабрь 962-го года — январь 963-го года12· Такимъ образомъ, время послѣдующихъ событій, тѣхъ, что описываются во 2-омъ и 3-емъ отрывкахъ, близко подходитъ къ тому году (965), подъ которымъ наша лѣтопись заноситъ походы Святослава на Саркелъ (Бѣла вѣжа) и Тамань13· Этотъ походъ или сборы къ нему могли дать поводъ топарху обратиться къ протекторату русскаго князя, послѣ, въ 967 г., предпринимающаго также походъ въ Болгарію. Возрастающее могущество русскаго князя, позволяющее ему замышлять рядъ далекихъ походовъ, опредѣляло выборъ населеніемъ области новаго покровителя, послѣ того, какъ оно разочаровалось въ дѣйствительности заботъ византійскаго правительства14· Слова Записки О жителяхъ области: ὡς μηδέποτε βασελιϰῆς εὐνοίας ἀπολελαυϰότες совершенно опредѣленно указываютъ на отношенія къ византійской власти. Въ то же время дальнѣйшія слова о стремленіи области сохранить политическую независимость и нежеланіе подчиниться централизаціонной системѣ византійской имперіи прекрасно подходятъ къ области, передъ тѣмъ пользовавшейся сравнительной независимостью подъ хазарскою властью. Мы полагаемъ, что въ описываемую эпоху область Κλίματα оставалась въ положеніи политически неопредѣленномъ. Съ одной стороны, хазарская власть неспособна была удержать въ зависимости своихъ прежнихъ данниковъ, съ другой — не были оффиціально установлены отношенія къ византійской имперіи, хотя, по близкому сосѣдству области съ Херсономъ, естественны были заботы византійскаго правительства объ обезпеченіи ея отъ нападеній и захвата сѣверными племенами. Преходящее значеніе имѣла и попытка установленія новыхъ отношеній автора Записки.

Мы уже говорили о томъ, что подъ τὰ ϰλήματα, fr. II, cap. 2, § 7, возможно разумѣть цѣлую область. Уже Васильевскій замѣтилъ, что авторъ Записки строго не отличаетъ болѣе обширной области, ставшей жертвою жестокости варваровъ, отъ своей собственной округи (ἡ ἐμὴ ἀρχή, fr. II, cap. 2, § 1) въ тѣснѣйшемъ смыслѣ. Когда, послѣ успѣшнаго отраженія варваровъ, онъ разсылаетъ къ приверженцамъ своимъ (πρὸς τοὺς ἡμἷν προσήϰοντας, fr. III, cap. 1, § 4) скороходовъ, можно думать, онъ имѣетъ въ виду всю опустошенную варварами страну въ широкомъ смыслѣ. Въ § 2 первой главы 11-го отрывка онъ сначала даже пишетъ о всей этой странѣ: τὴν ἡμῶν γῆν, исправляя уже впослѣдствіи слово ἡμῶν въ слово αὐτῶν15. Въ § 7-омъ той же главы онъ насчитываетъ болѣе десяти городовъ и не менѣе пятисотъ деревень, разоренныхъ варварами. Дѣло идетъ о значительной территоріи, и это подходило бы къ «впалой» или «низменной» Готіи, въ предѣлахъ, какіе намѣчаютъ для нея изслѣдователи16. Судьба этой то обширной территоріи составляетъ предметъ думъ топарха. Осуществить планъ возстановленія цѣлой, недавно еще цвѣтущей17 территоріи составляетъ предметъ думъ топарха. Фразѣ: ϰαὶ τότε ἀρχὴν ἐμοῦ πρώτου πάλιν οἰϰίσαι τὰ Κλήματα διανοησαμένου, fr. II, cap. 2, § 7, непосредственно предшествуетъ въ концѣ § 6-го: ἡγῆ γάρ προϰατέσϰαπτο παῤ αὐτῶν τῶν βαρβάρων ϰαὶ ἱϰανῶς ἐξηρήμωτο ἐκ βάϑρων αὐτῶν ϰαταβαλλόντων τὰ τείχη, гдѣ особенно форма καταβαλλόντων18 указываетъ, по-видимому, на то, что авторъ имѣетъ въ виду страну въ широкомъ смыслѣ, съ рядомъ опустошенныхъ городовъ; слова παῤ αὐτήν § 7 можно по смыслу относить еще къ словамъ ἐπὶ ϰατεσϰαμμένῃ πόλει предшествующаго параграфа. Тогда получаетъ лучшій смыслъ, и слово πρῶτον § 7-го: «у меня перваго» (среди прочихъ начальниковъ городовъ). Нашему толкованію, правда, какъ бы противорѣчатъ слова самого автора § 7: ϰαὶ τὴν ἄλλην ἅλασαν πόλιν οἰϰισϑήσεσϑαι, fr. III, cap. 1, § 2: ὠϰεῖτο γὰρ ἤδη ϰαὶ ἡ πόλις ἅπασα. Но возстановленіе города являлось только первымъ шагомъ въ осуществленіи болѣе широкаго плана, выполненіе котораго обезпечивалось протекторатомъ могучей державы. По нашему толкованію, такимъ образомъ, весь fr. III представляетъ отчетъ топарха о томъ, какъ проводилъ онъ свой планъ (οἰϰίσαε τὰ Κλήματα διανοησαμένου19. Какъ назывался городъ топарха, мы не знаемъ. Это могъ быть древній Дори, позднѣйшій Мангупъ, Ай-Тодоръ, могъ быть и другой изъ городовъ или селеній южнаго берега Крыма.

При отсутствіи какихъ-нибудь положительныхъ данныхъ относительно утвержденія власти русскихъ въ Крыму въ первой половинѣ Х-го вѣка20. Записка готскаго топарха, содержащая опредѣленное указаніе на протекторатъ русскаго князя на крымской территоріи, по времени, къ коему относятся описываемыя ею событія, прекрасно отвѣчаетъ настойчивости представленій византійскаго правительства въ договорахъ съ русскими 945 и 972 годовъ. Корсунская страна оберегается Византіею отъ русскаго вліянія, какъ зеница ока, очевидно, въ виду дѣйствительности такового въ мѣстностяхъ, ближайшихъ къ Корсуню. Самое выраженіе «страна» или «часть», μέρος, представляетъ общій терминъ, опредѣляющій не только область Херсона, но и ближайшія мѣстности. Допустимо предположеніе, что сношенія съ Русью топарха, нѣсколько позднѣе херсонца Калокира, подготовили почву для предпріятія русскаго князя, направленнаго противъ главнаго оплота византійской власти въ Крыму, г. Херсона, и вызваннаго особыми обстоятельствами и мотивами. Разумѣемъ взятіе Херсона Владимиромъ Святымъ.

Вопросъ о времени и мѣстѣ крещенія св. Владимира, о ближайшихъ побужденіяхъ къ его походу на Херсонъ и связи этого похода съ того помощью императору Василію II-му противъ мятежника Варды Фоки, которая была подана значительною русскою дружиною въ рѣшительный моментъ борьбы его съ византійскимъ царемъ, по состоянію нашихъ источниковъ, арабскихъ, греческихъ и русскихъ, представляетъ большія затрудненія21. Мы ограничиваемся здѣсь лишь наиболѣе установленными данными.

Послѣ перваго серьезнаго удара, нанесеннаго боевому могуществу Византіи пораженіемъ при Срѣдцѣ, въ августѣ 986-го года22, новыя осложненія создаютъ возстанія Варды Склира и Варды Фоки. Успѣхи послѣдняго въ Малой Азіи и его приближеніе къ самому Константинополю, при продолжающихся враждебныхъ дѣйствіяхъ со стороны Болгаріи23, принуждаютъ Василія, въ концѣ 987-го года или въ началѣ 988-го, обратиться за помощью къ русскому князю24. Несомнѣнно, что помощь эта, столь необходимая въ данный моментъ для византійскаго императора, подана была на извѣстныхъ условіяхъ, поставленныхъ со стороны Руси. Апрѣль 988-го года былъ моментомъ особо тяжелаго положенія императора Василія25, которое продолжалось въ теченіе всего этого года. Только по прибытіи столь нетерпѣливо ожидаемой русской дружины, въ составѣ нѣсколькихъ тысячъ воиновъ, можно думать, въ самомъ началѣ 989-го года26, императоръ рѣшается приступить къ дѣйствіямъ противъ бунтовщика, стоявшаго насупротивъ столицы. Русская дружина одинаково рѣшила и успѣхъ битвы при Хрисополѣ, и пораженіе Варды Фоки при Абидосѣ, сопровождавшееся смертью бунтовщика. Точная дата этой послѣдней битвы, 13 апрѣля, сохранена арабскимъ авторомъ Яхъей (Schlumberger, pg. 738. Успенскій, стр. 313)27.

Указанныя событія опредѣляютъ terminum post quem осады Херсона Владимиромъ и взятія имъ города. Terminum ante quem даетъ указаніе Льва Діакона на знаменія, предвѣщавшія, съ точки зрѣнія этого автора, одно (огненные столпы) взятіе Корсуни русскими и Верріи болгарами, другое (комета 27-го іюля) октябрьское землетрясеніе того же года28.

Если, такимъ образомъ, довольно точно опредѣлено время взятія Херсона св. Владимиромъ, между половиной апрѣля и послѣдними числами іюля 989-го года, то, съ другой стороны, весьма цѣнный русскій источникъ опредѣляетъ, что крещеніе Владимира имѣло мѣсто въ 987-омъ году, и тотъ же источникъ, при такой датѣ крещенія, сходится съ вышеприведенными показаніями арабскихъ и греческихъ источниковъ, когда свидѣтельствуетъ, что Владимиръ взялъ Корсунь на третій годъ послѣ крещенія29. Все это даетъ серьезныя основанія сомнѣваться въ достовѣрности лѣтописной повѣсти о крещеніи Владимира въ Херсонѣ.

Вопросъ о крещеніи св. Владимира въ Корсуни подвергнутъ особенно тщательному разбору профессоромъ Е.Е. Голубинскимъ30. Подробный разборъ лѣтописныхъ и агіографическихъ текстовъ прочно установляетъ, по крайней мѣрѣ, одно положеніе: изъ трехъ версій о крещеніи Владимира, ходившихъ во времена начальнаго лѣтописца: «се же несвѣдуще право глаголють, яко крестился есть въ Кіевѣ; иніи же рѣша: Василиви; друзіи же инако скажють»31, преданіе о крещеніи въ Василевѣ имѣетъ за себя не менѣе солидные авторитеты, нежели то, которое пространно передается лѣтописью, короче, нѣкоторыми Житіями и которое крещеніе Владимира полагаетъ въ Корсуни, греческомъ городѣ, взятомъ приступомъ русскими.

Мы въ правѣ видѣть въ версіи крещенія Владимира, принятой начальнымъ лѣтописцемъ, греческую и притомъ Корсунскую версію. Можно заключать это изъ тѣхъ топографическихъ подробностей, какими богатъ лѣтописный разсказъ объ осадѣ и взятіи Корсуня и обстоятельствахъ крещенія русскаго князя. Самое преданіе тѣсно связано съ сохраненіемъ въ городѣ, ко времени его записи, зданій: «и есть церки та стоящи въ Корсунѣ градѣ на мѣстѣ посреди града, идѣ же торгъ дѣють Корсуняне; палата же Володимеря съ края церкве стоить и до сего дне, а царицина палата за олтаремъ»32. Льву Діакону, который недостаточно освѣдомленъ о Корсунскихъ дѣлахъ, — ему неизвѣстно, что Калокиръ былъ сыномъ херсонскаго протевона, — о взятіи города Владимиромъ неизвѣстно ничего, кромѣ голаго факта (pg. 175, 9 — предвѣщаніе событія небеснымъ знаменіемъ). Позднѣйшіе же греческіе лѣтописцы, Іоаннъ Зонара, Кедринъ (t. II, pg. 444 Bonn.), упоминая о женитьбѣ Владимира на сестрѣ императора Василія, Аннѣ, не называютъ Херсона, какъ мѣста совершенія брака, точно такъ же, какъ не называетъ его и арабскій писатель Яхья Антіохійскій (начала XI вѣка), хотя онъ, кромѣ брака этого, знаетъ и объ условіи, поставленномъ при семъ Владимиру императоромъ Василіемъ, — крещеніи его самого и всего его народа33. Такимъ образомъ, мѣстное херсонское преданіе о крещеніи Владимира не получило распространенія въ общей исторической традиціи.

Въ томъ видѣ, какъ оно вошло въ нашу лѣтопись, это преданіе остается внѣ связи съ тѣми переговорами съ Владимиромъ византійскаго императора, которые открылись въ 987-омъ году, когда послѣднему понадобилась военная помощь со стороны Руси. Если Похвала мниха Іакова относитъ крещеніе Владимира еще къ этому году, то такое совпаденіе едва ли случайно. Профессоръ Голубинскій подробно разсуждаетъ объ обстоятельствахъ въ предшествующей исторіи Руси и въ семейной жизни Владимира, объясняющихъ его мысль креститься; другія, болѣе практическія, соображенія со стороны Владимира выдвигаетъ въ послѣднее время Ламанскій34. Если допустить нѣкоторую растяжимость смысла того мѣста Яхъи, гдѣ онъ опредѣляетъ время посылки императоромъ Василіемъ пословъ къ Владимиру словами: «когда Фока овладѣлъ страною грековъ до Дорилея и до берега моря и дошли войска его до Хрисополя (Скутари)», и если естественно думать, что посольство вызвано было уже самымъ движеніемъ Варды Фоки изъ Каппадокіи прямымъ путемъ на столицу, то прибытіе пословъ изъ Византіи въ Кіевъ, во всякомъ случаѣ въ такое время года, когда Днѣпръ еще не замерзалъ, могло имѣть мѣсто еще въ концѣ 987-го года35. Въ такомъ случаѣ ближайшимъ поводомъ къ осуществленію давно назрѣвшей мысли принять христіанство могло служить византійское посольство и намѣченныя условія союза Руси съ Византіей36.

