Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Севастополе насчитывается более двух тысяч памятников культуры и истории, включая античные.

На правах рекламы:

Технический перевод немецких текстов проблемы перевода немецких www.tech-perewod.ru.

Главная страница » Библиотека » Э.И. Соломоник. «Евреи Крыма. Очерки истории» » B. Г. Зарубин. «Об аресте поэта Мандельштама в Крыму в 1920 г.»

B. Г. Зарубин. «Об аресте поэта Мандельштама в Крыму в 1920 г.»

В годы гражданской войны О.Э. Мандельштам вместе с братом Александром оказался в Крыму, неоднократно переходившем тогда из рук в руки. В июне 1919 г. пала Крымская Социалистическая Советская Республика, и вся территория полуострова перешла под контроль Добровольческой армии. Осип Эмильевич и его брат проживали в это время на даче Харламова в Коктебеле.

Первый раз братьев попытался арестовать зимой 1919 г. пьяный казацкий есаул. Как вспоминал М.А. Волошин, «этот есаул откуда-то свалился в деревню Коктебель и пил безвыходно несколько дней, а потом, спохватившись, нашелся: «Есть ли у Вас в Коктебеле жиды?» Крестьяне очень предупредительно ответили: «Как же — двое есть — у моря живут всю зиму — братья Мандельштамы». Поэт обратился за помощью к Волошину, который тотчас отправился с ним на дачу. Осип Эмильевич был совершенно растерян. Он неожиданно заявил есаулу: «А это Волошин — местный дачевладелец. Знаете что? Арестуйте лучше его, чем меня». Это он говорил в полном забвении чувств. На есаула это подействовало, и он сказал: «Хорошо. Я Вас арестую, если М[андельшта]м завтра не явится в Феодосию в 10 ч[асов] утра»»1.

История закончилась благополучно благодаря полковнику А.В. Цыгальскому, военному инженеру, поэту и почитателю творчества Осипа Эмильевича. (Ему Мандельштам посвятил очерк «Бармы закона» из цикла «Феодосия»). Цыгальский не допустил ареста.

Летом 1920 г., когда Крымом управлял генерал-лейтенант барон П.Н. Врангель, сменивший А.И. Деникина на посту Главнокомандующего Вооруженными силами на Юге России (ВСЮР), поэт собирался покинуть полуостров, но в Феодосийском порту был неожиданно арестован. По свидетельству И.Г. Эренбурга, который в то время проживал в Коктебеле, причиной ареста послужило заявление какой-то женщины, будто Осип Эмильевич, служа у красных, пытал ее в Одессе2.

Подавленный недобрыми предчувствиями, поэт обращается к тюремному начальству с фразой — ее приводят и Эренбург и Волошин: «А что, у Вас невинных иногда отпускают?» Тюремщики посчитали, что Мандельштам симулирует сумасшествие: «Когда его заперли в одиночку, он начал стучать в дверь, а на вопрос надзирателя, что ему нужно, ответил: «Вы должны меня выпустить — я не создан для тюрьмы...»3.

Участь поэта в заключении была незавидной. Александр Мандельштам сообщил об аресте в Коктебель, надеясь на помощь находившихся там литераторов, прежде всего — на М.А. Волошина. Однако, тот был в ссоре с Осипом Эмильевичем. Первая попытка уговорить Волошина, предпринятая княгиней Майей Кудашевой — поэтессой, вдовой капитана белой армии, в будущем — женой Ромена Роллана, к которой Мандельштам был одно время неравнодушен, окончилась неудачей. Вторым к Волошину отправился Миндлин, выслушавший подробно наставления Эренбурга (тоже, кстати, пребывавшего в ссоре с Волошиным). И вторая попытка закончилась ничем. Волошин к тому же вспомнил о весьма резком письме к нему Мандельштама и категорически отказался помогать, ссылаясь на свою болезнь.

Наконец, пошел Эренбург. По его словам, Волошина вообще не пришлось уговаривать. Возможно, Волошин искал примирения с Эренбургом и воспользовался поводом4.

Волошин продиктовал письмо начальнику контрразведки Апостолову, которого совершенно не знал: «М[илостивый] Г[осударь]! До слуха моего дошло, что на днях арестован подведомственными Вам чинами — поэт Иос[иф] Мандельштам. Т[ак] к[ак] Вы, по должности, Вами занимаемой не обязаны знать русской поэзии и вовсе не слыхали имени поэта Мандельштама и его заслуг в области русской лирики, то считаем своим долгом предупредить Вас, что он занимает в русской поэзии очень к[р]упное5 и славное место. Кроме того, он человек крайне панический и, в случае, если под влиянием перепуга, способен на всякие безумства. И, в конце концов, если что-нибудь с ним случится, — Вы перед русской читающей публикой будете ответственны за его судьбу. Сколько верны дошедшие до меня слухи — я не знаю. Мне говорили, что Мандельштам обвиняется в службе у большевиков. В этом отношении я могу Вас успокоить вполне: Мандельштам ни к какой службе вообще не способен, а также и к политическим убеждениям: этим он никогда в жизни не страдал»6.

