3. Реконструкция мечети

Летом 1927 года горный Крым несколько раз вздрогнул от землетрясения. Рухнула в море часть Аврориной скалы на южном берегу. А вместе с ней свалились пинакли (готичные шпили) и верхушка башни Ласточкиного гнезда, а плита обходного балкона повисла над морской пучиной, угрожая обвалом. Вздрогнувший тогда же Бурунчак вмиг сбросил в завалы руин Джуфт Кале, чудом, уцелевшие до того над восточным нефом, последние остатки туфового свода мечети, затруднив тем самым археологам, решение задачи: какое же перекрытие устроили в храме средневековые архитекторы. Купольное? Сводчатое? Деревянное?

Тем же летом Бахчисарайский музей поручил своему сотруднику О. Ачкокраклы изучить — в порядке предварительных работ по выяснению общей топографии Джуфт Кале — сохранившийся среди татарских древностей эпиграфический материал. В результате этой работы появилась статья Ачкок-раклы «Новое в истории Чуфут Кале». В ней сообщалось о ценной для изучения мечети находке: в кладке северной стены обнаружен фрагмент, проиллюстрированный фотографией, с датой постройки 746 г. худжры, что соответствует 1346 году н. э.

В 1928 и 1929 годы Бахчисарайский музей предпринял (в связи с общим изучением крепости) расчистку, раскопки и исследования руин мечети под руководством научных работников У. Боданинского, О. Ачкокраклы и архитектора Центральных реставрационных мастерских в Москве Б. Засыпкина. В работе участвовали и студенты — практиканты Б. Муратов и Д. Аблямитов, а в 1929 г. — стажеры московских ВУЗОВ Веймарн и Чепелев, выполнившие топографическую съемку городища.

Не будем рассказывать о ходе и деталях исследований двухлетней, кропотливой работы экспедиции. Изучив эти материалы, предлагаем читателю обоснованную, на наш взгляд, версию реконструкции мечети.

Согласно раскопкам, храм имеет прямоугольный план с «выгрызом» юго-западного угла, не объясненным исследователями, что позволяет предположить существование здесь небольшого помещения для священнослужителя — подобия ризницы в христианском храме. Длина мечети жестко ограничена исстари существовавшими и плотно застроенными улицами Кенасской и Бурунчакской и составляет с внешней стороны 13,5 метров при ширине 10,3 метров и толщине стен не более 80 см. Характер кладки стен: два ряда — с лицевой и внутренней сторон — панцырной кладки камня-известняка гладкой тески на прочном известковом растворе с добавлением овражного песка, а в середине — забутовка из рваного камня на менее прочном растворе.

Ориентация храма каноническая для крымских мусульман: продольной осью в направлении север-юг. Михраб, как и положено — в южной стене, но вход устроен нетрадиционно: с запада, в северо-западном углу, впритык к минарету, ствол которого, по некоторой аналогии с мечетью Узбека в Солхате, был устроен частично в толще кладки северо-западного угла (в Солхатской мечети — в северо-восточном углу и без ризалита (выступа) на фасаде. Невысокий минарет в нижней части имел до уровня крыши прямоугольную, выступающую из плоскости фасадной стены, форму, выше крыши — круглую, украшенную резным обходным балконом (шерфе) по «сельджукским» мотивам — сталактитами. Входная дверь обрамлена резным порталом. Окна небольшие, высоко расположенные, забранные металлическими решетками кузнечной работы. Крыша двускатная с черепичной кровлей. Если ко всему этому прибавить ризалит «ризницы», обогащающей светотенью западный, ставший главным, фасад, то таким предстанет внешний вид мечети — простым, скромным, без претензий на пышность и в то же время соразмерных, благородных пропорций. Трактовка западного фасада как главного обусловлена не только и не столько затесненностью участка, а главным образом тем, что основная масса мусульман, тогда еще немногочисленных, жила в западной части города, где проживали правители Кырк Йера и их окружение.

Пожалуй, не поступался красотой Солхатской мечети интерьер кыркйерского храма. Четыре мраморные колонны, вероятно, приобретенные в византийском Херсоне вместе с корзиноподобными капителями с византийскими крестами (их пришлось стесать) из другого комплекса — от столбов прямоугольного сечения — удалось использовать довольно удачно и, превратив недостаток в достоинство, создать нечто оригинальное: на прямоугольных капителях покоились арки разной ширины. У основного, продольного ряда — 0,66 м, у поперечного — 0,56 м. Четырем колоннам, делившим пространство храма на три нефа, соответствовали 8 пилястр — по две на каждой из стен. Перекрытие было устроено следующим образом: по колоннам и пилястрам — стрельчатые арки, а по ним коробовые своды, причем над средним нефом своды были более высокие, в центре — стрельчатый купол, покоящийся на тромпах. Купол небольшой, невысокого подъема, 2,5 м в диаметре, не выявленный во внешнем облике, поскольку вписывался в контуры двускатной крыши.

Представленная реконструкция мечети, естественно, не исключает и других версий, документально более обоснованных. Они обогатят экспозиционный материал будущего музея в родовом гнезде крымских караев.

Вблизи мечети, как полагают, находилось здание медресе, возможно, послужившее потом образцом для похожего училища «Зинджирли» (с цепью) в ханском дворцовом комплексе Ашлама-Сарай в Салачике (ныне Староселье).

21. Мечеть XIV в. Реконструкция авторов

22. Мечеть XIV в. Разрезы. Реконструкция авторов. Детали