При оцѣнкѣ сравнительнаго достоинства корсунскаго и другихъ преданій о крещеніи св. Владимира, мы не станемъ касаться вопроса о достовѣрности той части сказанія, которое сообщаетъ о посылкѣ къ Владимиру посольствъ отъ народовъ съ предложеніями о вѣрѣ и отправленіе Владимиромъ своихъ пословъ къ народамъ съ цѣлью испытанія вѣръ. Послѣднее имѣетъ въ виду и разсказъ лѣтописи о крещеніи въ Корсуни: «яко испытахъ преже сихь дній законъ вашь, и есть ми люба вѣра ваша и служенье, еже бо ми сповѣдата посланіи нами мужи» (лѣтопись, подъ 6495 г.). Фактъ отправленія къ Владимиру пословъ37 не представляетъ ничего неправдоподобнаго, и по мнѣнію Голубинскаго38. Аналогію представляетъ и исторія хазарской миссіи свв. Кирилла и Меѳодія. Что касается испытанія вѣръ, проф. Малышевскій сдѣлалъ попытку объясненія этого мѣропріятія39.

Ограничиваемся разборомъ той части преданія, которая ближайшимъ образомъ относится къ предмету нашего труда.

Въ «Памяти и похвалѣ» монаха Іакова (современника Изяслава, ок. 1070 г.) о походѣ Владимира на Корсунь читаемъ: «Умысли же и на грѣчьскый градъ Корсунь и сице моляшеся князь Володимеръ Богу: «Господи Боже, Владыко! сего у Тебе прошу: даси ми градъ, да пріиму и да приведу люди крестьяны и попы на свою землю и да научать люди закону хрестьаньскому». И послуша Богъ молитвы его; и прія градъ Корсунь и взя съсуды церковьныя и иконы и мощи святаго священномученика Климента и иныхъ святыхъ. И въ ты дни бѣяста царя два въ Цариградѣ, Коньстантинъ и Василій. И посла к нимъ Володимеръ, прося у нихъ сестры оженитися, да ся быхъ больма на крестьаньскый законъ направилъ. И дасть ему сестру свою и дары многы присла к нему и мощи святыхъ даста ему.»40 (Срв. то же въ древнемъ Житіи св. Владимира, въ изданіи А.И. Соболевскаго, въ Чтеніяхъ Истор. Общества Нестора Лѣтописца, кн. 2-ая, отдѣлъ 2-ой, стр. 16).

Слова: «да ся больма на крестьаньскый законъ направилъ» нельзя понимать иначе, какъ объ укрѣпленіи въ христіанствѣ уже крестившагося князя41. Такимъ образомъ, показаніе этого мѣста Похвалы вполнѣ соотвѣтствуетъ тому, которое слѣдуетъ въ ней ниже (послѣ Молитвы князя Володимера), въ краткой хронологической записи событій царствованія послѣ крещенія: «на другое лѣто по крещеніи къ порогомъ ходи, на третіе лѣто Корсунь градъ взя42. Согласованіе въ этомъ пунктѣ свидѣтельства монаха Іакова съ лѣтописью невозможно. Содержаніе молитвы князя Владимира передъ взятіемъ Корсуня у монаха Іакова опредѣленно указываетъ на цѣли его. Если бы автору было извѣстно о самомъ крещеніи Владимира въ греческомъ городѣ, это было бы упомянуто на первомъ планѣ (въ лѣтописи: «аще се ся сбудеть, и самъ ся крещю»). Трудно также думать, чтобы авторъ самъ, намѣренно измѣнилъ Корсунскую легенду, уже извѣстную ему. Все указываетъ на то, что, если въ его время эта легенда и существовала уже, она далеко не имѣла такого авторитета, какою облекаетъ ее лѣтописецъ.

Не лишено, можетъ быть, значенія, что на версію древняго Житія св. Владимира, № 1 изд. Соболевскаго, и Памяти и похвалы мниха Іакова слабый намекъ сохраняется и въ тѣхъ Житіяхъ, которыя согласуются съ лѣтописнымъ сказаніемъ. Такъ, въ проложномъ Житіи св. Владимира, № 4 изд. Соболевскаго, въ распространенномъ проложномъ, № 5 того же изданія, и въ южнорусскомъ, № 6, тамъ же, наконецъ, въ одной изъ редакцій Житія, озаглавленнаго у Соболевскаго обычнымъ (у Голубинскаго въ другой редакціи: Житіе блаженнаго Володимера), читаемъ фразу: «и рече: «аще сътворю, иду въ землю ихъ и поплѣню грады ихъ (т.е. грековъ) и обрящю тамо учителя» (текстъ распространеннаго проложнаго Житія; въ другихъ Житіяхъ тотъ же текстъ съ варіантами). Въ лѣтописи и въ обѣихъ редакціяхъ обычнаго Житія за совѣтомъ корсунянина Анастаса слѣдуетъ обѣтъ Владимира: «аще се ся сбудетъ, и самъ ся крещю».

Этотъ обѣтъ представляетъ, по-видимому, позднѣйшее наростаніе мотивовъ крещенія, которые и въ лѣтописи, и въ редакціяхъ обычнаго Житія, и въ другихъ Житіяхъ, сохраняющихъ Корсунскую легенду о крещеніи, суть: условіе, поставленное византійскими царями для брака Владимира съ Анною, и болѣзнь Владимира (обычное преданіе — слѣпота; въ одной изъ редакцій обычнаго Житія, въ изданіяхъ преосвящ. Макарія и у Голубинскаго: «язва»). Первый мотивъ извѣстенъ и арабскимъ авторамъ, и армянскому, Асохику43. Что касается чуда исцѣленія44, то редакція обычнаго Житія у Голубинскаго, гдѣ при томъ говорится не о глазной болѣзни Владимира, какъ въ лѣтописи и другихъ Житіяхъ, но о язвѣ, не вводитъ его въ число ближайшихъ мотивовъ крещенія, а представляетъ его лишь какъ сопровождающее явленіе. Эта версія, можетъ быть, болѣе первоначальна, такъ какъ, за вычетомъ обѣта передъ взятіемъ Корсуня, она оставляетъ одинъ опредѣленный мотивъ крещенія — условіе, поставленное византійскими царями Владимиру для женитьбы его на Аннѣ45.

Мы знаемъ, однако, изъ всей исторіи появленія русской дружины на помощь Византіи въ борьбѣ съ Вардой Фокой, что, скорѣе, осада и взятіе Херсона были шагомъ, предпринятымъ Владимиромъ для того, по всей вѣроятности, чтобы добиться отъ византійскихъ владыкъ исполненія обѣщанія, входившаго, можно думать, еще въ условія договора, заключеннаго въ концѣ 987-го или въ началѣ 988-го года46. Владимиръ въ Корсуни былъ на верху своего могущества47. Едва ли это было временемъ, когда византійскій императоръ могъ предъявлять русскому князю въ отвѣтъ на его требованіе свои условія. Таковыя были выполнены Владимиромъ уже раньше, въ 987-омъ году.