Письмо поехала вручать Майя Кудашева. С ней в контрразведку (по Э.Л. Миндлину) явились известный писатель В.В. Вересаев и упоминавшийся А.В. Цыгальский. Княжеский титул Кудашевой сыграл свою роль: принята она была весьма любезно. Правда, письмо Волошина вызвало у начальника контрразведки недоумение: «А кто же такой Волошин? Почему же он мне так пишет?» — «Поэт... Он со всеми так разговаривает ...», — отвечала Майя «высоким и наивным голоском». Волошин признавал, что «письмо нарочно было написано в таком духе: оно было корректно, но на самом лезвии. Оно звучало как личное оскорбление и по этому запоминалось. Это был обычный тон моих отношений с Д[оброволь]ческой армией»7.

Не будем забывать и о том, что, по И.Г. Эренбургу, «у Осипа Эмильевича было в Феодосии много знакомых: либеральные адвокаты, еврейские купцы, любители литературы, начинающие поэты, портовые служащие»8. Вполне возможно, что кто-либо из них тоже хлопотал за Мандельштама.

Освободившись из тюрьмы, поэт, благодаря помощи начальника феодосийского порта (Мандельштам посвятил ему очерк «Начальник порта» из цикла «Феодосия»), отправился морем в Грузию (где, кстати, снова был арестован).

Работая в Центральном Государственном архиве Крыма (ЦГАК), я обнаружил в фонде прокурора симферопольского окружного суда (ф. 483. Оп. 4) дело «Переписка о Мандельштаме, обвиненного в большевизме» (д. 1367, орфография источника), состоящее из двух документов (копии), касающихся ареста поэта.

24 июля (ст. стиль) 1920 г. начальник Феодосийского наблюдательного пункта полковник Астафьев направляет для сведения товарищу прокурора Симферопольского окружного суда по Феодосийскому участку следующее:

«Постановление
1920 года июля 22 дня в г. Феодосии я, начальник Феодосийского Наблюдательного Пункта Особого Отдела Штаба Главнокомандующего В.С. Ю.Р. Полковник Астафьев, имея в виду, что на задержанного Иосифа Мандельштама упадает основательное подозрение в принадлежности его к партии коммунистов-большевиков, руководствуясь Раздела I Правил производства расследований чинами К.Р. [контрразведки — В. З.] постановил: впредь до выяснения всех обстоятельств дела подвергнуть названного Мандельштама личному предварительному задержанию в Феодосийской тюрьме, о чем ему объявить.
Подлинное подписал Начальник Феодосийского Наблюдательного Пункта Полковник Астафьев.
С подлинным верно. Помощник Начальника пункта, подполковник (подпись неразборчива, — В. З.9.

Содержание другого листа:

«Постановление
1920 года августа 1-го дня в г. Феодосия я, Начальник Феодосийского Наблюдательного Пункта Особого Отдела Штаба Главнокомандующего В.С. Ю.Р. Полковник Астафьев, рассмотрев расследование произведенное в отношении Иосифа Эмильевича Мандельштама, возникшее по павшему на него подозрению в принадлежности к партии большевиков-коммунистов и в участии его в деятельности чрезвычайной комиссии этой партии в г. Феодосии, нашел: произведенными расследованиями и опросами по делу, подозрение это подтверждения не получило, а потому и, принимая во внимание заключение Товарища Прокурора Симферопольского Окружного Суда по Феодосийскому участку, изложенное в сношении от 31-го июля с.г. за №860, постановил: Иосифа Эмильевича Мандельштама из-под стражи освободить, а расследование о нем препроводить в Особый Отдел при штабе Главнокомандующего. Подлинное подписал Полковник Астафьев С подлинным верно. Обер-офицер для поручений Подпоручик (подпись неразборчива. — В. З.10.

Примечания

1. Евпаторийские новости. 1911. № 31. 28 июня;

2. Волошин М. А. Путник по Вселенным. М. 1990. С. 300—301. Эренбург И. Г. Люди, годы, жизнь. Воспоминания. Том первый. М. 1990 С 146

3. Там же. С. 308.

4. Миндлин Э. Л. Из книги «Необыкновенные собеседники» // Волошин М.А. Стихотворения. Статьи. Воспоминания современников М. 1991. С. 388—390.

5. В.П. Перельмутер обратил внимание здесь на парафраз письма В.А. Жуковского, который писал А. X. Бенкендорфу о Пушкине: «Ведь Вы не имеете времени заниматься русской литературой и должны в этом случае полагаться на мнение других» (Волошин М. А. Путник по Вселенным. М., 1990. С. 368).

6. Волошин М. А. Путник по Вселенным. М. 1990 С. 303.

7. Там же.

8. Эренбург И. Г. Люди, годы, жизнь. С. 308.

9. ЦГАК. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1367. Л. 2.

10. ЦГАК. Ф. 483. Оп. 4. Д. 1367. Л. 1. об.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

 
 
Яндекс.Метрика © 2020 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь