Столица: Симферополь
Крупнейшие города: Севастополь, Симферополь, Керчь, Евпатория, Ялта
Территория: 26,2 тыс. км2
Население: 1 977 000 (2005)
Крымовед
Путеводитель по Крыму
Новости
История Крыма
Въезд и транспорт
Курортные регионы
Пляжи Крыма
Аквапарки
Достопримечательности
Крым среди чудес Украины
Крымская кухня
Виноделие Крыма
Крым запечатлённый...
Вебкамеры и панорамы Карты и схемы Библиотека Магазин Ссылки Статьи Гостевая книга
Группа ВКонтакте:

Интересные факты о Крыме:

В Крыму находится самая длинная в мире троллейбусная линия протяженностью 95 километров. Маршрут связывает столицу Автономной Республики Крым, Симферополь, с неофициальной курортной столицей — Ялтой.

Главная страница » Библиотека » С.Н. Чернявский. «Крымская империя. От ханства к Новороссии»

Глава 2. Между войнами

1. Закат ханства

Следующим ханом сделался Селямет-Гирей II (1740—1743) — брат Менгли. Новый хан был человеком пожилым, невоинственным и, как выяснилось, не умел держать в повиновении подданных. По условиям мира русские требовали выдачи всех пленных, оказавшихся в Крыму во время последних набегов татар. Однако хан не мог или не хотел выполнить это условие. Он боялся собственных мурз, которые саботировали выдачу пленных. Это вызвало недовольство в Стамбуле, где боялись русских и хотели соблюсти все условия мира. Хана вызвали к «Порогу Счастья» и отрешили от должности. Вскоре он умер.

В эти же годы состоялись перемены и в России. Императрица Анна умерла (1740), ее родственников свергли в результате военного переворота, Миниха сослали в Сибирь. На трон взошла дочь Петра I — императрица Елизавета (1741—1762). Во время ее правления конфликтов с Крымом не было.

После отставки Селямета в ханы был возведен сын Каплана — Селим-Гирей II (1743—1748). Он обладал обширными связями при османском дворе, что и предопределило это назначение.

Между тем османы возобновили войну с персами, где Сефевиды были свергнуты, а к власти пришел шахиншах Надир (1736—1747). Из Стамбула пришло предписание крымскому хану: мобилизовать одного человека с пятнадцати домов и прислать на подмогу главной османской армии.

Селим пошел еще дальше: мобилизовал одного человека с пяти домов, чем привел в восторг османское правительство. Персидская кампания складывалась для турок неудачно, хотя крымцы зарекомендовали себя хорошо, что говорит о высоком качестве воинов. В это же время Селим провел еще одну мобилизацию, собрал по одному аскеру с семи домов и отправил их грабить «Черкесию» (то есть, вероятно, Кабарду). Крымцы набрали рабов, часть из них отправили в подарок в Стамбул. Приток черкесских рабов позволил Селиму разобраться с мурзами, которые всё еще держали русских пленных, и вернуть полон в Россию. Тем самым была обеспечена лояльность петербургского правительства. У себя в ханстве Селим-Гирей II проводил благоустройство, возводил дома и дворцы, реставрировал мечети, что принесло ему дополнительную популярность.

За эти дела османское правительство прислало хану «премию» — 5000 золотых монет. Вскоре после этого Селим лично отправился к «Порогу Счастья», где ему устроили роскошный прием.

Русский резидент в Стамбуле, Неплюев, тотчас сделал запрос, не готовят ли крымцы набег на Россию и не в этом ли цель поездки хана. Неплюева заверили, что это не так. Турки и татары становились всё более сговорчивыми и предупредительными по мере роста могущества Российской империи.

Возможно, истинной причиной появления хана в Стамбуле стали запланированные им кадровые перемены. Он отстранил от власти тогдашнего калгу и его партию, замышлявших переворот. Дело было проведено так тонко, что удалось избежать смут.