Разсказъ о взятіи города Корсуня русскими, въ обычномъ Житіи и въ лѣтописи, сообщаетъ слѣдующее: Владимиръ съ войскомъ двинулся на греческій городъ Корсунь. Корсунцы заперлись въ городѣ, и Владимиръ сталъ лагеремъ на берегу залива по ту сторону города48, на разстояніи полета стрѣлы отъ него. Корсунцы оборонялись крѣпко. Владимиръ обложилъ городъ и объявилъ населенію: «если не сдадитесь, останусь стоять хотя бы и три года». Они не послушали его. Шесть мѣсяцевъ простоялъ Владимиръ подъ городомъ49. Сначала онъ отрядилъ воиновъ съ приказаніемъ насыпать около города осадный валъ (по-гречески было бы χῶμα50). Но корсунцы, подкопавъ стѣну, носили насыпаемую землю къ себѣ въ городъ и воздвигали насыпь посреди города. Воины продолжали работу, а Владимиру приходилось стоять все безъ успѣха. Наконецъ, корсунскій стрѣлецъ Анастасій пустилъ въ станъ Владимира стрѣлу съ запиской: «на востокъ отъ тебя есть колодцы, откуда по трубамъ51 проведена въ городъ вода. Перекопай ихъ». Узнавъ это, Владимиръ, воззрѣвъ на небо, изрекъ: «если такъ сбудется, тотчасъ крещусь». Онъ велѣлъ перекопать трубы и перенять воду. Жители города изнемогли отъ жажды и сдались. Владимиръ и дружина его вступили въ городъ.

Въ пространномъ проложномъ Житіи52 и Житіи особаго состава53 сохранилась, по-видимому, изъ какого то древняго источника, одна подробность изъ обстоятельствъ взятія Корсуня Владимиромъ, не находимая ни въ лѣтописи, ни въ обычномъ Житіи. Это — сообщеніе объ убійствѣ Владимиромъ «князя и княгини» Корсуня и выдачѣ дочери ихъ за Ижберна (Skibiörn, Sigbjorn), воеводу русскаго князя.

Подъ именемъ князя слѣдуетъ разумѣть здѣсь стратега херсонской ѳемы, какъ и въ Словѣ на обрѣтеніе мощемъ св. Климента. Ждьбернъ, одинъ изъ приближенныхъ Владимира, упоминается въ обоихъ упомянутыхъ памятникахъ и далѣе, вмѣстѣ съ воеводой Олегомъ, въ качествѣ пословъ отъ Владимира въ Царьградъ, отправляемыхъ съ просьбою о выдачѣ за него замужъ сестры византійскихъ царей Анны. Ни обычное Житіе, ни лѣтопись не знаютъ пословъ Владимира по именамъ54.

Если разсказъ объ осадѣ и взятіи Корсуня въ обычномъ Житіи близко сходенъ съ лѣтописью и содержитъ по существу все то, что находимъ и въ ней, кромѣ указанія мѣста стоянки Владимира и упоминанія хитрости корсунянъ, то дальнѣйшій разсказъ лѣтописи о посольствѣ отъ Владимира въ Византію, прибытіе царевны Анны въ Корсунь и крещеніе Владимира, до отбытія его изъ Корсуня, уже несравненно подробнѣе Житія. Въ послѣднемъ отсутствуетъ, въ числѣ прочаго, подробное описаніе отправленія Анны изъ Византіи и пріема ея въ Корсуни мѣстнымъ населеніемъ, также указаніе на палаты Владимира и Анны въ Корсунѣ. Церковь, гдѣ былъ крещенъ Владимиръ, въ Житіи названа церковью св. Іакова, въ лѣтописи, въ разныхъ спискахъ, то церковью св. Василія, то св. Богородицы, то св. Софіи55. Напротивъ, церковью св. Василія Житіе называетъ ту, которую построилъ Владимиръ въ Корсуни послѣ своего крещенія на горѣ, той, по лѣтописи, «идѣже съсыпаша средѣ града крадуще приспу». Въ Ипатьевской лѣтописи эта церковь названа церковью св. Іоанна Предтечи56. Изъ другихъ подробностей лѣтописнаго разсказа, относящихся къ Корсуню, въ Житіи не находимъ, въ описаніи отъѣзда св. Владимира изъ Корсуня, указанія на статуи и мѣдныхъ коней, увезенныхъ отсюда въ Кіевъ: «взя же ида мѣдянѣ двѣ капищи и четыре кони мѣдяны, иже и нынѣ стоять за святою Богородицею, яко же не вѣдуще мнять я мраморяны суща».

Сопоставляя разсказы о взятіи Корсуня Владимиромъ и его пребываніе здѣсь, мы полагаемъ, что отношеніе между Житіемъ и лѣтописью не можетъ быть объясняемо только общимъ источникомъ, который лѣтопись передаетъ гораздо подробнѣе, а Житіе мѣстами въ сильномъ сокращеніи. Тѣ элементы разсказа лѣтописи, которые отсутствуютъ въ Житіи, относятся всѣ къ Корсуню, касаются мѣстной топографіи, мѣстнаго преданія. Недаромъ въ лѣтописномъ разсказѣ дважды встрѣчаемъ замѣтку: «стоить до сего дне». Если Житіе не упоминаетъ о хитрости корсунянъ во время осадныхъ работъ русскаго войска, то оно тоже не опредѣляетъ гору, на которой поставлена Владимиромъ церковь, какъ ту самую насыпь, какая возникла этимъ путемъ57. Авторъ лѣтописи или его источникъ пользуется для этой подробности мѣстной молвой о происхожденіи насыпи близъ городской стѣны58. Разстояніе же лагеря Владимира отъ осаждаемаго города, «дали града стрѣлище едино», едва ли не стоитъ въ связи съ выстрѣломъ Анастасія. Авторъ Житія не видалъ палатъ Владимира и Анны въ Корсуни; онъ не знаетъ всей скорбной повѣсти о царевнѣ Аннѣ, съ почетомъ встрѣчаемой въ Корсуни: «Она же сѣдъши въ кубару59, цѣловавши ужики своя, съ плачемъ, поиде чресъ море. И приде къ Корсуню, и изыдоша Корсуняне съ поклономъ, и въведоша ю въ градъ и посадиша ю въ полатѣ».

Все это — мѣстные корсунскіе разсказы, связанные съ наличностью зданій, на которыя съ гордостью показывалъ корсунянинъ пріѣзжему гостю. Трудно допустить, чтобы мы имѣли здѣсь дѣло со случайными пропусками и сокращеніями автора Житія60, чтобы эти пропуски такъ систематически падали именно на сообщенія, касающіяся Херсона, чтобы нигдѣ въ его сокращеніи не проскользнуло ни намека на нихъ.

Въ основѣ разсказа Житія и лѣтописи лежитъ, несомнѣнно, общій источникъ, замѣтный въ дословномъ сходствѣ цѣлыхъ фразъ. Но поверхъ этого источника въ лѣтописи легъ новый, неизвѣстный автору Житія. Трудно сказать, составляютъ ли восполненія лѣтописца основного источника его собственныя сообщенія, или онъ имѣлъ передъ собою готовый разсказъ, который скомбинировалъ съ основнымъ источникомъ, или уже самая эта обработка основного источника была сдѣлана до него. Авторъ восполненій, вѣроятно, кіевлянинъ, побывавшій въ Херсонѣ, такъ какъ, сообщая топографическія свѣдѣнія о греческомъ городѣ, онъ въ то же время говоритъ о помѣщеніи вывезенныхъ изъ Херсона скульптурныхъ произведеній вблизи Десятинной церкви въ Кіевѣ.

Самостоятельность же передачи въ Житіи основного источника видна и въ сохраненныхъ имъ нѣкоторыхъ мелкихъ подробностяхъ (восемь дней пребыванія посольства Владимира для испытанія вѣръ въ Царьградѣ, шесть мѣсяцевъ осады Корсуня), и въ несогласномъ съ лѣтописью опредѣленіи той Корсунской церкви, гдѣ Владимиръ получилъ св. крещеніе, при чемъ названіе церкви св. Василія онъ даетъ другой церкви, построенной послѣ крещенія самимъ Владимиромъ въ Корсуни. Только въ Житіи также сохраняется указаніе на крестное имя Владимира. Не безынтересно сопоставить тексты обоихъ памятниковъ тамъ гдѣ говорится о самомъ крещеніи:

Житіе Лѣтопись
Епископъ же съ попы корсуньскыми и съ попы царицины, огласивши, крестиша и въ церкви святаго Иякова въ Корсунѣ градѣ и нарекоша имя ему Василей... и мнози отъ бояръ его въ томъ часѣ крестишася: и постави церковь въ Корсунѣ на горѣ святаго Василіа. Епископъ же Корсунскій съ попы царицины огласивъ крести Володимири ...мнози [изъ дружины] крестишася крести же ся въ церкви святаго Василья и есть церки та стоящи въ Корсунѣ градѣ на мѣстѣ посреди града... Постави же церковь въ Корсунѣ на горѣ, идѣже сьсыпаша средѣ града крадуще приспу. яже церки стоить и до сего дне.

Допустимо бы было предположеніе, что разногласіе въ показаніяхъ относительно названія той церкви, гдѣ получилъ св. крещеніе Владимиръ, возникло вслѣдствіе недосмотра при чтеніи упомянутаго выше основного источника автора лѣтописнаго текста, если бы послѣдній тутъ же не сообщалъ топографическихъ подробностей относительно церквей и дворцовъ, очевидно, неизвѣстныхъ автору Житія, при томъ подробностей, подкрѣпляемыхъ свидѣтельствомъ очевидца («стоить до сего дне»). Тѣмъ не менѣе, и свидѣтельство Житія имѣетъ характеръ подлинности. Названіе святого, коему посвящена церковь, гдѣ крещенъ Владимиръ, въ Житіи не такъ обычно, какъ тѣ, которыя находимъ въ варіантахъ лѣтописнаго текста. Затѣмъ, естественно думать, что, получивъ при св. крещеніи имя Василія, Владимиръ поставилъ церковь имени этого святого. Названіе же ея въ Ипатьевской лѣтописи скорѣе всего придумано позднѣе по отношенію къ факту крещенія.

Слѣдуя лѣтописи, мы можемъ думать, что въ городѣ Херсонѣ, скорѣе всего близъ стѣнъ, была насыпная возвышенность съ церковью на ней. Городское преданіе связывало ея возникновеніе со днями осады города русскимъ княземъ. На площади, ἀγορά, стояли дворцы, примыкавшіе къ тому храму, гдѣ крестился, по преданію, Владимиръ61. Присоединяясь къ мнѣнію профессора Е.Е. Голубинскаго, что для этого торжественнаго обряда преданіе могло намѣчать скорѣе всего соборную церковь, мы думаемъ, что таковая («каѳоликія» въ Словѣ на обрѣтеніе мощемъ св. Климента)62 была посвящена въ Херсонѣ того времени имени свв. Апостоловъ. Здѣсь были положены, по ихъ обрѣтеніи, мощи св. Климента, папы римскаго63. Если Житіе называетъ церковь св. Іакова, это былъ, вѣроятно, придѣлъ (εὐϰτήριον) при главной церкви64.

Согласно той версіи преданія, которая полагаетъ крещеніе Владимира на родинѣ, отправляясь въ походъ на Корсунь, онъ молился Богу: «да пріиму и да приведу люди крестьаны и попы на свою землю и да научать люди закону хрестіаньскому». Сюда, въ Корсунь, явился къ Владимиру и митрополитъ Михаилъ, назначенный управлять новою русскою церковью65. Уѣзжая изъ Корсуня, Владимиръ «взя съсуды церковьныя и иконы и мощи святаго священомученика Климента и иныхъ святыхъ», а византійскій царь «дасть ему сестру свою и дары многы присла къ нему и мощи святыхъ даста ему». Въ этихъ предѣлахъ версія эта согласуется въ Житіи съ лѣтописью: «Володимеръ же посемъ поемъ царицю и Настаса и попы Корсуньски съ мощми святого Климента и Фифа, ученика его66, поима съсуды церковныя и иконы на благословенье себѣ».

Нѣсколько подробнѣе то же сообщеніе въ Степенной книгѣ: «поемъ же съ собою и Анастаса, написавшаго на стрѣлѣ, и иныхъ многыхъ взятъ и пресвитеры корсунскіе и діаконы и святыя иконы и честные кресты и священные сосуды церковные и прочую священную утварь и святыя книги, и вся сія взялъ на благословеніе себѣ»67.

Въ описаніи въ лѣтописи крещенія народа въ Кіевѣ: «наутріи же изиде Володимеръ съ попы царицины и съ корсуньскыми на Днѣпръ».

Наконецъ, въ описаніи постройки въ Кіевѣ церкви Св. Богородицы (Десятинной), подъ 6497 г. въ лѣтописи, то же въ Житіи68: «помысли создати церковь пресвятыя Богородицы и пославъ приведе мастеры отъ грекъ. И наченшю же здати и яко сконча зижа украси ю иконами и поручи ю Настасу Корсунянину, и попы Корсуньскыя пристави служити въ ней, вдавъ ту все, еже бѣ взялъ въ Корсуни: иконы и съсуды и кресты»69.

Подъ 6504 г. въ лѣтописи (стр. 53): «и вдасть десятину Настасу Корсунянину».

Въ Житіи о предоставленіи церкви десятины тотчасъ за приведеннымъ текстомъ.

Въ числѣ взятыхъ въ Корсуни священныхъ предметовъ въ Житіи и въ Степенной книгѣ упомянуты и книги, согласно дальнѣйшимъ сообщеніямъ и Житія, и лѣтописи объ обученіи русскихъ дѣтей грамотѣ.

Такимъ образомъ, и эта версія сказанія опредѣляетъ значеніе Херсона какъ «культурнаго моста»70 между Византіей и Русью. Херсонскіе пресвитеры являются здѣсь первыми насадителями христіанства въ широкихъ массахъ русскаго народа, такъ какъ тѣ же корсунскіе священники разумѣются въ словахъ лѣтописи и Житія: «и нача ставити по градомъ церкви и попы и люди на крещеніе приводити по всѣмъ градомъ и селомъ» (и далѣе объ обученіи грамотѣ). Также предметы церковнаго обихода, иконы, кресты, св. сосуды и книги были вынесены изъ Корсуни. Отсюда же, вѣроятно, явились на первый разъ на Русь и тѣ греческіе мастера но церковному зодчеству, о которыхъ упоминается по поводу постройки въ Кіевѣ Десятинной церкви71).