Это был последний успех Селима. Хан тяжело заболел и умер «от неутолимой жажды», как свидетельствуют хронисты. Причиной смерти мог стать сахарный диабет или горячка.

Новым ханом был назначен Арслан-Гирей (1748—1756, 1767) — сын Даулат-Гирея II и двоюродный брат Селима. Арслан («лев») не оправдал свое «звериное» имя, так как проводил мирную политику, но делал это крайне эффективно. Он занимался восстановлением ущерба, причиненного русскими войсками во время последней войны. Хан отстроил разрушенный Бахчисарай, восстановил Перекоп, возвел укрепления на Арабатской стрелке, ремонтировал мечети, делал пристройки к религиозным школам — медресе.

Все эти действия получили одобрение в Стамбуле, причем в одном из писем хану присвоили титул кагана, то есть степного императора, — и это теперь, когда Крым находился в полной зависимости от турок, а жить ему оставалось всего два с лишним десятка лет.

Единственное, что омрачало это правление — постоянные распри между крымцами и запорожскими казаками. В то время как донцы были покорены русскими после подавления мятежа Кон-дратия Булавина, запорожцы еще сохраняли автономию и время от времени совершали набеги на приграничные крымские улусы. Крымцы тоже разоряли казачьи станицы. Это было продолжением давней пограничной борьбы с грабежом и насилиями, которая началась еще в XVI веке.

В Петербурге, естественно, приняли сторону запорожцев и предложили разместить русского консула в Крыму, который занимался бы в том числе разбором пограничных конфликтов. Также предлагалось направить одного офицера в Запорожье, «чтобы он защищал татар от казаков». Следовательно, положение татар делалось всё более унизительным. Вчерашние хозяева степей превращались в жалкий народец, страдавший от пограничных разбойников.

Идея консульства пришлась туркам не по нраву. Они заявили, что стычки происходят в степи, по этой причине от офицера в Запорожье будет мало толку. Вскоре после этого османы приказали крымцам вывести войска из Кабарды. Напомним, что эта территория входила в «барьер между двумя империями», но крымцы, как и русские, постоянно нарушали соглашение о барьере. Османы же боялись нового конфликта на севере.

2. Рождение Новороссии

Эта тема тесно переплетается с темой переселения сербов в Россию.

Судьбы русских и сербов связаны весьма причудливо. Мало кто знает сегодня, что первую главу в истории восточных славян написали именно сербы. В V веке они вместе с хорватами жили на Днепре и были известны под именем антов. В VII веке они бежали оттуда под натиском аваров.

И вот в XVIII веке, через тысячу сто лет после изгнания, часть сербов вернулась на берега Днепра. Интересно, что именно с этого времени начался отсчет Новороссии и вообще колонизации русскими Причерноморья.

Началось с того, что во время бесконечных войн XVII—XVIII веков сербы стали переселяться с юга на север, то есть из современной Сербии в земли, подвластные Габсбургам. Последние относились к ним прагматично и рассматривали сербов как пограничников, которые принимают первые удары турок. Поэтому в 1747 году в Вене родился план переселить «австрийских» сербов к самой турецкой границе, а освободившиеся земли передать венграм.

Сербам этот план не понравился, и многие из них решили переселиться в единоверную Россию. Сербский полковник Иван Хорват-Откуртич явился в Вене к русскому послу Михаилу Бестужеву-Рюмину и представил план переселения. Он обещал набрать полк гусар из сербов и 2000 пандуров (легких пехотинцев) из греков, а взамен просил возместить расходы на переселение и выделить земли. Петербургские власти выразили согласие. Императрица Елизавета заявила: «Сколько бы из сербского народа в Российскую Империю перейти не пожелало, все они как единоверные, в службу и подданство приняты будут». Сербам выделили для поселения часть Запорожской земли к югу от Чигирина, то есть от польской границы. Эта территория подчинялась непосредственно Сенату Российскому. Хорват получил воинское звание генерал-майора.

Узнав о теплом приеме, многие сербы стали переселяться на Днепр. Сам Хорват обязался уже набрать 10 000 воинов, на что опять-таки получил одобрение. Вскоре земли, заселенные родственными славянами, получили название «Новая Сербия». Именно они и станут ядром будущей Новороссии, созданной Екатериной II и Потемкиным через несколько десятилетий.

Был и еще один район сербских поселений, он располагался между Бахмутом и Луганском — ровно там, где сегодня располагаются Донецкая и Луганская республики. Сербы служили здесь пограничниками и чувствовали себя комфортно в братской стране.

Крым и Османская империя взволновались из-за создания сербских поселений. Дело в том, что сербов поместили как раз на дорогах, по которым татары совершали набеги на южные губернии России. Следовательно, новые переселенцы мешали угонять в рабство русское население. Но сами татары представили дело так, что Новая Сербия — первый шаг для захвата русскими Крыма. Правда это или нет — не суть важно. Ханство принесло России слишком много горя, было недоговороспособно и в силу этих причин заслуживало того, чтобы быть уничтоженным. Этого требовали соображения безопасности. Но всё же сербы служили скорее заслоном от татарских набегов, чем авангардом русской экспансии.

3. Хан-наркоман

Вскоре после рождения Новой Сербии Арслан-Гирей был снят с должности. В чем причина недовольства ханом, неясно. Османская империя становилась всё более коррумпированной. Продавались должности пашей, адмиралов, министров, вассальных князьков. Крымский «каган» давно превратился в одного из таких пограничных второсортных полухолопов.

Новым правителем сделался Халим-Гирей I (1756—1758). Это был сын хана Садат-Гирея IV, всю жизнь проведший на Балканах и совершенно незнакомый с обычаями татар. Халим считался ученым человеком, но оказался наркоманом. На Балканах его научили курить опиум и гашиш. Этим увлекательным занятиям хан стал предаваться и на престоле. На разные должности он назначил сыновей и прочую родню, руководствуясь не уровнем компетентности людей, а узами крови. Это сразу привело к массе злоупотреблений, недоразумений и просто глупых решений. Государства создаются десятилетиями, но чтобы разрушить систему, достаточно нескольких месяцев. Впрочем, добить Крым хану никто не дал.

Крымцы быстро увидели, что хан — полное ничтожество даже по меркам ничтожных правителей времен заката страны. Начались бунты. Непосредственным поводом стала попытка хана собрать с Буджака и Едисана всю добычу, награбленную во время набегов на Россию. Ценностей набрали много, при их изъятии не стеснялись в средствах. По слухам, хан поделился с великим везиром Османской империи, и в этом был главный смысл комбинации с изъятием добычи. Это переполнило чашу терпения кочевников.

Сначала восстал один из принцев Гиреев. Затем к нему присоединились толпы новых повстанцев и, наконец, — авторитетный среди кочевых родов царевич Кырым-Гирей (или Крым-Гирей, что одно и то же). Это был сын Даулат-Гирея II. Вся жизнь Крыма оказалась связана с Буджакской ордой. Некоторое время он исполнял должность сераскера этой орды (то есть начальника войск, генерала). В Буджаке его любили и уважали, Крым-Гирей оброс связями и знакомствами среди местных племен. Из курьезов следует упомянуть, что Крым был бисексуален. Как правоверный мусульманин, он имел несколько жен, но для души предпочитал мальчиков. Царевич обладал крутым нравом и решимостью. Первым делом он разграбил окраины Молдавии, чтобы обеспечить своих людей продовольствием и добычей, то есть, как сказали бы мы сейчас, чтобы выплатить им зарплату. На его сторону перешла еще одна орда — Едисанская. Обстановка накалялась.

Вести о мятеже переполошили чашу терпения османов. На «Пороге Счастья» решили отправить в отставку одурманенного опиумом хана Халима и вернуть Арслана, при котором царил порядок. Но тут пришло известие, что Халим свергнут в Бахчисарае, а ханом выбран отчаянный Крым-Гирей (1758—1764, 1768—1769). Говорили, что он клялся повесить свою плеть на воротах «столицы московов, Петербурга», и обещал заставить русского императора платить дань. Бахвальство выглядит еще забавнее, когда мы знаем, что Крымскому ханству осталось жить полтора десятка лет.

Османское правительство получило звонкую пощечину от своих вассалов. Но не время было затевать конфликт, и выборы признали законными. Правда, обязали вернуть всё то, что татары успели награбить в Молдавии. Крым-Гирей согласился. Так началось правление одного из самых энергичных ханов периода заката.

4. Польские дела

Несмотря на разглагольствования о войне, почти всё первое правление Крым-Гирея прошло в мире. Русские тоже не собирались форсировать конфликт. Императрица Елизавета Петровна под конец жизни ввязалась в бесполезную войну с Пруссией и Англией на стороне Австрии и Франции. Война была, по сути, мировой и разворачивалась в Европе, Азии и Америке. Она сопровождалась серьезными разрушениями и громадными потерями. К счастью для русских, они вели ее на чужой территории. Русские войска разбили пруссаков в нескольких кровопролитных сражениях. Австрийцы на сей раз тоже воевали неплохо. В ходе нескольких кампаний лучшая часть профессиональных солдат прусского короля Фридриха Великого пала в сражениях, и король подумывал о самоубийстве. Однако Фридриху невероятно повезло: в самом конце 1761 года в Петербурге умерла Елизавета — императрица распутная, ленивая и склонная к пьянству. Престол занял се племянник — немец Петр III, с которого фактически берет начало Голштейн-Готторпская династия на русском императорском троне; она правила до Февральской революции 1917 года. Петр III заключил союз с Фридрихом, но через полгода был свергнут русскими офицерами гвардии, которые возвели на престол его жену — худородную немку Екатерину II (1762—1796). Ее внутриполитические решения были спорными — правление Екатерины называли золотым веком дворянства, но он закончился пугачевщиной, когда закабаленные крестьяне восстали и стали избивать помещиков. Зато внешние успехи озарили царствование императрицы небывалым блеском. Здесь успех очевиден, и за это льстецы прозвали Екатерину Великой. За внешние успехи императрице простили многое: убийство мужа, чудовищный разврат, воровство фаворитов, освобождение дворян от обязательной государственной службы (то есть превращение в паразитов по западноевропейскому образцу; собственно, дворян освободил еще Петр III, но Екатерина подтвердила этот указ).

Прежде всего императрица обратилась к проблемам Речи Посполитой, дела которой были совсем плохи. Страна утратила суверенитет, в ней боролись две партии: проосманская и прорусская. Последнюю возглавляли князья Чарторыйские, которых для краткости называли фамилия, то есть «семья». «Семья» питала иллюзию, что Россия поможет реформировать Польшу и превратить ее в сильное государство. Екатерина — прагматичная немка — хотела этого меньше всего.

Но и османы с татарами не являлись друзьями Польши, хотя часть поляков питала смешные иллюзии на этот счет. Вообще, альянс католической Речи Посполитой и мусульманской Турции выглядел бы довольно странно, особенно в свете претензий поляков на звание форпоста «воинства Христова» на востоке Европы. Впрочем, здесь нужно не иронизировать, а просто пожать плечами. Существует политическая целесообразность — вот и всё. Остальное — продукт пропаганды, которая призвана консолидировать собственных под данных и одурачить общественное мнение в других странах, подав свою страну в привлекательном свете.

Крах Польши наступил в 1763 году, когда умер «избранный король Речи Посполитой» Август III (1733—1763) из саксонской династии Виттельсбахов. Часть поляков задумала пойти на союз с османами против русских. Католическую партию возглавил польский гетман Браницкий. Он давно находился в сношениях с османским двором и крымцами и просил помощи против русских. Интригу энергично поддержал Крым-Гирей, настаивавший на том, чтобы Высокая Порта вмешалась в польские дела. Это открыло бы громадные возможности для грабежа татарами сопредельных земель. Но в Стамбуле колебались, какое решение принять.

Екатерина поступила быстро и жестко. Заручившись поддержкой Фридриха Великого, заинтересованного в союзе с Россией, императрица возвела в короли одного магната по имени Станислав-Август Понятовский (1764—1795). Когда-то он был любовником похотливой немки. Коронация Станислава-Августа возмутила османов и в конечном счете стала причиной войны с Россией. Разумеется, турок волновали не интимные связи Екатерины. Российский ставленник взошел на трон Речи Посполитой — вот в чем была проблема, вызвавшая войну.

Но прежде османы отправили в отставку Крым-Гирея. Хана посчитали слишком независимым и своевольным. Опасались, что Крым-Гирей чересчур популярен среди своих подданных. В итоге его вызвали в Стамбул ко двору падишаха, но по дороге сообщили о низложении и выслали на остров Родос. Это кадровое решение оказалось, как обычно, плохим и не спасло ни Крымское ханство от гибели, ни Османскую империю от череды поражений.

* * *

В том же 1764 году Екатерина упразднила Гетманщину в Малороссии — смешной пережиток XVII столетия. На ее месте возникло несколько губерний, причем населявших эти губернии крестьян обратили в крепостных. К северу от границы с Крымом образовалась Новороссийская губерния, центром которой стал Екатеринослав (нынешний Кременчуг). В состав этой губернии вошла и Новая Сербия.

5. Повод к войне

Новым ханом крымских татар сделался Селим-Гирей III (1764—1767, 1770—1771), сын хана Фатх-Гирея II и внук Даулат-Гирея III. Хан считался добродетельным человеком, обладал спокойным нравом и был, как мы бы сказали сегодня, «системным человеком», от которого не стоит ждать неожиданностей. По мнению османов, такой человек лучше подходил на роль предводителя татар, чем Крым-Гирей. Ближайшие события покажут, что это не так.

Любопытно, что перед своей отставкой Крым-Гирей успел договориться об учреждении русского консульства в Бахчисарае. Селим-Гирей III отменил это решение и выслал консула. Османы одобрили поступок нового хана. Отношения между Портой и Россией постепенно накалялись.

Польские дела развивались по наихудшему сценарию. Станислав Понятовский был образованный человек, но никчемный король. При нем обострился религиозный вопрос. В Польше и Литве долгое время, практически полтора столетия, насаждался католицизм. Удалось даже перепрограммировать значительную часть западнорусской элиты, которая перешла из православия в католическую веру. Православными остались только крестьяне да мещане. Шляхта предпочитала переходить в католичество.

Тех, кто не принял католицизм, называли диссидентами. На востоке это были православные христиане, жившие в Малой и Белой Руси. На западе, в Польской Пруссии и Данциге, — немцы-протестанты. Под предлогом защиты диссидентов Екатерина II и Фридрих Великий стали вмешиваться в дела Польши, что раздражало поляков, но было принято на ура самими диссидентами, которых тяготила власть католических королей.

Был и еще один важный момент: социальный. Польские паны ничему не научились после казацких войн XVII столетия и по-прежнему нещадно эксплуатировали православное «быдло». Естественно, обстановка накалилась до предела. Православные надеялись на русскую императрицу как на свою защитницу и видели в русских своих братьев-освободителей. Всё было, конечно, не так примитивно просто, но в целом верно. Беда заключалась в том, что большинство русского населения — крестьяне — находились в результате реформ Петра I и Екатерины II на положении рабов, ибо так было принято в тогдашней просвещенной Европе, с которой русские монархи брали пример; скажем, во Франции. Так было и в Польше.

И всё же русские тянулись к русским, где бы они ни жили: в Великой, Малой или Белой России.

Подробности эскалации конфликта в Речи Посполитой относятся целиком к истории Польши. Напомним канву. Русские резиденты раздували недовольство католиками и слабым королем и инспирировали конфедерацию — вооруженное выступление шляхты против верховной власти. В состав конфедерации вошли прежде всего шляхтичи-диссиденты. Тогда недовольные образовали вторую конфедерацию, направленную против первой, то есть против диссидентов и короля. Это была так называемая Барская конфедерация, в авангарде которой находились реакционные католические элементы. Впрочем, сами католики считали такими элементами православных, которых с оттенком пренебрежения именовали дизуниатами, то есть людьми, отвергавшими унию с католической церковью. До сих пор в польских трудах польских историков, изданных в России, мы встречаем рассуждения об отсталости дизуниатов, отвергавших польскую культуру, католичество и латынь.

Дизуниаты восстали против панов на Правобережной Украине, и ситуация запуталась окончательно. Все воевали против всех.

Бунт православных возглавили казаки Гонта и Железняк. Они назвали себя гайдамаками. Начались варварские погромы панских имений. Если в суровом XVII веке это не вызывало большого резонанса, то в просвещенном XVIII столетии мятеж был представлен как смесь дикости и террора: Европа еще не видела настоящих ужасов Великой французской революции, организаторами которых стали духовные наследники Вольтера и Монтескье. Впрочем, к этим вещам до сих пор применяются двойные стандарты, а подход исторически необъективен.

Казацкое восстание послужило косвенной причиной падения Крымского ханства. Один из панских отрядов, спасаясь от преследования гайдамаков, укрылся в турецком торговом городке Балта в Едисане. Гайдамаки нарушили границу, настигли панов, перебили их и разграбили Балту, попутно обидев подданных османского падишаха — греческих, еврейских и армянских купцов. Историк Крыма В.Д. Смирнов считает, что «происшествие в Балте имело частный характер стычки христиан с мусульманами и жидами, без всякой политической подкладки». Но в Стамбуле отреагировали асимметрично: виновниками грабежей назвали «московов», а русского посла заточили в Семибашенном замке, что было равносильно объявлению войны. Хотя императрица Екатерина приказала арестовать и казнить предводителей гайдамаков, это уже ничего не могло изменить. Война Османской империи и России стала фактом. Она шла параллельно с войной русских против Барской конфедерации. Таким образом ареной борьбы стала огромная территория от Литвы до Кубани.

* * *

Тем временем хан Селим-Гирей III продолжал политику своего предшественника. В годы, предшествовавшие войне, он разжигал вражду османов к русским и жаждал войны. В своей стране хан опирался на племя ширинов; следовательно, его вожди тоже выступали за обострение ситуации, совершенно не понимая, к чему это приведет. Вместе с ширинами Селим съездил в Стамбул, получил подарки — коней и шубы — и отбыл восвояси. Этим ограничиваются наши известия о политической деятельности хана. По каким-то причинам он не устроил турок и получил отставку. В Стамбуле решили назначить новым ханом престарелого Арслан-Гирея, но тот умер, не добравшись до Бахчисарая и даже не успев получить формальное утверждение в должности.

Тогда правителем сделали Максуд-Гирея I (1767—1768), сына хана Селямета. Максуд оказался настолько бесцветной личностью, что даже некоторые историки-османы «не заметили» его в списках ханов. Кадровая чехарда процветала и при падишахском дворе в Стамбуле. «Назначения делались наугад, на пробу; одни лица нетерпеливо сменялись другими; воцарилась полная безурядица», — характеризует ситуацию В.Д. Смирнов, и с этой меткой характеристикой нужно согласиться. По его мнению, Максуда сняли за излишнюю осторожность — хан выступил против войны с Россией, и это стоило ему трона. Такова была обстановка, предшествовавшая падению Крымского ханства.

 
 
Яндекс.Метрика © 2019 «Крымовед — путеводитель по Крыму». Главная О проекте Карта сайта Обратная связь