Корсунь возвращена была «за вѣно» Византіи, но связи ея и черезъ нее Византіи съ Русью, болѣе глубокія, проникавшія въ самое сердце народа-завоевателя, остались крѣпки и незыблемы, опредѣливъ надолго все его культурное развитіе.

Примечания

1. Срв. библіографическій обзоръ у Вестберга, Die Fragmente d. Toparcha Gothicus, S. 3 fgg.

2. Главнымъ образомъ Кулачковымъ, Ж. М. Нар. Пр. Часть 192, стрр. 209 слѣд.

3. Fr. II, cap. 2, § 7; fr. III, cap. 2, § 3. Westberg.

4. Какъ склоненъ былъ и для Записки топарха понимать слово Успенскій, Кіевская Старина, 1889, май—іюнь, стр. 290.

5. Различныя значенія слова у византійцевъ обстоятельнѣйшимъ образомъ разсмотрѣны Васильевскимъ, Ж. М. Нар. Просв. Часть 185, стрр. 419 слл.

6. Fr. II, cap. 1, §§ 3—4. Westberg.

7. προβληϑέντες ἐπ ὀμωσία, fr. II, cap. 1, § 7, — выраженіе, характерное для отношеній владыкъ къ подданнымъ. Срв. Westberg, S. 60.

8. Westberg, S. 79.

9. Это заключаютъ изъ отношенія содержанія гл. 11-ой De adm. imp. къ ея заглавію Περὶ τοῦ ϰάστρου Χερσῶνος ϰαὶ τοῦ ϰάστρου, Westberg, S. 80.

10. Pr. III, cap. 2, § 2. Westberg.

11. Fr. I, cap. 2, § 3. Westberg.

12. Westberg, S. 117.

13. Westberg, S. 108. Кулаковскій замѣчаетъ, по поводу даты Вестберга, что «къ Дунаю въ эту пору Святославъ не имѣетъ никакого отношенія, на хазаръ и въ передній Кавказъ онъ еще не ходилъ». Но важно только, что дата близка къ порѣ военнаго могущества Руси, сказывающейся въ предпріятіяхъ, планы коихъ, при особой освѣдомленности и заинтересованности въ нихъ корсунянъ и другихъ жителей южнаго берега Крыма, могли быть имъ извѣстны задолго.

14. Fr. III, cap. 2, § 2. Westberg.

15. Васильевскій, стр. 394. Срв. еще fr. II, cap. 2, § 5: η γῆ ἡμῶν.

16. Брунъ, Слѣды долгаго пребыванія Черноморскихъ готовъ на югѣ Россіи, Зап. Имп. Ак. Н., т. 24, стр. 24 слѣд., по крайней мѣрѣ, для позднѣйшаго времени; Васильевскій, стр. 424.

17. Срв. еще въ началѣ Х-го в. монастырь въ Парѳенитахъ, Латышевъ, Сборн. христ. надписей, № 69.

18. Васильевскій, стр. 397, склоняется къ предположенію описки, ссылаясь на неправильныя написанія рукописи § 3, гл. 1, фрагм. III, и въ зачеркнутомъ текстѣ § 6, гл. 2, фрагм. II-го.

19. Срв. еще fr. III, cap. 1, § 4: αϰεψόμενος περὶ τῶν ὅλων.

20. Васильевскій, Русско-виз. изслѣдованія, II, стр. CLXXXVII: «Въ договорѣ Игоря съ греками (945 г.) предполагается, что русскіе не только могутъ безпокоить Корсунь своими набѣгами, но и защищать тамъ по близости какія-то свои владѣнія».

21. Для арабскихъ авторовъ основнымъ является трудъ барона Розена, Императоръ Василій (II) Болгаробойца (С.-Петерб. 1883), вызвавшій критическую статью Ѳ. И. Успенскаго въ Ж. Мин. Нар. Просв. Часть 232 [1884], Отд. крит. и библіогр., стрр. 282—315. Авторъ статьи опредѣляетъ общія черты арабской (стр. 307 слѣд.) и греческой версіи (стр. 311 слѣд.). О шеститысячномъ корпусѣ въ Арменіи ок. 1000 г. сообщаетъ и армянскій историкъ Асохикъ. Свидѣтельства эти частью привлечены были и Васильевскимъ (Русско-виз. отрывки Ж. М. Нар. Просв. 1876. Апрѣль), Завитневичъ, О мѣстѣ и времени крещенія св. Владимира и о годѣ крещенія кіевлянъ, Труды Кіев. Дух. Акад. 1888, № 1, стрр. 126—152, И. Линниченко. Современное состояніе вопроса объ обстоятельствахъ крещенія Руси, въ тѣхъ же Трудахъ, 1886, № 12, стрр. 593—598 (критика статьи Успенскаго), Schlumberger, L'épopée byzantine à la fin du X-ème siècle (Paris, 1896), pgg. 702 suivv. (на основаніи изслѣдованій нашихъ ученыхъ). Ламанскій, Ж. М. Нар. Пр. Часть 351 (1904), стр. 160 слл.

22. Обстоятельнѣйшее описаніе похода, съ топографическими подробностями, у Schlumberger, цит. томъ, pgg. 662—667.

23. Schlumberger, ibid., pg. 700, pg. 704 (со ссылкою на Eἰς τὴν ἀποδημίαν Іоанна Геометра, поэта, значеніе коего для характеристики положенія Византіи въ эти годы выдвинуто на видъ Васильевскимъ).

24. По Яхъѣ, Василій отправилъ пословъ въ моментъ, «когда войска Варды Фоки уже достигли берега моря и города Хрисополя», Schlumberger, pg. 716, срв. pg. 723. Завитневичъ, стр. 137 слѣд., оспариваетъ опредѣленіе барона Розена («послы прибыли къ Владимиру во всякомъ случаѣ только въ первые мѣсяцы 988 г.», стр. 198) и предпочитаетъ конецъ 987-го года.

25. Новелла 4 апрѣля 988-го г., у Schlumberger, pg. 727.

26. Schlumberger, pg. 733.

27. Что касается времени битвы при Хрисополѣ, Щлембержэ, pg. 734, note 2, исправляетъ ея дату у Успенскаго.

28. Баронъ Розенъ, указ. сочин., стр. 215. Замѣчанія Завитневича противъ вывода барона Розена мало убѣдительны (стр. 145 сл.). Успенскій, стр. 313.

29. Похвала князю Владимиру мниха Іакова, см. у Завитневича, стр. 131 слѣд.

30. Первоначально въ Ж. Мин. Нар. Просв. Часть 190 [1877 г.], въ первой главѣ изслѣдованія, озаглавленнаго Обращеніе всей Руси въ христіанство Владимиромъ и проч., стрр. 100—163, затѣмъ въ Исторіи русской церкви, т. I, Періодъ первый, нов. изд. (1901). Первая половина тома, стрр. 105 слѣд., съ приложеніемъ самыхъ памятниковъ. Тотъ же вопросъ служитъ предметомъ полемики между Завитневичемъ и А. Соболевскимъ: статьи послѣдняго см. въ Ж. Мин. Нар. Просв. Часть 257, отд. крит. и библіогр., и въ Чтеніяхъ въ Историческомъ Обществѣ Нестора Лѣтописца, кн. 2-ая, отдѣлъ второй, стрр. 1—6 (во введеніи къ изданію Житій св. Владимира).

31. Полное Собраніе русск. лѣтоп., I, 1, стр. 48.

32. Тамъ же, стр. 47. То же о церкви, построенной Владимиромъ на горѣ, на насыпи: «яже церки стоить и до сего дне».

33. Голубинскій, I, 1², стрр. 252 слѣдд. У позднѣйшаго арабскаго автора (XIII в.) эль-Макина императоръ убѣждаетъ Владимира принять христіанскую вѣру; о крещеніи и народа здѣсь не говорится.

34. Ламанскій, Ж. Мин. Нар. Просв. Часть 351 (1904), стрр. 157 слѣдд.

35. Завитневичъ, цит. трудъ, стр. 137 слѣд.

36. Мы оставляемъ здѣсь въ сторонѣ трудный и, насколько намъ извѣстно, до сихъ поръ нерѣшенный вопросъ о томъ, участвовалъ ли Владимиръ въ войнѣ Византіи съ Болгаріей 986-го года и къ ней ли слѣдуетъ относить слова лѣтописи, обыкновенно связываемыя съ походомъ на камскихъ булгаръ (такъ еще и Ламанскій, Ж. М. Нар. Просв. Часть 351, стр. 158—159, примѣч., гдѣ указаны мнѣнія въ пользу дунайскихъ болгаръ Татищева, Голубинскаго, Соловьева; сюда присоединяемъ Линниченко, Труды Кіев. Дух. Акад. 1886 № 12, стр. 604, примѣч. 1, Завитневича, тамъ же, 1888, № 6, стр. 394, и Успенскаго). Schlumberger, O. cit., pg. 715, оставляетъ вопросъ нерѣшеннымъ. Липовскгй, Ж. М. Нар. Просв. Часть 278 (1891), стрр. 120 слѣдд.

37. Баронъ Розенъ и дрр. ставили прибытіе пословъ Византіи въ связь съ посольствомъ 988-го года и предполагали обращеніе лѣтописцемъ политическихъ посольствъ отъ Византіи и болгаръ въ миссіонерскія. Срв. Малышевскій, Варяги въ начальной исторіи Руси, стрр. 625—628. Труды Кіев. Дух. Акад., 1888, № 6, стр. 267 сл.

38. Исторія русской церкви, I, стр. 119.

39. Чтенія въ Историч. Обществѣ Нестора Лѣтописца. Кн. 2, отдѣлъ 1-ый, стр. 23 слѣд. По вопросу о крещеніи Владимира проф. Малышевскій прибѣгаетъ къ компромиссу, предполагая въ 987-омъ году только оглашеніе, а въ 989-омъ самое крещеніе (Линниченко, стр. 592).

40. Чтенія въ Историч. Общ. Нестора Лѣтоп., цит. кн., отд. 2, стр. 23. Голубинскій, I, 1², стр. 244.

41. Явно натянутое объясненіе у Соболевскаго, цит. кн. Чтеній въ Общ. Нестора Лѣтописца, стр. 4: «чтобы еще болѣе обратиться къ христіанству, утвердиться въ христіанствѣ, т. е. (?!), чтобы перейти въ христіанство, креститься». Линниченко говоритъ о внутреннемъ и внѣшнемъ обращеніи Владимира въ христіанство; послѣднее, по его мнѣнію, было въ Корсуни, въ 989 г., Труды Кіев. Дух. Акад., 1886, № 12, стр. 600 слѣд.

42. Совершенно произвольно у Соболевскаго, 1. cit., стр. 5: «Едва ли этотъ источникъ не говоритъ объ основаніи (?) Владимиромъ въ Поросьѣ (о Поросьи Ляскоронский, Ж. М. Н. Просв. Часть 353 [1904), стр. 331) города Корсуня», и далѣе столь же произвольныя предположенія противъ подлинной даты основанія русскаго Херсона.

43. Васильевскій, Ж. М. Нар. Просв. 1874, ноябрь, стр. 125, Завитневичъ, стр. 144.

44. Раціоналистическое объясненіе этого исцѣленія, какъ исцѣленія при помощи византійскаго врача, у Schlumberger, во 2-омъ томѣ L'épopée byzantine (въ началѣ).

45. Ламанскій, Ж. М. Нар. Просв. Часть 351, стр. 159 слѣд., припоминаетъ по этому поводу замужество дочери Никифора Фоки, Ѳеофаніи, за Оттономъ II-ымъ.

46. Объ обстоятельствахъ, ближайшихъ къ взятію Корсуня, см. у Завитневича, стр. 143—147.

47. Голубинскій, Ист. русск. церкви, I, 1, стр. 222; сюда, въ Корсунь, являются къ Владимиру, по Никоновской лѣтописи, и послы отъ папы.

48. «Лимень объ онъ полъ града», т. е. по ту сторону города, въ направленіи отъ Кіева, — пристань въ Кругломъ заливѣ, Голубинскій, стр. 227, примѣч. 1. Отсюда заключали, что Владимиръ прибылъ въ Корсунь моремъ. Иначе полагалъ Бурачковъ, Ж. М. Нар. Просв. Часть 192, стр. 226.

49. При большей подробности лѣтописи вообще эта только въ Житіи, А.И. Соболевскій, цит. трудъ, стр. 11, относитъ ее къ присочиненнымъ авторомъ Житія отъ себя. Напротивъ, Голубинскій пользуется ею для хронологическихъ соображеній, Ист. р. ц., I, 1, стр. 163, 1; 227, 2. По Житію особаго состава три мѣсяца.

50. Параллели см. у Ласкина, въ примѣчаніяхъ къ переводу Константина Багрян. Чтенія въ Моск. Общ. Ист. и Древн. 1899. Кн. 1-я, стр. 236 слл.

51. О византійскихъ водопроводахъ въ Корсуни, см. Извѣстія Импер. Археол. Комиссіи, 1901, вып. 1, стр. 25 сл., 1902, вып. 2, стр. 6 и проч. Еще въ XVI в. о водохранилищахъ этихъ свидѣтельствуетъ Броневскій, см. Зап. Одесск. Общ. Ист. и Др., т. VI, стр. 341. Въ Житіи о нихъ сказано иначе и менѣе правильно, нежели въ лѣтописи, Голубинскій, стр. 227, примѣч. 3.

52. Въ изданіи А.И. Соболевскаго, стр. 30. Въ концѣ отрывка идетъ рѣчь о выдачѣ замужъ за Ждьберна дочери убитаго стратига.

53. Халанскій, Ж. М. Нар. Просв. Часть 342 [1902] стр. 307, 311. Шахматовъ, Корсунская легенда о крещеніи Владимира, С.-Петербургъ. 1906, стр. 111.

54. Эта посылка въ Царьградъ уполномоченныхъ уже сама по себѣ можетъ говорить противъ предположенія о посѣщеніи столицы самимъ Владимиромъ, на чемъ настаивалъ Ѳ.И. Успенскій, Ж. М. Нар. Просв. Часть 232, отд. Крит. и библ., стр. 314, на основаніи тоже древнерусскаго источника (Д. Попова, Историко-литер. обзоръ древнерусск. полемическихъ сочиненій противъ латинянъ. Москва, 1875), отмѣченнаго еще Васильевскимъ.

55. Голубинскій безъ достаточнаго, какъ увидимъ, основанія, отдаетъ предпочтеніе этому чтенію, Исторія русской церкви I, 1, стр. 162, примѣч. 3, считая храмъ св. Софіи соборнымъ храмомъ г. Корсуня.

56. Такъ Голубинскій, цит. трудъ, стр. 231, примѣч. 1, и Глазуновъ, Храмы, построенные св. Владимиромъ, Труды Кіев. Дух. Акад. 1888, № 6, стр. 191.

57. Этого мѣста нѣтъ въ близкомъ къ лѣтописи «Словѣ о томъ, како крестися Володимерь, возма Корсунь». Объ отношеніи этого Слова къ лѣтописи см. П.К. Никольскій, Къ вопросу объ источникахъ лѣтописнаго сказанія о св. Владимирѣ, Христіанское Чтеніе, 1902, кн. VII, стрр. 96 слѣдд. и Сборникъ Отдѣленія русск. яз. и слов. Императ. Ак. Н. т. 82 [1907].

58. См. въ особой критической замѣткѣ на книгу акад. А.А. Шахматова: Корс. легенда о крещеніи Владимира.

59. Признакъ перевода съ греческаго. Слово встрѣчается также въ договорѣ Игоря, Лѣтоп., стр. 22 цит. изд.: «аще обрящютъ Русь кубару гречьскую въвержену» и объяснено еще И.И. Срезневскимъ, какъ греч. ϰουμπάςα (Срв. къ договорамъ статьи Срезневского въ Извѣстіяхъ Императ. Акад. Наукъ, по Отдѣленію русск. яз. и словесности, томъ I, 1852—58 гг., столб. 305 слл., т. III, 1854 г., столб. 157 слѣдд.).

60. Таково, напримѣръ, мнѣніе Никольскаго, вышецитов. статья, стр. 101: «Житіе пользовалось лѣтописью, а не наоборотъ». Е.Е. Голубинскій видитъ въ Житіи блаженаго Володимера источникъ или, вѣрнѣе, первую редакцію разсказа лѣтописи въ ея настоящемъ видѣ, при чемъ главнымъ элементомъ распространенія является разсказъ о посольствѣ отъ народовъ къ Владимиру съ предложеніемъ вѣръ (Исторія русск. церкви, стр. 133). Авторъ Житія — грекъ (срв. Ж. М. Н. Просв. Часть 190, стр. 117, Ист. р. ц., стр. 134), судя по заключительной молитвѣ («люди избавляйта отъ всякыя бѣды греческыя и рускыя»), пользовался уже и «Похвалою» монаха Іакова и болѣе древними лѣтописями (Ист. р. ц., стр. 136 слѣд.). Сопоставленіе текстовъ Житія и лѣтописи см. у Голубинскаго въ Приложеніи, стрр. 225 слѣдд. Однако, что касается самого разсказа о крещеніи, разсказъ лѣтописца содержитъ, какъ видимъ, особыя дополненія, автору Житія неизвѣстныя, и разнорѣчія съ Житіемъ (см., напр., стр. 227,3, стр. 228 у Голубинскаго, и т. под.). Далеко не точно сличеніе у Соболевскаго, стр. 10.

61. Предположенія объ этихъ «полатахъ» г. Косцюшко-Валюжинича, на основаніи сохранившихся развалинъ, см. Извѣстія Импер. Арх. Коммиссіи 1905, вып. 16, стр. 47 слѣд.

62. См. въ текстѣ Слова изданія Франка, Сьв. Климент у Корсуні, стр. 253: «в' каѳоликию црквь в' нидоша».

63. Франко, въ Archiv f. slav. Philologie, 18 Bd. (1906), S. 231 (текстъ, первоначально напечатанный Франкомъ въ III томѣ Апокрифовъ и легендъ изъ украинскихъ рукописей, стр. 312 слѣд.).

64. Подробнѣе объ этомъ и о церкви Пресв. Богородицы въ особой крит. замѣткѣ на книгу акад. А.А. Шахматова.

65. Извѣстіе, сохраненное Никоновскою лѣтописью и принимаемое Соловьевымъ, Исторія Россіи съ др. вр. Изд. Т-ва Общ. II. I 168, и Ламанскимъ, Ж. М. Нар. Пр. Часть 351, стр. 166.

66. Голубинскій, Ист. р. церкви, стр. 230, примѣч. 3: «никакого св. Фива нѣтъ въ святцахъ греческихъ. Нашъ Фивъ, вѣроятно, былъ мѣстный херсонскій святой». Это «вѣроятно» въ устахъ заслуженнаго нашего ученаго нѣсколько странно, въ виду обилія текстовъ греческихъ и славянскихъ, затронутыхъ во 2-ой главѣ настоящихъ Очерковъ. Еще въ 1048 г, въ Кіевѣ находились мощи — «capita s. Clementis et Phoebi discipuli ejus», см. Acta SS. Martii II, pg. 45, Франко, Сьв. Климент у Корсуні, стр. 267 слѣд.

67. Степ. книга I гл. 35, стр. 136; Глазуновъ, Храмы, построенные св. Владимиромъ, Труды Кіев. Дух. Акад. 1888, N 6, стр. 192.

68. Лѣтопись, стр. 52, Житіе, стр. 27 изд. Соболевскаго, стр. 233 у Голубинскаго.

69. Къ этому см. Глазуновъ, цит. трудъ, стр. 216.

70. Выраженіе Будиловича о Херсонѣ, въ его статьѣ, посвященной св. Кириллу, въ Варшавскомъ Меѳодіевскомъ Юбилейномъ Сборникѣ.

71. Современникъ св. Владимира, нѣмецкій епископъ и лѣтописецъ Титмаръ Мерзебургский сообщаетъ, что св. Владимиръ былъ похороненъ подлѣ своей супруги «въ церкви св. Климента». Изъ лѣтописи нашей и Житій мы знаемъ, что онъ былъ погребенъ въ Десятинной церкви, которую онъ самъ построилъ и куда передалъ иконы и прочее, вывезенное изъ Корсуня. Здѣсь, слѣдовательно, были положены и Климентовы мощи. Потому и называетъ Титмаръ Десятинную церковь церковью св. Климента (Глазуновъ, цит. ст., стр. 213, примѣч. 2). Карамзинъ, Ист. Госуд. Рос. т. I, прим. 418, срв. еще Кіев. Старина 1884, кн. 11, стр. 537, Франко, цит. изслѣд., стр. 265 слѣд., полагаютъ, что въ Десятинной церкви былъ придѣлъ имени св. Климента.

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь